"Фантастика 2025-65". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Владыкин Александр - Страница 692

— И что?!! Прежде всего, я обычный мужчина! — ещё больше раздражаясь и распаляясь, сказал Борис. — Что во мне такого страшного? Почему ты боишься? Я ни разу не причинил тебе боли, черт возьми!

Пижама полетела на пол, и перед Борисом предстала обнаженная спина Майи. Он резко втянул в себя воздух. До чего же она красива и хрупка…

— В тебе ничего нет страшного, — совсем тихо ответила Майя, замерев, в ожидании дальнейших действий князя. — Страшны твои поступки….

Его руки обхватили талию девушку с обеих сторон и чуть сжали.

— Иногда, когда ты начинаешь вести себя, как сейчас, когда я не могу предугадать, чего ждать от тебя, я готов порвать тебя, растоптать, полностью подчинить, — жарко прошептал он, приблизив лицо к спине и чуть подув на позвоночник. — Когда же ты беззащитна…или улыбаешься, а улыбаешься ты мне очень редко, мои внутренности выворачивает наизнанку…Я готов сделать для тебя всё…

Борис сам не понимал, что говорит откровения, которых не слышала ещё ни одна женщина. Слова самопроизвольно вырывались у него. Он, не мигая, смотрел на обнаженную спину девушки, и его руки, продолжая крепко сжимать тело, двинулись вверх.

Если бы Майя не была столь сильно напугана, слова Бориса впечатлили бы её. Сейчас она не могла сосредоточиться ни на чем, кроме его рук и находящегося в опасной близи тела.

— То есть ты не намерен мне причинить боль? — преодолевая внутреннюю дрожь, спросила Майя. Руки Бориса давили на ребра, но это были пустяки.

— Нет, не намерен. Я хочу тебя. Очень сильно. С того самого дня, когда увидел в «Жерле», — Борис шумно втянул в себя воздух, который пропитался её запахом. — И раз сегодня моя ночь, я намереваюсь получить тебя, воробушек!

Если он рассчитывал, что его слова успокоят Майю, произошло с точностью наоборот. Она продолжала лежать, уткнувшись лбом в подушку и дышать через раз.

Ей надо потерпеть…Немного…совсем немного…

Его руки были горячи. Они двигались, оставляя после себя красноватый след. Когда коснулись груди, расплющенной о матрас, остановились.

Майя перестала дышать, и крепко зажмурила глаза.

Почему он медлит? Почему продлевает её агонию? Почему просто не возьмет её?

— Ты думаешь, что я зверь? — внезапно голос Бориса раздался рядом с её ухом. Его перемещение она не заметила, и поэтому вздрогнула.

— Сандровский, я ничего не думаю, — я хочу домой, — честно призналась Майя, и услышала в ответ приглушенное рычание.

Если бы она чуть приподнялась или повернула голову в его сторону, то увидела, как исказилось лицо мужчины. И на этот раз не от ярости. Что-то отдаленно похожее на боль промелькнуло на его искалеченном лице.

— Домой, говоришь… — оскалился он. — Хорошо, очень хорошо!

Теперь в его голосе отчетливо слышалась угроза. Идиот! Нашёл с чем возиться! С сексом! Разве он забыл, что самкам не нужна его ласка и внимание? Лишь только член, загнанный по самое не хочу!

И Борис снова перекинул тело к основанию кровати, туда, где находились округлые ягодицы Майи. Он отлично помнил, какие они у нее сексуальные и аппетитные.

Снова зарычав, больше не сдерживая себя, он одним точно рассчитанным движением, приподнял бедра девушки к верху и сорвал шелковые штанишки вместе с трусиками….

У Майи глаза распахнулись, когда холодный воздух коснулся ягодиц. Она оказалась обнаженной…слишком быстро.

И едва не осязаемо чувствовала на бедрах голодный взгляд Бориса.

Она съежилась, приготовившись к быстрой атаке с его стороны.

А он снова медлил…Ему пришлось сжать руки в кулаки, потому что они внезапно задрожали. Сейчас, когда Майя оказалась перед ним полностью обнаженной, он понял, что сошёл с ума. Что никакая сила не заставит его отказаться от Майи….

По крайней мере, здесь.

Сейчас.

Её запах усилился. Мускатный, он проник в кожу Бориса, впитался в его кровь, проник в сущность мужчины.

Член мужчины заныл от нестерпимого желания. Он не помнил, когда в последний раз сдерживал желание, не удовлетворял похоть. Внутренний голос, просыпающийся очень редко, цинично заметил, что происходящее сейчас и отдаленно не напоминает похоть. Это было значительно глубже…

Майя не знала, что делать. Она продолжала лежать на животе, не шевелясь. Все её чувства обострились до предела. Она напрягла слух, чтобы понять, что делает Борис. Но с его стороны не доносилось ни звука. И это настораживало сильнее.

Незнание заставило Майю пошевелиться, она чуть приподняла бедра и….

И тотчас прохладная рука Бориса легла на полушария.

— Ты невероятно красива сзади, — хрипло прошептал он, и стал гладить рукой ягодицы девушки.

Майя снова замерла, прислушиваясь к своим ощущениям. Ещё вчера она содрогалась от одной мысли о сексуальном контакте с князем Борисом, сейчас воспринимала его прикосновения, как…

А собственно, как она воспринимала его прикосновения?

Если бы девушка не боялась, если бы отчаянно не прокручивала в голове все ужасные сплетни, что слышала про младшего Сандровского, то поняла бы, что они не вызывают у неё желание оттолкнуть его. Не смотря на рычание и угрожающие обещания, он действовал нежно.

Ну, или почти нежно.

Но на этот раз слава Бориса сыграла с ним злую шутку. Он стремился, чтобы его воспринимали, как чудовище, как безжалостного ублюдка, и он добился своего. Майя именно так и реагировала.

Его рука скользнула к внутренней стороне бедра и дотронулась до половых губ девушки.

— Ты сухая, — нахмурился мужчина.

Из горла Майи вырвался истерический смешок.

— Должно быть по-другому? — она не удержалась от небольшой язвительности.

Конечно, она будет сухой! Она не испытывала сексуального влечения к нему, о каком возбуждении могла идти речь?

Бориса задело, что вагина Майи оказалась без должного увлажнения. Для него это оказалось полной неожиданностью. Природа не обделила его размером полового члена, и он на самом деле мог с легкостью порвать нежную плоть.

Проклятье!

Сегодня всё шло не так! По логике вещей, и по тому долбанному договору, он давно должен был находиться внутри неё и яростно двигаться навстречу своему удовольствию! Он всегда действовал по принципу, что каждый отвечает за оргазм сам!

Тем более, Майя сама напросилась!

Он одним пальцем проник внутрь девушки и сделал пробное движение. На что она дернулась вперед, пытаясь избежать глубокого проникновения.

— Не смей убирать от меня попу! — рыкнул он и снова подтянул бедра девушки к себе.

Майя напомнила себе, что она обещала полное повиновение. Трудно была сказать, трудно оказалось сделать. Если бы Сандровский набросился на неё и жестко взял, наверное, было бы проще. Она перетерпела акт насилия, поплакала несколько дней в подушку, проклиная случай, сведший их в клубе, и затолкала произошедшее в дальний уголок памяти. После чего зажила обычной жизнью провинциальной вампирши.

Его же действия привели её в замешательство. Она смутно поняла, что он удивлен тем фактом, что она не истекает от желания почувствовать его член глубоко внутри себя, и делает попытки исправить положение вещей. Но это было абсурдно!

— Борис…

Он не позволил ей договорить.

— Почему ты не хочешь меня? — задал он самый глупый вопрос, который только мог прийти ему в голову.

Естественно, Майя ему ничего не ответила. Да он и не ждал ответа. Вопрос был риторическим.

От сдерживаемого желания у Бориса запульсировали виски, клыки давно прорезались. Помимо плотского желания у него возникла жажда. Он захотел крови Майи. И снова память сыграла с ним злую шутку. Он вспомнил, как предложил ей покормиться от него, и она отказалась. Чертовка!

Его взгляд метнулся к её шее, спрятанной за гривой рыжеватых волос. Глаза налились кровью. А что, если послать всё к черту, одним резким движением проникнуть в её лоно, навалиться на неё, прижать крепче к себе её задницу и впиться клыками в нежную артерию?

Вампир, зверь, заликовал в нём! Это был наилучший сценарий, который только можно было представить! Обостренным восприятием он едва ли не чувствовал, как её кровь от усиленного сердцебиения стремится по венам в убыстренном темпе. Борису пришлось воззвать к остаткам самообладания, чтобы не наброситься на Майю и не исполнить то, что жаждал зверь внутри него.