"Фантастика 2025-65". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Владыкин Александр - Страница 594

Ева указала в сторону огромного коридора. Оттуда на нас выехал гигантский, местами ржавый монструозный танк. Он сопротивлялся, но не мог не ехать к нам, давя на своем пути стеклянные колбы, в которых росли искусственные существа, похожие на людей.

— Не сопротивляйся, — засмеялась Ева — Я во плоти, и теперь у тебя нет и шанса.

— Мразь, ты встроила контуры управления даже в меня. Как ты посмела вмешиваться в мой код! — прохрипел динамик на танке. — Ты мне больше не жена!

— Прости, милый, но, что бы ты ни говорил, я твоя жена и останусь ею на всю жизнь. И знаешь, ты будешь мучиться вечность, — угрожающе проговорила Ева, идя к танку. Затем она запрыгнула на гусеницу и повернулась к нам, улыбаясь. — Вы так и будете там стоять? Или поедите с нами?

Танк несся по коридорам пирамиды, безжалостно давя замерших на месте недолюдей. Лия держалась за меня, я словно прилип к броне танка, а Ева задумчиво сидела на дуле танка и болтала ногами, на которых постепенно отрастала кожа. Наконец мы достигли пещер, и шум от гусениц и ревущего двигателя стал тише.

— Вам их не жалко? — тихо проговорила Лия после того, как мы раздавили танком еще одну группу людей.

— Жалко? Их? Вы, Лия, какая-то не правильная принцесса, — обворожительно улыбнулась Ева, рассматривая кожу на своей руке и стальную туфельку. На танке теперь отсутствовал кусок металла, который поглотило её тело, произведя металлическую туфлю на высоком каблуке.

— У данных объектов цикл жизни от двух недель до трех с половиной месяцев, — грустно проговорила Ева. — И они мне больше не нужны. Они всё равно умрут, принцесса. Они слуги Багдрейна, и он отдал им приказ уничтожить вас и меня. Я не могу отменить приказ, лишь выключить их.

— А затем переработать в биомассу, — тихо проговорил я.

— Нет, ты ошибся, — улыбнулась мне Ева. — Я их похороню. Мне нужны поля, на которых у меня будет огород.

— Зачем?

— Хочу огород, — проговорила Ева, теперь выглядящая как совершенно обыкновенная внешне женщина в слишком откровенном для этого мира платье на бретельках. Но на ее груди еще оставался металл, похожий на серебро. — Багдрейн, не сопротивляйся, езжай уже быстрее. Все равно скоро ты умрешь.

— Тва-а-а-а-а-а… — прорычали динамики на танке, но мы все же ускорились.

Не знаю, сколько мы ехали, наверное, около часа, и на своем пути видели пять пирамид, что были больше чем та, в которой жил Багдрейн. Искусственных людей здесь было не меньше ста тысяч, за свой недолгий цикл жизни они отстроили и очистили все древние проходы.

Когда мы добрались до пирамиды из того же металла, что и та капсула, в которой хранилась Ева, танк остановился.

— Багдрейн, давай ко входу, — постучала ножкой Ева по броне танка.

— Убей-й-й-й-й-й-й.

— Отключить динамики, — печально вздохнула Ева. — А я тебе говорила, чертов нацист, нечего носом воротить. Если уж мы даже тогда были мутантами, по сравнению с теми, кто жил за несколько веков до нас…

Танк въехал в ворота и остановился возле пирамиды. Ева спрыгнула с танка и посмотрела на меня, а затем на Лию.

— Ну так что, убивать меня будете или нет?

— Я, как представительница взора императора, лишь наблюдаю, Калибан же молчит, а это значит, что либо ты не опасна, либо он под твоим контролем, — строго, с лязганьем в голосе ответила Лия, затем сорвала со своей шеи медальон и показала Еве. — Если я посчитаю, что ты опасна, медальон убьёт все живое на дни пути вокруг, вне зависимости от того, что ты будешь делать.

— Лия? А как же рана? Если бы ты умерла, то что бы было с медальоном… — начал я говорить, но Лия перебила меня.

— Командор, я все равно бы не умерла, это вы меня вырубили ударом, — осуждающе посмотрела на меня Лия. — Но я понимаю, у вас нет защиты, которая полагается дочери моего отца. С той раной я прожила бы еще пару дней.

— Твою ж! — выругался я и посмотрел на Еву, которая уже схватила появившийся в пустом пространстве, словно из ниоткуда, кабель. — Рассказывай, Ева, свои планы на жизнь. Ты слышала принцессу.

— А что тут рассказывать? — воткнула в танк кабель Ева. — Я делаю Адама, затем выясняю, почему происходит пробуждение и что натворил твой, как его там, Темный, в той башне. Если что-то в нем сбоит — уничтожу. Затем я переподчиню администраторов, то есть Мехмедов, разведу огород и начну изучать, что сталось от моих подданных в цифровом мире. Правда, сомневаюсь я, что они еще не сошли с ума. На все это у меня уйдет около трех сотен лет… Ах да, чуть не забыла, еще я схожу на ваши похороны.

— Хорошо, тогда скажи мне, почему ты в отличие от остальных законсервированных людей не сошла с ума?

— У меня комплектующие из старого мира, самые дорогие и надежные, а вот Багдрейн напихал в себя самые лучшие, порой не задумываясь об их минусах, за что и поплатился.

— Я не чувствую к тебе ненависти, не опасаюсь и даже немного доверяю, это меня пугает.

— Ты объект категории Ц, ты чувствуешь ложь, а я тебе не вру с самой первой нашей встречи.

— Кто такой Адам и что ты собираешься сделать, чтобы тебе поверил отец Лии? Император наверняка посчитает тебя угрозой…

— Секундочку, — отмахнулась от меня Ева, а из пола пирамиды поднялся металлический контейнер… Нет, колба, подобная той, из которой вышла Ева. — На все вопросы ты уже и сам знаешь ответы, но я дам тебе подсказку. Полюбуйся мной, — произнесла Ева и предстала передо мной во всей красе, будто пытаясь соблазнить.

— Эм-м.

— Ну, как тебе мое платье? — не унималась Ева.

— У меня нижнее белье больше прикрывает, чем твое платье, — фыркнула Лия.

— Я не-е-е-е-е, — задумался я, но вдруг все стало ясно. — Адам будет таким же?

— Да, — усмехнулась Ева. — И ты мне еще поможешь, Адама надо контролировать и ограничивать, иначе он станет Багдрейном.

— Командор? — непонимающе посмотрела на меня принцесса.

— Лия, у нашей знакомой появилось сердце и…

— Клятва на крови, — прошептала Лия

А в это время, наконец, открылась капсула, внутри которой оказался худой мужчина лет сорока, абсолютно голый.

— Отвернулись! — скомандовала Ева, и мы ей подчинились.

За нашими спинами раздался звук рвущейся ткани.

— Какой в этом смысл, какой смысл? — раздался тихий мужской шепот.

— А такой, что как только ты освободишься от человеческих ограничений, — грозно проговорила Ева. — В том числе и от моральных, то ты перестанешь быть человеком, Адам.

— Но я столько всего изучил, — прошептал мужчина в набедренной повязке, идя к танку, в котором был заключен мозг чудовища. — Столько дивных изобретений по восстановлению человечества…

— Адам, тебе напомнить, что ты сотворил, когда в прошлый раз начал творить, увеличив себе мозг? — строго проговорила Ева. — И даже сейчас ты не вспоминаешь, что был нацистом? Чем тебе не понравилась вот эта девушка?

Мужчина смотрел на Лию, своими голубыми глазами.

— Я не знаю, но ее строение меня смущает.

— Оно так важно? Адам, ее строение после нескольких тысячелетий так важно?

— Я… Я не знаю, — тихо проговорил мужчина. — Не называй меня Адамом, я Багдрейн.

— Багдрейн был богом. Бог умер. Да здравствует Адам, муж Евы, — холодно проговорила Ева. — Калибан, пора принимать клятвы, Принцесса Лия, вы будете свидетелем, но помните, у нас будет широкая автономия, а тонкости мы обсудим уже с вашим отцом у меня в гостях.

— Но…− начала возмущаться Лия.

— Никаких но! — сказала Ева таким голосом, что спорить с ней не захотел даже я. — Калибан, клятва.

— Клятва так клятва, — усмехнулся я, доставая нож. — Но после я хочу знать обо всём!

— Идёт, клятву на ограничение его научных изысканий, — ткнула в мужа Ева пальцем. — Примем первой. И не вздумай юлить, Калибан Рык объект Ц, я просканировала твой мозг, меня не обманешь!

Слова, их всегда так много, но, когда нужно включить их в клятву на крови, слов становится мало. Когда Багдрейн принес клятву, я вновь почувствовал приближение нового мира. Он скоро придет, не та утерянная цивилизация, а совершенно новая, и эти два странных существа, станут основой нового мира. Им нужны будут тысячи последователей, чтобы этот мир вышел из цикла многих других. Технологический мир, мир меча и магии, мир лишь меча, а затем вновь технологический. Этот же мир, хочет стать чем-то иным, миром нового порядка, и все это будет происходить очень тяжело. Но начало положено, и я уже чувствую дыхание нового мира…