Другой брат (ЛП) - Пейдж Тирни - Страница 62

Макс — старший брат Анны. Ему сорок, и он уже десять лет работает на крутой должности в Нью-Йорке. Мы видимся с ним редко, он постоянно занят. В детстве он часто доставал нас, но сейчас с ним весело.

— О? Будет приятно наконец-то с ним познакомиться, — отвечает Джемма, поднимая брови, — мне вполне нравились твои фото с ним.

Анна резко останавливается и обвиняюще указывает на неё пальцем.

— Даже не смей думать о том, чтобы переспать с моим братом!

— Я? — Джемма хлопает ресницами, прижимая руку к груди. — Да я бы никогда!

— Чёрт возьми, — бурчит Анна и, закатив глаза, уходит в сторону очереди.

Впереди я замечаю Кэролайн и Питера.

— Кэролайн! — кричу я, и она оборачивается.

Прежде чем я успеваю что-то сказать, она обнимает меня так крепко, что у меня перехватывает дыхание. Я глубоко вздыхаю, чувствуя облегчение. Как же здорово снова её видеть. Она сжимает меня слишком сильно, как всегда, и я улыбаюсь.

— О, милая, — говорит она, её глаза увлажняются. Она берёт моё лицо в свои маленькие руки. — Как же хорошо тебя видеть.

Её знакомый цветочный аромат заполняет мои чувства, и я едва сдерживаю слёзы. Её объятия — это дом.

Мы отходим друг от друга, и мой взгляд смещается на Питера, стоящего рядом, неловко наблюдая за всей сценой. Мой взгляд мягчеет, когда наши глаза встречаются.

— Привет, Питер, — тихо говорю я.

Он закатывает глаза.

— Иди сюда, милая, — говорит он, и я обнимаю его.

Кэролайн и Питер приветствуют остальных, пока мы стоим в очереди.

Кэролайн мягко трясёт меня за плечи.

— Ты готова к этому?

Я энергично киваю, едва находя в себе силы ответить. Я так горжусь Джеймсом и невероятно жду этого момента. Глаза Кэролайн сияют таким же возбуждением, которое я ощущаю. Я оборачиваюсь к остальным, чтобы увидеть их радостные лица.

Я уже чувствую, что этот вечер станет незабываемым.

— Думаешь, они пустят тебя за кулисы? — кричит Джемма мне на ухо, перекрывая волны криков и аплодисментов вокруг нас.

— Не знаю. Попробовать? — кричу я в ответ, сложив ладони рупором, чтобы меня услышали.

Она пожимает плечами.

— Почему бы и нет!

Отличная мысль.

— Напишу вам, если возникнут проблемы, — говорю я, начиная двигаться к выходу.

Кэролайн и Питер с любопытством наблюдают, как я пробираюсь через ряды, а Джемма, похоже, объясняет им мой план. Когда я оглядываюсь, ловлю взгляд Кэролайн. Она поднимает вверх большой палец с весьма воодушевлённой улыбкой.

Не зная, куда идти, я начинаю блуждать по коридорам стадиона, пока не замечаю миниатюрную женщину с планшетом в руках, громко отдающую команды в гарнитуру.

Чёрт возьми. Не хотела бы я оказаться на её линии огня.

Выпрямив плечи, я подхожу к ней:

— Извините, мой парень выступает сегодня, и я хотела бы узнать, могу ли я попасть за кулисы, чтобы его увидеть?

Если это не сработает, я буду опустошена. Толпа взрывается очередной волной восторга, когда следующая группа заканчивает свой сет.

Она фыркает, оглядывая меня с головы до ног.

— Конечно, дорогуша. Конечно, он выступает, — говорит она, закатывая глаза.

— Нет, серьёзно, — настаиваю я. — Он играет с Атлас Вэил. Он басист — Джеймс. Меня зовут Эйприл, — добавляю я, поднимая VIP-аккредитацию.

Я нервно переминаюсь с ноги на ногу, чувствуя, как растёт тревога. Я не могу пропустить его выступление.

Её выражение лица меняется, на мгновение в глазах мелькает узнавание. Она прикладывает руку к гарнитуре и что-то говорит в неё, вероятно, общается с охраной. Через минуту она резко кивает, затем смотрит на меня.

— Он сейчас выходит. Следуй за мной. Быстрее, — говорит она, грациозно двигаясь по коридорам на каблуках, словно по магии не спотыкаясь.

Мы петляем по лабиринту коридоров, пока, наконец, не доходим до чёрной металлической лестницы. Я следую за ней наверх, и, наконец, мы выходим на площадку.

Повсюду звуковое оборудование. Огромные колонки и прожекторы свисают с потолка, а паутина кабелей тянется вдоль пола и стен. Пульты с мерцающими огоньками стоят у стен, издавая тихий гул. По периметру расположены около десяти техников в чёрной одежде с гарнитурами. Они двигаются слаженно, нажимая кнопки, отдавая команды и настраивая аппаратуру, стараясь держать всё под контролем.

Женщина подводит меня к крыльям сцены, останавливаясь перед входом. Она оборачивается на каблуках:

— Он выйдет через секунду. Просто стой здесь, и ты его увидишь, как только он закончит.

— Спасибо, — говорю я с благодарностью, ловя её взгляд. Она кивает и, покачивая бёдрами, уходит вниз по лестнице, снова яростно крича в гарнитуру.

Я сосредотачиваю взгляд на сцене, и сердце уходит в пятки, когда я замечаю Джеймса. Мои брови сдвигаются в недоумении, когда он подходит к микрофону и обменивается несколькими словами с Томом. Потом, к моему удивлению, Том отступает, уступая микрофон Джеймсу.

Что он делает?

Толпа замирает в тишине, пока парни занимают свои места.

Наконец, Оливер отсчитывает ритм, и они начинают играть. Голос Джеймса разносится по стадиону, наполняя огромное пространство хрипловатым, мощным тоном, от которого у меня перехватывает дыхание.

Моя челюсть отвисает.

Что. Чёрт. Возьми.

Я даже не знала, что он может так петь.

Я смотрю, заворожённая.

Его пальцы ловко бегают по грифу гитары, извлекая каждую ноту, пока он изливает душу перед аудиторией. Я полностью поглощена, не в силах отвести взгляд. За окном ночь, но внутри меня словно восходит солнце.

Слёзы текут по щекам, собираясь у уголков губ, пока я ловлю их улыбкой. Он поёт о краденых взглядах, о тоске и ожидании. Он поёт о надежде, прощении и новых началах.

И когда он доходит до последнего куплета, где звучат слова о любви, найденной в неожиданном месте, меня внезапно осеняет.

Моё сердце сжимается, и я будто уношуcь куда-то вдаль.

Он поёт обо мне. О нас.

Глава 46

Джеймс

— Мы Атлас Вэил. Спасибо, Лондон! — кричит Том в микрофон.

Мы заканчиваем сет, и мои уши звенят от оглушительных криков, аплодисментов и свиста, что эхом разносится по стадиону, словно гром. Я нахожусь на вершине эйфории, которую никогда прежде не испытывал, и, испытав это, я не хочу возвращаться обратно. Это нирвана. Это моя цель. Это то, ради чего я создан.

Я никогда не чувствовал ничего подобного.

Мы машем аудитории в последний раз, впитывая энергию, прежде чем уйти со сцены. Когда я дохожу до закулисья, я замечаю Эйприл, ждущую меня. Она замерла, её глаза широко распахнуты, а по щекам текут слёзы. Её лицо — смесь потрясения и восторга.

На ней узкие джинсы, заправленные в сапоги до колен на каблуке. Облегающий боди подчёркивает её фигуру, а на плечи наброшен вязаный кардиган. Её рыжие волосы мягкими локонами спадают до рёбер, отражая свет. Под яркими огнями сцены её веки искрятся, придавая ей почти неземной вид.

Я хочу запомнить этот момент, этот миг, и сохранить его навсегда.

Я пересекаю расстояние между нами, моё сердце колотится, и я поднимаю её на руки. Она обвивает ногами мою талию, а я жадно впиваюсь в её губы.

— Молодец, парень, — говорит Уилл, похлопывая меня по спине, проходя мимо.

Я смеюсь, целуя Эйприл, и она улыбается в ответ. Аккуратно я опускаю её на землю, притягивая ближе и запуская пальцы в её мягкие локоны.

— Дорогая, — шепчу я, обхватывая её лицо ладонями.

— Я люблю тебя, — выпаливает она.

Слова обжигают меня, словно клеймя, и моё сердце замирает. Клянусь, оно действительно замирает.

Я перемещаю руки на её шею, притягивая ближе, и нежно целую её вдоль линии челюсти.

— Скажи, что это правда, — шепчу я, мой голос едва слышен.

— Это правда, — говорит она.

Слеза скатывается с её ресниц, и я нежно целую её, оставляя дорожку по щеке. Я целую её лоб, потом нос и, наконец, губы.