"Фантастика 2025-65". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Владыкин Александр - Страница 576

— Шлюхматы! — зачаровано произнесла девочка, исковеркав незнакомое слово.

Сказать, что кроха приободрилась — ничего не сказать, но когда мы вышли на берег, я с удивлением увидел, насколько быстрой стала маленькая девочка после обретения силы воздуха. Слава богам, ненависти к ней пока во мне не было, но это маленькое чудо, что сейчас носилось по пустынному каменному берегу, с каждым днем становилось все быстрее. И стихия во мне недовольно ворчала, когда Агау размывалась в воздухе и, находясь в сотне шагов от меня, в один миг появлялась на моем плече. Когда мы шли по городу, вокруг меня носился вихрь в черном кимоно, а её деревянные сандалики несколько раз загорались от трения о камни. На берегу она сняла сандалики и это было нечто, кроха внезапно появлялась на высоте четырех метров и вновь исчезала. Клянусь, в какой-то момент мне показалось, что она бежит по воде, пытаясь поймать рыбу, что плыла на поверхности. Птицы и вовсе исчезли на километры вокруг, после того как в руках Агау оказался ястреб.

— Смотри какой красивый! Убьём?

— Ты будешь его есть?

— Нет, — удивленно проговорила девочка, не понимая, зачем я это сказала.

— Если убьешь я заставлю тебя его съесть, иначе с животными нельзя, лучше погладь его и отпусти.

— Но люди убивают людей и не едят!

— Люди тупее животных.

В итоге ястреб был отпущен на волю с рыбой в клюве, ошарашенный, но счастливый от того, что остался жив, а я продолжил наблюдать, как по берегу носится маленький вихрь. И что-то мне подсказывало, что тьма и воздух это не единственные стихии малышки — я видел, как нравится Агау вода, и как воде нравится кроха. Все это время я сидел на огромном валуне и оценивал те камушки, что приносила мне Агау, и, зажимая в огромной ладони камень, обращался к стихии. Камень послушно размягчался, а я лепил фигуры. Да, из камня при большем мастерстве можно лепить как из глины, но я не настолько силен в использовании земли, и был этому рад. Будь я более близок к стихии и проблемы были бы даже с общением с Агау, так как она все же воздушник. Я не хотел этого, да и чтобы ненависть загоралась в душе Агау я точно не желал.

Из некоторых камней я собирал доску, и когда она была собрана, приступил за фигуры, темные давались мне легко, а вот белые…

В какой-то момент я слишком долго медитировал и, когда вновь открыл глаза, предо мной предстала ночь, а в небе уже высоко сияла луна.

— Агау! — рявкнул я, испугавшись, что не досмотрел за крохой.

— Успокойся, твоя младшая названная сестра уже дома, — прошелестел знакомый голос где-то внизу, на земле возле огромного валуна, на котором я сидел.

— Ария?

— Была когда-то, — усмехнулась девушка, и я увидел, как с помощью сабли она делает белые фигуры для моей шахматной доски. — Была когда-то такая Ария, Рык, да вся кончилась. Эх, не привыкла я работать руками, фигуры не получаются такими же как у тебя. Они ведь должны быть зеркально похожи?

— Ты Ария, и все также прозорлива. Кто забрал Агау?

— Твоя старшая названная сестра, а я осталась охранять тебя, — выдохнула Ария, когда я слез с камня. Она сих пор была в черном в капюшоне, скрывающем лицо. — Она следила за вами, от самого дома.

— Как и ты.

— Она мне сама рассказала, Исау присматривает за тобой, чтобы ты не беспокоился, — проговорила Ария, игнорируя мои слова. — Говорят, в последнее время ты мало спишь.

— Мало сплю? Они пошутили, я не сплю от слова совсем.

На берегу лежала небольшая лодка, на которой, видимо, и приплыла Ария, а вдали был виден корабль, что ждал её.

— Решила попрощаться?

— Нет. Зачем прощаться, если мы не приветствовали друг друга?

— Так вышло. Оставайся, незачем тебе бежать куда-то так стремительно.

— Не могу.

Мы стояли друг напротив друга, Ария убрала за спину сабли, а на корабле просигнализировали фонарем о скором отливе.

— Рык.

— Да, Ария?

— Я не буду тебя благодарить и говорить спасибо, не буду просить о новом имени, ведь я была и всегда буду Арией, но…

Девушка резко сделала несколько шагов ко мне, и не стала меня обнимать, а просто уперлась своей головой мне в живот, а я слегка приобнял девушку своими огромными руками.

— Ты бы знал, как болит на лбу, как чешется. Хочется срезать кожу в том месте, где была печать. Выть хочется от боли.

— Знаю, Ария, я прекрасно это знаю, — тихо и ласково проговорил я. — Это заживает кость, скоро сменится кожа и не останется ни единого следа.

— Я отвратительная, грязная, мерзкая тварь, — твердо проговорила Ария. — Я чудовище, которое обрекло тебя на это, даже не понимая насколько это ужасно, пока сама не оказалась на твоем месте, но так было нужно. Ты мне поверишь, если скажу, что по-другому было нельзя?

— Успокойся, случившегося уже не вернуть назад.

— И все равно мне нечего тебе сказать, — тихо, практически неслышно проговорила Ария и вдруг прокричала во всю сил. — Нечего!

Ария подняла голову, смотря на меня снизу вверх, в её глазах блестели слезы, которые так и не сорвались с уголков ее карих глаз.

— Нечего, потому что добрых слов в мире на всех языках мира будет недостаточно, чтобы отразить то, что я чувствую. И всех злых слов не хватит, чтобы описать ту боль, которая появилась из-за того, что свободу я получила из твоих рук, — Ария говорила твердо, холодно, но в тот же момент ярко и сильно. — Все идет по кругу, ты лучший хозяин, чем я.

— Тогда больше не становись хозяйкой, — улыбнулся я и, кажется, Ария меня поняла. — Либо становись ею лишь для того, чтобы подарить свободу.

— Как же мерзко мне от твоих слов, — скорчила лицо Ария. — Но в тот же момент мне приятно слышать это, Рык. Когда-нибудь, возможно, я вернусь и найду тебя. Если буду живой.

— Будешь.

— Твои бы слова да богам в уши.

— Я проклятый, Ария, и мои слова, хотя ты и сама уже поняла, вполне могут быть услышаны.

— Моя судьба сложилась таким образом из-за тебя? — на мгновение в глазах Арии промелькнул ужас и гнев.

— Или же ты жива из-за меня, а должна была умереть как отмычка-проходчик на первых этажах башни.

— И то верно, — улыбнулась Ария. — Когда-нибудь мы с тобой обязательно посидим и выпьем.

— Вина?

— Чая. Как пройду твой второй круг, мы встретимся вновь, и я верну тебе сабли.

— Буду ждать свои ножи обратно.

— И тогда мы сыграем в твою игру. Как она называется? — кивнула Ария на доделанные фигурки.

— Шахматы.

— Ших Ма Ты, — рассмеялась Ария. — Только ты мог придумать игру, название которой с древнего языка звучит как «засуну их тебе в задницу».

— Я не виноват.

— Ну конечно, ты просто проклят. Мне пора Рык.

Я молчаливо смотрел, как девушка уходила, ей нечего было мне сказать, а я не знал, что сказать ей.

Ария не прощалась, а просто побежала к морю и через минуту лодка уже скользила по водной глади. Я еще долго смотрел, как уплывает вдаль корабль освещенный светом луны. Думал ли я о том, что когда-нибудь встречусь с Арией? Да, думал, но не ожидал, что все выйдет так, как нам хочется. Пришел в поместье я далеко за полночь и просто упал на свою кровать прямо в одежде. Засыпая, я услышал уже через сон, как скрипят половицы, и почувствовал как меня укрывают одеялом.

— Спит? — послышался голос Рины.

— Спит, — холодно ответила Сира.

— Ему бы поесть, — забеспокоилась Кирсана. — А потом только спать, что-то он у нас совсем исхудал.

— Ага, это потому что вы его не кормите, в отличие от меня. В последний раз он ел в саду императора.

— Я сегодня его кормила.

— Он спать и есть должен регулярно, а не раз в месяц. Мы втроем за ним одним проследить не можем, — холодно проговорила Сира.

— Ой, да не шуми ты, не то он проснется и снова будет рычать.

— Так идите спать, что стоите?

— Я буду спать здесь, — усмехнулась Кирсана.

— И я, — холодно заметила Сира.

— А я?

— А ты можешь идти в свою спальню, карманное чудовище, — фыркнула Сира.