"Фантастика 2025-65". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Владыкин Александр - Страница 1360

Я не сразу допëр, но выходило, что это Пустынников постарался. Что ж. Отлично.

Итак, двадцать пять — яхта, три — на экипаж и прочие расходы, плюсом к взятому. Ну, запас на случай, если решат урезать. Мог бы просить и больше. Но при целевом бюджетировании просить сильно много — может быть чревато.

— Двадцать восемь, — ответил я.

Князь покачал головой и что-то посчитал на калькуляторе.

— Можем пятнадцать сейчас, и тринадцать… или даже пятнадцать, но через полтора месяца.

Я покачал головой.

— Я бы предпочëл двадцать сейчас, Ваше Сиятельство. Я некоторым образом, спешу.

Сказал — и только секунду спустя понял, насколько нагло это звучит.

— Хорошо, — неожиданно согласился князь и жестом махнул камердинеру.

Тот поднял трубку на соседнем столе, набрал номер и сказал:

— Двадцать. Да. Сейчас. Да, — и положил трубку.

— Ну, — продолжил князь.

Я решил пойти ва-банк.

— Ещë. У вас на хранении запас бутылок предприятия «Дух Алкоголя». Это совместное предприятие моего отца, убитого сухозаконниками. Я — аттестованный бакалавр алхимии, и весь этот алкоголь…

— Ясно, — перебил меня князь и сделал непонятный жест камердинеру.

— Весь? — спросил он.

— Да.

Камердинер снова обернулся к столику и поднял трубку.

— Сто тридцать седьмой. К выдаче. Да. Сегодня. Да. Да.

Чëрт, я аж преисполнился! Всë моë недовольство по поводу очередей и анкет окончательно испарилось. Если бы всë финансирование выдавалось, а все бизнес-процессы осуществлялись с такой скоростью — мы бы жили в эпохе бесконечного процветания.

— Ещë, — продолжил я. — Я ищу следы Дионисова Аристарха Константиновича, которого перевозили в тюремной…

— Я в курсе, — не дал мне договорить князь. — Тоже заметил в списках. Мы были знакомы десять лет назад. Не знаю, где он. Я дал тайное распоряжение не искать. И не чинить ему препятствия. Скорее всего, он в лесах или уже в полисах за горами.

Тут он впервые поднял взгляд на меня, посмотрел с прищуром. Типичный такой взгляд трудоголика, с мешками под глазами.

Что ж, если есть такие гедонисты, как князь Белый, то есть и такие — упорные, не щадящие себя.

— Похожи, — хмыкнул он.

Я вдруг подумал — он же наверняка бастард, как и я. Которого признали законным и дали княжеский титул. Вот и отрабатывает, бедолага, аванс, выданный уже уменьшим родителем.

— Здоровья вам, Рафаэль Данилович, — вдруг сорвалось у меня с языка. — И всяческого благополучия — вам и княжеству.

Ну, а дальше — завертелось. Два чемодана с ассигнациями выдали через пятнадцать минут. Через час сказали подъезжать к третьим воротам замка — мы успели с Вакой впритык, к самому закрытию склада.

Да уж. Сказать, что улов был богатым — ничего не сказать. «Антилопа Гну» была заполнена бутылками полностью. По самую верхушку пулеметной турели. И ещë треть от этого уместилось в кабине. Да что говорить, мы ехали, скрючившись в кабине от норовящих упасть с потолка, сзади, бутылок пятидесятилетнего «Ламбруско» и «Бехеровки».

Я отчаянно старался не думать, сколько это стоит.

— Как мы это повезëм, Искандер, — кряхтел Вака, с трудом переключая передачи.

— Морем, — сказал я. — Только морем.

Это срочно требовалось куда-то деть. Не всë, конечно, только часть.

Ну, я и дел куда-то. Мы помчали прямиком на окраину Астрономска, мимо пиратских гаваней, к особняку графа Вишневецкого. И оба чемодана грохнулись на стол в его холле.

— Что это? — спросил он.

— Яхта. Точнее, четыре пятых яхты, двадцать миллионов. Остальное — бутылками.

Ну и начался торг — бурный, на повышенных тонах, рискующий перерасти в мексиканскую дуэль. Вишневецкий, будь он неладен, имел ранг отличника и в алкоголе вполне себе разбирался. Сперва с меня потребовали половину бутылок, мотивируя это тем, что бизнес непрофильный, и что он больше с этого потеряет, чем получит.

Аргумент меня не убедил. Затем Вишневецкий сказал, что согласен на четверть — но по выбору. На четверть, да ещё и по выбору, я тоже был категорически не согласен, потому что по очень грубым прикидкам некоторая четверть объёма могла составлять до девяноста процентов стоимости. Вот такая вот большая разница была по качеству в имеющемся пойле.

— А ещё я хочу голема. Того самого, которого вы в кузове везли! — заявил Вишневецкий.

Тут я наотрез отказался. Вака очень прикипел к глиняному чучелку, которого захомутал, и расплачиваться новым членом экипажа я не собирался.

Но в итоге мы сторговались. Мы расплатились — чуть больше четверти по объёму, но зато — сбыли наименее дорогой товар

А затем он попросил подождать полчаса, пока он отужинает, и пока приедет юрист, чтобы поехали заключать сделку и получать яхту. Мы же в это отъехали на безопасное расстояние и посчитали то, что у нас осталось.

Итак, у нас было два ящика семилетнего «Диониса» производства покойного батюшки, семьдесят пять бутылок чилийского белого, пять ящиков какого-то мутного дешёвого мексиканского мескаля, пол-ящика французского шампанского и целая гора поллитровок ликёров, джина и сидра всех цветов, а ещё литр текилы, литр рома, и десять соточных «Пальцев Ведьмы», захваченных из Фламберга для такого случая.

Не то, чтобы это было достаточным, чтобы захватить рынок в Нововаршавске, но если уж начал нарушать Сухой Закон — следует идти до конца. Единственное, что меня беспокоило — это «Пальцы Ведьмы». Рано или поздно я знал, что мне придётся реализовать и их…

В общем, мы дождались графа и со всем этим добром отправились на стоянку судов. А там нас ждал новый сюрприз.

Толпа гвардейцев осаждала пирс, у которого швартовалась яхта. Из-за импровизированной баррикады и стволов слышалась стрельба вместе с редкими всполохами швыряемых огненных шаров. А затем и вовсе бабахнуло так, что я подумал, что применили что-то из грандмастерских эликсиров. Да уж, отличная заварушка.

И откуда это всё? Пожалуй, окончательно всё стало ясно, когда я расслышал доносившееся:

— Ну пущу! Коме мьерде! Засранец, ублюдок, мать твою! Ла идиота! Моя яхта!

Я уже и позабыл, что дал Кристобалю отмашку для реализации «плана Б», если мы не объявимся к сроку. И он, похоже, вполне успешно решил её реализовать.

Ох уж и разыгралась в супруге моей тётушки кровь конкистадоров!

Конфликт был улажен не сразу. Баррикаду разобрали, за ней оказался Кристобаль с тремя головорезами, у которых были старинные пистоли, а один вообще был вооружён забавного вида пушечкой образца восемнадцатого века. Она, собственно, и бабахнула, когда я подошёл.

Вишневецкий, удовлетворённый нашей сделкой, успокоил жандармов и взялся уладить правовой вопрос. Благо, наши бравые пираты никого не убили, лишь пара жандармов получили лёгкие ранения — которым мы с Кристобалем наскоро залечили «Здоровьем-1».

И уже затем, после беглого осмотра яхты — ох, какая она была шикарная! — Кристобаль познакомил меня со своими головорезами.

— Джейкоб.

Первый здоровяк был рыжеволосым, высоким, в неожиданном шотландском килте, говорил с сильным акцентом.

— Энрико. Но можно Эрни!

Второй был самым молодым и мелким мулатом, не то чилийцем, не то иного рода латиносом. Юркий, проворный… но что-то мне подсказало, что с ним-то и будут большие проблемы.

— Роман.

Последний, крепко пожал мне руку. Лет сорока пяти, одноглазый, был единственным русским из троицы. Это он управлялся с пушечкой. Серьёзный, не глупый, бывалый, но — себе на уме.

— Этого точно берём? — спросил я тихо у Кристобаля, указав на Эрни.

— Вроде бы нормальный, — пожал он плечами.

Ну, что ж, я тоже плечами пожал — его выбор, его зона ответственности. Полное делегирование. Будет повод Кристобалю освежить свои управленческие таланты.

Но иерархию надо выстроить непременно.

— Итак, вы поступаете в полное функциональное подчинение нашему боцману, господину Кристобалю, Условия сообщили, Кристобаль Бенитович? — спросил я.

— Сказал! — кивнул Кристобаль.