Другой брат (ЛП) - Пейдж Тирни - Страница 31

Я киваю, пытаясь подавить это иррациональное беспокойство.

— Мне тоже было приятно, — говорю я.

— Я пришлю тебе детали насчёт пятницы.

— Отлично.

Он мягко улыбается, и я выпаливаю слова, прежде чем успеваю остановиться.

— Я тоже не хотела, чтобы ты уходил.

Он замирает. Грудь охватывает жар. Ему требуется секунда, чтобы понять, что я говорю о его последнем сообщении, и когда до него доходит, его лицо расслабляется. Он резко кивает, его руки нервно сжимаются, прежде чем он поворачивается и уходит, оставляя моё сердце бешено колотиться в груди.

Я запихиваю книгу в сумку и с дрожащими руками доедаю свой круассан и допиваю кофе. Закинув сумку на плечо, направляюсь домой, чтобы приготовиться к работе.

Глава 22

Эйприл

Пятничный вечер наступил, и я чуть ли не схожу с ума, готовясь с девчонками. Как я и ожидала, хоть мне и не хочется в этом признаваться, я на взводе из-за того, что увижу Джеймса сегодня. Он прислал мне детали выступления Атлас Вэил, и мы решили прийти немного позже, чтобы застать только их сет. После неудачного мимолётного романа Джеммы в прошлый раз, она никуда не торопится, чтобы случайно не завязать разговор с каким-нибудь очередным мужчиной, который окажется полным разочарованием.

— Как ты себя чувствуешь? — спрашивает Джемма, проводя чёрной жидкой подводкой по веку с филигранной точностью.

— Всё нормально. Не понимаю, почему ты постоянно об этом спрашиваешь, — отвечаю я, накручивая рыжую прядь на плойку. Я пытаюсь добиться того самого чистого, естественного образа, который на деле требует уйму времени и кучу средств.

Ставлю плойку на стойку в ванной и делаю глоток шампанского брют розе. Вдруг меня накрывает облако лака для волос. Я кидаю взгляд на Анну, которая, похоже, решила зафиксировать свою причёску на вечность. Мы с Джеммой начинаем громко кашлять.

— Ты в своём уме?! — возмущённо кричит Джемма, отчаянно размахивая рукой, чтобы разогнать облако.

— Зато мои волосы точно в порядке – посмотрите на этот шедевр, — отвечает Анна, покачивая головой из стороны в сторону, чтобы получше рассмотреть результат.

Я хихикаю и продолжаю заниматься своими локонами.

— Думаешь, ты сможешь поговорить с Джеймсом сегодня? — спрашивает Анна, поправляя шпильку.

— Без понятия. Наверное, если задержимся после их выступления, — говорю я, стараясь выглядеть безразличной.

— Ой, как мило! — неожиданно визжит Джемма.

Я морщусь, закрываю один глаз и отворачиваюсь от её пронизительного голоса.

— Другой брат, — мечтательно произносит Анна, прикладывая руку к сердцу.

— Что? — озадаченно переспрашиваю я.

— Ты хочешь другого брата, — уверенно заявляет она.

— Я никого не хочу.

— Ты, — начинает Анна, направляя на меня баллончик с лаком, — полна дерьма.

К счастью, Джемма меняет тему, и мы продолжаем собираться.

Я надеваю рваные джинсы, чёрную шёлковую рубашку и сверкающие розовые босоножки на шпильке. Мои волосы, уложенные в мягкие волны, спадают на плечи и доходят до рёбер. Макияж я выбрала нейтральный, с сияющим финишем, а на губах – глянцевый розовый блеск. Добавила блестящую сумочку, толстую золотую цепочку на шею и подходящие небольшие серьги-кольца.

Смотрю на своё отражение в зеркале и впервые за долгое время чувствую себя сексуальной и уверенной в себе.

Допив наше шампанское, мы быстро принимаем по шоту для храбрости и, наконец, отправляемся на метро. Лёгкое опьянение согревает меня изнутри, расслабляя и поднимая настроение.

Выбравшись из вагона, мы попадаем на оживлённые улицы, полные людей, спешащих на свои пятничные приключения. Когда мы добираемся до Мейфэр Лаунж, он оказывается куда более переполненным, чем я ожидала – надеюсь, в том числе из-за выступления Атлас Вэил. Пространство наполнено оживлёнными разговорами, танцами и песнями людей, качающихся под ритмичную музыку на танцполе.

Мы заказываем по бокалу маргариты, наслаждаясь сладким, кислым вкусом, пока ищем свободный столик. Устроившись в кабинке, я постукиваю пальцами по стакану в такт музыке, стараясь отвлечься от бабочек, разлетевшихся в животе.

Голос Джеммы вдруг прерывает мои мысли.

— Как ты себя чувствуешь? — спрашивает она.

— В сотый раз, я в порядке, — отвечаю я.

Анна фыркает, и я перевожу на неё взгляд, приподняв брови в ожидании.

— Что? Мы все знаем, что если кто-то говорит, что у него всё нормально, это значит, что у него совсем не нормально.

Чёрт. Она права.

— Во сколько он начинает играть? – спрашивает Джемма.

Я пожимаю плечами, глядя на телефон.

— Они должны выйти с минуты на минуту.

Музыка внезапно стихает, и все в зале поворачивают головы к главной сцене, которую осветили прожекторы. Анна толкает моё колено своим, игриво поднимая брови. Джемма смеётся, а я закатываю глаза, но не могу сдержать улыбку. Эти девушки были моим спасением в последние месяцы – словно солнечный свет после дождя.

И тут голос раздаётся через динамики.

— Дамы и господа, поприветствуйте нашу любимую группу – Атлас Вэил!

Толпа взрывается аплодисментами и криками, приветствуя музыкантов, выходящих на сцену.

— Вот он, — говорит Анна, снова толкая моё колено.

— У меня есть глаза, Анна – я вижу, — отвечаю я, чувствуя, как к моему лицу приливает тепло.

— Ты краснеешь, — говорит Джемма, её глаза искрятся весельем. Она наклоняется ближе, обвиняюще указывая на меня пальцем. — Это так мило, что у тебя на него влюблённость!

Я прикладываю ладони к щекам, пытаясь скрыть румянец.

— Да заткнись ты, это алкоголь и мои постоянные покраснения – ты же знаешь, — протестую я, хотя не могу не улыбнуться её поддразниванию.

Но дело точно не в алкоголе и не в каком-то кожном заболевании.

Я снова поворачиваюсь к сцене и смотрю, как Том занимает центр, настраивая микрофон, встряхивая длинные чёрные волосы, чтобы убрать их с лица. Остальные музыканты занимают свои места, и мой взгляд останавливается на Джеймсе. Он проводит рукой по своим светлым волнам, и я замечаю, что сегодня он не надел свою привычную кожаную куртку. Вместо этого на нём только тёмные джинсы и угольно-серая футболка, которая подчёркивает его мощные бицепсы и венозные предплечья. Футболка плотно облегает его широкие плечи, словно вторая кожа.

Засунув руку в передний карман, он достаёт медиатор, а затем перебрасывает ремень бас-гитары через плечо, готовясь начать играть.

Твою мать. Этот мужчина – ходячая мечта.

— Ладно, Эйприл. Я знаю, что он брат твоего бывшего жениха, а я замужем, но должна это сказать – он явно знает, как трахать, — заявляет Анна.

— Что? — удивлённо переспрашиваю я.

— Просто посмотри на него. Ты не можешь отрицать, что он – воплощение сексуальности, — говорит она.

— Я согласна, — подхватывает Джемма.

— Возможно, я понимаю, о чём вы, — пытаюсь ответить спокойно, сделав долгий, обдуманный глоток маргариты.

Опуская стакан, я замечаю, как Джеймс поднимает голову, и наши глаза встречаются. Уголок его губ дёргается, а в глазах вспыхивает свет. Он чуть кивает мне, а затем возвращает внимание к своей гитаре.

Анна и Джемма обмениваются многозначительными взглядами. Мои лучшие подруги видят меня насквозь. Я могу отрицать это до посинения, но не могу спорить с тем, что он красив, и что меня к нему тянет.

— Ладно, хорошо. Согласна. Он действительно секс-символ.

Делает ли это меня плохим человеком? С тех пор как мы случайно встретились в кафе, Джеймс не выходит из моей головы. Неважно, чем я занимаюсь, мои мысли неизменно возвращаются к нему. Эта притяжение пугает меня – оно магнетическое, всепоглощающее, совсем не похожее на то, что я испытывала к Лукасу.

И это пугает больше всего.

Если это не сработает, если для него я окажусь просто очередным мимолётным увлечением, одной ночью, о которой легко забыть, смогу ли я пережить это? Ведь я знаю, что он никогда не был в серьёзных отношениях. Может ли он разбить моё сердце так же сильно, так же беспечно?