Другой брат (ЛП) - Пейдж Тирни - Страница 21

Обращаясь к незнакомцу, я перекрикиваю громкую музыку:

— У нас девичник.

Он поднимает брови и отвечает:

— Похоже, ваша подруга там не против завести нового друга.

Я быстро бросаю взгляд на Джемму и её нового знакомого. Он прав – она уже вовсю танцует, смеётся и кокетливо хлопает ресницами.

— Да, ну, Джемма свободна, — отрезаю я.

— А вы нет?

Я не готова к этому. Я не умею флиртовать или вести лёгкие разговоры. Если честно, у меня это получается ужасно. До Лукаса последний мужчина, пытавшийся со мной флиртовать, был повергнут в шок, когда я спросила его о знаке зодиака и его самых глубоких психологических травмах, связанных с матерью.

Поверхностные беседы скучны. Узнать, где человек работает или какой университет он закончил, не раскрывает, кто он на самом деле. Это ничего не говорит о том, как он мыслит или что делает его по-настоящему счастливым.

Меня привлекают глубокие связи и разговоры, которые раскрывают, что движет человеком, его страсти, страхи и моменты, которые его сформировали. Я хочу понимать, что приносит ему радость и что лишает сна по ночам.

По крайней мере, с Лукасом наше знакомство было органичным. Мы прошли через этапы ожидания и предвкушения, прежде чем он пригласил меня на первое свидание. Возможно, его работа академиком и поэтом облегчала дело – они обычно копаются в глубинах, а не довольствуются привычными фразами вроде «Как дела?» и «Чем ты занимаешься?». Хотя, в конечном итоге, Лукас больше всего хотел исследовать тела других женщин.

Я сжимаю губы, а он терпеливо ждёт.

— Свободна, — киваю я.

Он улыбается, как кот, что съел сметану.

— Джордж, — представляется он, протягивая руку.

Я пожимаю её.

— Эйприл.

— Здесь немного тесновато, не находите? Можно угостить вас чем-нибудь?

Честно говоря, я бы предпочла хлопнуть себя по лицу своими грязными руками, но, глянув на пустой бокал, вздыхаю с поражением, пока Анна наклоняется ко мне и шепчет:

— Джемма уже нашла себе нового друга.

Джордж улыбается и идёт к бару, а мы с Анной следуем за ним.

Я не могу удержаться и снова смотрю на Джеймса, который всё ещё не сводит с меня глаз.

Я запуталась. Почему он так смотрит?

Джордж вырывает меня из мыслей, протягивая бокал с водкой, лаймом и содовой. Чтобы не устраивать сцен, я принимаю напиток.

— Спасибо, — говорю я.

— Всегда пожалуйста.

Поднося бокал к губам, я осторожно делаю глоток. Пузырьки и кислинка лайма приятно охлаждают меня. Выдыхая, я решаю быть честной:

— Послушай, спасибо за напиток, но я только что вышла из долгих отношений и сейчас совсем не ищу чего-то нового. Сегодня я пришла сюда, чтобы просто хорошо провести время с подругами.

— Это абсолютно нормально, Эйприл. Я просто хотел угостить красивую девушку коктейлем. Никаких ожиданий, связанных с этой водкой-содовой, — говорит он с тёплой улыбкой, и меня поражает искренность в его голосе. Возможно, он не такой скучный, как я думала.

— Итак, Эйприл, кем ты работаешь? — спрашивает он.

О, Боже. Убейте меня сейчас.

После того как Джордж понял, что со мной ничего не выйдет, а его приятель не смог пробиться через обручальное кольцо Анны, они ушли. Группа закончила свой сет, и место занял диджей. Я оглядываю зал, но Джеймса нигде не видно. Похоже, он ушёл. Джемма счастливо танцует со своим новым знакомым, поэтому мы с Анной оставили её и устроились в кабинке. Анна рассказывает мне о своих рабочих драмах, а мы потягиваем мохито.

Я уже выпила достаточно, чтобы мысль написать Лукасe показалась хорошей идеей, но я точно знаю, что завтра утром буду жалеть об этом, поэтому отбрасываю этот импульс и стараюсь сосредоточиться на рассказе Анны.

— Честно, с ней невозможно работать. Она оспаривает каждое предложение, которое мы делаем с Дэниелом. Это так усложняет планирование на оставшуюся часть семестра, — жалуется Анна.

Анна – учительница начальных классов, которая работает не покладая рук. Она невероятно предана своим ученикам и обожает свою работу. Эти дети – самые счастливые, ведь у них такой учитель. Анна – человек с золотым сердцем.

Я продолжаю слушать её, стараясь поддерживать и давать советы, пока её глаза вдруг не расширяются от изумления. Я прослеживаю её взгляд и вижу Лукаса.

У бара.

С женщиной.

Мой желудок болезненно сжимается, а дыхание становится затруднённым.

— Чёрт. Эйприл, ты в порядке? — спрашивает она, понижая голос, её лицо наполнено тревогой.

Я сижу, окаменевшая от шока, с беспорядком мыслей в голове. Как будто кто-то перевернул доску Скрабл, разбросав все буквы, и я не могу найти подходящих слов.

Моё внимание сразу захватывает женщина рядом с ним. Её аккуратные пальцы с розовым маникюром лежат на его предплечье, пока он наклоняется, чтобы что-то прошептать. На её губах играет застенчивая улыбка, она опускает взгляд, словно смущаясь. На ней короткое, струящееся платье шалфейного цвета, подчёркивающее её пышное декольте и стройные загорелые ноги. Тёмные кудрявые волосы ниспадают чуть ниже плеч, подчёркивая её хрупкую фигуру. Она, безусловно, потрясающе выглядит.

Я не узнаю её из его сообщений в Инстаграм, поэтому предполагаю, что это кто-то новый. Осознание того, что он уже снова пытается строить отношения, встречается с кем-то и исследует новые возможности, вызывает во мне леденящий ужас.

Наблюдая за ними, я начинаю ощущать приступ неуверенности. Я невольно сравниваю себя с ней. Чувствую себя не такой, как надо, со своей бледной кожей, высоким ростом, меньшим размером груди и формами. Это абсолютно иррационально, но я не могу не заметить, что она воплощает всё то, чем я не являюсь. Она красива в тех аспектах, где я, кажется, проигрываю.

Мысли накрывают меня, одна за другой.

Это то, чего он хотел?

Я недостаточно красива?

Я слишком высокая?

Я ему больше не нравилась?

— Эйприл? – мягко произносит Анна, кладя свою руку на мою.

— Прости, я просто… удивлена, — отвечаю я, и в моём голосе звучит недоверие. — Просто… он на свидании. — Я смотрю на Анну глазами, наполненными слезами. — Я не… Я не думала, что он так быстро найдёт кого-то ещё. — Я с трудом проглатываю ком в горле. — Она такая красивая, — шепчу я.

— Он мудак. Я знаю, сейчас сложно видеть дальше своей боли, но он не найдёт счастья в том, что делает. Он не найдёт его нигде, пока не разберётся со своими проблемами. Всё это происходит потому, что он отказывается взглянуть своим демонам в лицо. Все эти женщины, которых он находит, просто подпитывают его жажду признания, пока он не перейдёт к следующей. Скорее всего, с ней он повторит тот же самый сценарий, а потом с ещё одной, если не возьмётся за себя. Поэтому не завидуй ей и не грусти. Сочувствуй им обоим. Ему придётся таскать этот тяжёлый груз с собой всю жизнь. Представь, насколько несчастным он должен быть.

Вот почему она такая замечательная учительница. При всём своём чувстве юмора и лёгкости она обладает способностью видеть вещи логично, когда тебе самой это трудно.

Я знаю, что она права, но мне сложно не думать о том, что, возможно, дело всё-таки во мне.

— Тебе нужно перестать держаться за того, кем он притворялся, Эйприл, — говорит Анна, сжимая мою руку. Я слабо улыбаюсь ей в ответ.

— Я действительно его любила.

— Я знаю, дорогая. — Она делает глоток своего напитка, а потом выпрямляет плечи. — Я не хотела ничего говорить, но теперь, когда вы больше не вместе и я его увидела, я просто в ярости. Мне кажется, я обязана это сказать.

— Что? — я напрягаюсь, готовясь к худшему.

— Сказать это непросто, — начинает она.

— О, ради Бога, просто скажи уже!

— Лукас – урод.

Я моргаю.

— Прости, — качаю головой, пытаясь понять, что она только что сказала. — Что?

— Я сказала, что он урод. Ужасный. Просто отвратительно уродливый…