Другой брат (ЛП) - Пейдж Тирни - Страница 19

Я никогда не привыкну к тому чувству, которое накрывает меня перед выступлением. Неважно, где мы — репетируем ли дома или стоим перед зрителями. Независимо от того, пять человек в зале или полный аншлаг, это чувство всегда одинаково — оно оседает глубоко в костях, пульсирует в венах, словно второе сердце. Это огонь под кожей, ради которого я живу.

Это то, чем я должен заниматься. Нервы, адреналин, музыка. И сколько бы концертов мы ни отыграли, я знаю, что никогда не перестану гоняться за этим ощущением.

Мы паркуемся в переулке за заведением и загружаемся через служебный вход. Внутри ещё тихо, пока мы перетаскиваем оборудование на сцену и настраиваемся перед приходом публики. Сейчас только восемь вечера, и народ начнёт подтягиваться ближе к девяти.

Лёгкий вечерний шум от пары оставшихся клиентов действует успокаивающе — он позволяет нам сосредоточиться, настроиться и выровнять всё, не отвлекаясь. А когда всё готово, у нас остаётся как раз достаточно времени, чтобы расслабиться с напитком в руках. Это наша небольшая традиция — затишье перед бурей.

Когда настройка завершена, менеджер бара Виктория вручает каждому из нас по холодной бутылке пива. Перетаскивание колонок, протягивание кабелей, настройка инструментов и тестирование звука занимает много времени и требует уйму энергии. К тому моменту, как всё готово, мы обычно уже изрядно вспотели.

Пена лопается на языке, а холодное пиво стекает по горлу, и я чувствую, как напряжение уходит с моих плеч, оставляя после себя лёгкую расслабленность.

— Удачи сегодня, ребята. Вы справитесь — как всегда, — говорит Виктория, обращаясь к Тому и бросая ему игривый взгляд, прежде чем с намеренно покачивающимися бёдрами скрыться в коридоре.

— Ну-ну, — протягивает Уилл с ухмылкой, толкая Тома локтем. — Кажется, кое-кто сегодня сорвёт куш.

— Пока она продолжает нас нанимать, я буду её трахать, — отвечает Том с озорной улыбкой.

— Это так неправильно, — бормочет Оливер, покачивая головой.

Мы стоим за кулисами, пока люди постепенно заполняют зал, шум разговоров и энергичные движения тел, покачивающихся под музыку диджея, создают атмосферу. Энергия в помещении растёт с каждой минутой, и я чувствую, как возбуждение передаётся от парней — это заразительно. Я вытаскиваю медиатор из кармана и нервно перекатываю его между пальцами, ожидая своей очереди.

Уилл выглядывает из-за занавеса, отделяющего нас от главного зала, его глаза широко раскрываются, а потом он, ухмыляясь, скрывается обратно.

— Джеймс, дружище, ты не поверишь, кто здесь, — говорит он.

— Кто? — спрашиваю я.

— Эйприл. И она выглядит потрясающе.

Блядь.

Глава 16

Эйприл

Я нажимаю на звонок в квартире Джеммы и нетерпеливо жду, когда она откроет. Стараясь держать руки в тепле, я машинально поправляю волосы и слегка пританцовываю, чтобы согреться, удивительно воодушевлённая тем, что оказалась здесь. После недель, проведённых в унынии, девичник кажется идеальным способом отвлечься от хаоса, который царит в моей личной жизни.

Раздаётся звонок, и голос Джеммы звучит из домофона:

— Вечер для горячих девочек официально начат! Я сделала маргариты!

Клянусь, эта женщина — ходячий коктейль.

Я усмехаюсь себе под нос и вхожу внутрь. Анна распахивает дверь квартиры Джеммы, её взгляд скользит по мне с головы до ног, и из её губ вырывается низкий восхищённый свист.

— Чёрт побери. Тебе стоит быть осторожнее сегодня, — говорит она.

— Что? Почему? — спрашиваю я, опуская глаза, чтобы оценить свой наряд.

— Я замужняя женщина и к тому же гетеро, но даже я хочу тебя.

Мой взгляд сразу притягивает её потрясающее обручальное кольцо из розового золота. Грушевидный бриллиант искрится в свете коридорных ламп, и я ненадолго ощущаю зависть, напоминающую о том, что я потеряла. Я тут же отбрасываю эту мысль, чтобы она не утопила меня в жалости к себе.

Слегка повернувшись, я показываю свой новый образ: туфли София Вебстер с крыльями бабочки, кожаная мини-юбка и укороченная шёлковая рубашка нежно-розового цвета – полный стиль Тейлор Свифт. Прямые волосы свободно спадают до пояса. Завершают образ массивные золотые серьги-кольца и ярко-красная помада.

Честно говоря, шопинг-терапия стала моим любимым занятием после расставания. Яркие цвета и роскошные ткани, появившиеся в моём гардеробе, принесли хотя бы каплю радости и уюта в мой дом. Мне нравится проводить пальцами по мягкому материалу – когда всё вокруг кажется серым и унылым, моя одежда дарит мне свет.

— Зная моё ужасное везение с мужчинами, я могу принять твоё предложение, — шучу я, смеясь вместе с Анной.

Внутри играет музыка, а Джемма уже на кухне, вооружённая маргаритами.

— Это на 98 процентов алкоголь, – говорит она, протягивая мне бокал.

Я хмурюсь.

— А остальные 2 процента?

— Лайм.

— Ну, хотя бы это фрукт, — отвечает Анна, пожимая плечами и отпивая из своего бокала приличный глоток.

Джемма оценивающе смотрит на меня, и я чувствую себя немного неуверенно.

— Что? — спрашиваю я.

— Ты выглядишь так, будто вышла из YouTube-канала для малышей.

Анна давится своим коктейлем и начинает кашлять, ударяя себя по груди, чтобы прийти в себя. Я опускаю взгляд на свой наряд и не могу сдержать смех.

— Грубо! Я решила, что если буду одеваться в яркие цвета, это сделает меня счастливее.

— Не пойми меня неправильно, я обожаю яркие цвета. Это гораздо больше тебе идёт. Но я привыкла видеть тебя в чёрном. Просто удивлена, вот и всё. Это как увидеть любимого диснеевского актёра, который вдруг повзрослел и ему уже тридцать, — смеётся Джемма.

Анна добавляет:

— Она была в трауре, Джемма.

— Я носила чёрное задолго до того, как узнала, что мой жених – интернет-хищник, — отвечаю я.

Анна кивает.

— Это твоё подсознание говорило. Оно знало, что он тёмная личность.

Я качаю головой, подношу бокал к губам и наслаждаюсь острым вкусом, который танцует на моём языке. Опустив бокал, я с благодарностью смотрю на своих лучших подруг.

Анна выглядит потрясающе в облегающем чёрном миди-платье с короткими рукавами и бежевых туфлях на каблуке, а Джемма уверенно щеголяет в своём фирменном наряде: стильной чёрной кожаной юбке и полупрозрачной чёрной блузке, под которой виден бордовый кружевной боди.

До меня доходит, что это первый раз за несколько месяцев, когда я иду выпить с подругами без Лукаса рядом. А теперь я ещё и свободна. Никогда раньше мне не нравилось внимание со стороны мужчин, да и кого-либо вообще. Раньше мне об этом даже думать не приходилось: всегда было чьё-то плечо и кольцо на пальце, напоминающее, что я не одна. Но сейчас меня накрывает не только отсутствие этого якоря, но и осознание того, что я никогда по-настоящему не была свободной. Я встретила Лукаса меньше чем через год после расставания с бывшим, с которым была с двадцати одного года. Тогда мне не хотелось тусоваться, и уж тем более я не думала о мимолётных романах — я ещё залечивала раны после потери родителей. Это был тяжёлый период.

Я делаю большой глоток из своего бокала, надеясь, что алкоголь придаст мне уверенности, которой мне так не хватает.

— Всё нормально? — спрашивает Джемма.

Я выдыхаю глубоко.

— Да, просто немного нервничаю. Я никогда раньше не ходила куда-то в статусе свободной женщины.

Джемма ухмыляется и игриво поднимает брови.

— Тебе понравится.

Анна подключается.

— Сегодня вечер только для нас. Время для девочек. Никакого давления, никаких обязательств — просто выпьем, потанцуем и расслабимся. Тебе это нужно, и ты этого заслуживаешь. Никаких ожиданий… ну, а если Джемма уйдёт с кем-то, я буду рядом, болея за неё.

— Вот почему вы мои лучшие подруги, — говорит Джемма, чокаясь бокалами с нами.

— Это было неожиданно мудро, спасибо, — отвечаю я, удивлённая.

— А ещё я слышала, что по субботам здесь потрясающая живая музыка, — добавляет Анна.