Рецепт для соперников (ЛП) - Стоктон Кейси - Страница 38

— Нова...

— Мне нужно вернуться внутрь, — сказала я.

Картер раздражённо выдохнул. Я слышала, как он зашагал туда-сюда, представляла, как проводит рукой по своим тёмно-золотым волосам, как всегда делал, когда не мог найти решение в деле и боялся проиграть. Он не привык к такому — та Нова, которую он знал, смягчилась бы, уступила, сказала бы то, что он хотел услышать, лишь бы сохранить мир.

— Что с тобой происходит? Мне не нравится, как Техас на тебя влияет.

Я сглотнула и подавила смешок. Мне хотелось огрызнуться, напомнить, что я здесь только потому, что он меня больше не любил. Что мне пришлось бросить всё и переехать через полстраны, потому что больше мне идти было некуда. Что, в конце концов, именно он, сам того не осознавая, вынудил меня к этому.

Но вместо этого я попыталась выдавить в голосе улыбку, чтобы он не смог услышать мою злость.

— Ты потерял право спрашивать об этом в тот день, когда ушёл, Картер. Мне пора. Если хочешь поговорить с детьми, я попрошу их позвонить тебе вечером.

— Меня не будет дома, — бросил он, очевидно, рассчитывая, что меня это заденет.

Субботний вечер. Значит, он собирался провести его с женщиной? Или, по крайней мере, хотел, чтобы я так подумала?

— Хорошо, тогда в другой раз. Скажи, когда тебе удобно, и мы постараемся подстроиться под твой график.

— Отлично.

Я сбросила вызов, даже не попрощавшись. Это было моё маленькое проявление непокорности.

Но стоило наступить тишине, как одиночество тут же закралось в меня, заполняя пустые щели. Из дома доносились приглушённые голоса, на гравии перед крыльцом хрустели покрышки машин — приезжали новые гости.

Я опустила лицо в ладони и глубоко вдохнула.

— Ты в порядке? — раздался голос Дасти за спиной.

Я убрала руки.

— Я думала, ты ушёл.

Он всё ещё стоял на том же месте, ведро с подсолнухами у его ног. Его рот искривился в лукавой улыбке.

— Хотел убедиться, что с тобой всё нормально.

Тёплая волна медленно растеклась по груди, и я поймала себя на том, что улыбаюсь.

— А ты почему здесь?

— Сменился только этим утром, приехал помочь с подготовкой. — Он пожал плечами. — А потом с Такером едем к нему на ранчо тренироваться в метании лассо.

— В метании лассо?

— Не говори, что ты не знаешь, что это. — Он склонил голову набок. — Ты хоть раз была на родео?

— В наших краях этим не увлекаются.

Дасти широко ухмыльнулся.

— Ох, малышка, ты даже не представляешь, какое тебя ждёт зрелище. Уверен, Элис понравится смотреть, как ковбои оседлывают быков.

— Элис? Почему?

— Это же почти цирковое шоу. Иногда перед началом наездница везёт американский флаг, стоя на скачущей лошади. Ещё та зрелищная штука.

— Звучит как настоящее приключение.

— Вот увидишь летом. — Он медленно приблизился, остановившись прямо передо мной. — Будем умирать от жары, есть несвежие начос и веселиться, как никогда.

Как он умудряется делать это настолько привлекательным?

— Думаю, мне бы это понравилось, — призналась я, и поняла, что действительно так думаю.

Дасти склонил голову, большим пальцем коснулся моего подбородка, его взгляд задержался на моих губах. Потом его палец прошёлся по изгибу нижней губы, и его рука тут же опустилась.

— Мне нравится, когда ты улыбаешься.

Тёплая дрожь пробежала по телу в том месте, где он коснулся меня. Я покраснела, осознавая, как сильно хочу, чтобы он сделал это снова. И это пугало.

Я не могла заводить отношения. Не так скоро после десяти лет брака.

Нет, если быть честной, это уже было не оправдание. Но мои дети никуда не делись. И я не собиралась вводить в их жизнь мужчину на романтическом уровне, пока не была полностью уверена, что он готов не просто ко мне, а ко всем троим.

Шутки и ужины за общим столом — это одно, а реальная жизнь, с ответственностью и привязанностью, — совсем другое.

И ради их спокойствия я не могла позволить себе рискнуть.

Только вот его взгляд, метнувшийся от моих глаз к губам, с лёгким блеском в глубине радужки, разжигал внутри меня огонь. Я снова почувствовала, каково это – быть желанной. Последний раз Картер смотрел на меня так... даже не помню, когда.

С тех пор я превратилась в пустыню Сахару. А Дасти был либо долгожданным глотком воды, либо миражем. Скорее всего, первым, но пока было слишком рано судить.

— Мне пора внутрь, — сказала я, но голос предательски охрип.

Он кивнул.

— Увидимся сегодня вечером?

— Я собираюсь готовить спагетти с детьми.

Глаза Дасти сузились.

— Звучит как отговорка.

— Это не так. Ну… ладно, это действительно похоже на отговорку, но не ложь. Я обещала им всю неделю. Элис уже придумала, как покрасит свои в фиолетовый.

— Точно? А то я, когда хочу от чего-то отвертеться, говорю, что мне нужно домой покормить кота. Хотя у неё автокормушка, и все, кто меня знают, понимают, что это просто вежливый способ отказать.

Сердце бешено застучало.

— Я не пытаюсь отказать тебе. Мы действительно так иногда делаем, и Элис буквально умоляла. Я бы пригласила тебя, но мы будем у Джиджи.

— Всё ясно. — Он улыбнулся краем губ. — Тогда жду доказательств фиолетовых макарон, иначе решу, что это всё-таки был мягкий отказ.

— Разве я когда-нибудь была мягкой? — Я вскинула бровь.

— Нет, — усмехнулся он, медленно оглядывая моё лицо. — Никогда.

Что-то между нами изменилось. Стало… легче, теплее, уютнее, как первые весенние лучи солнца. Хотелось просто лечь и впитывать это тепло.

— Ладно, не буду тебя задерживать, — сказал он тихо, но не сдвинулся с места.

— Хорошо. Удачи с твоими верёвками.

Дасти закатил глаза, но его улыбка только стала шире, и это выглядело по-мальчишески искренне.

Я развернулась к двери, собираясь вернуться в дом, и поймала взгляд женщины, наблюдавшей за нами через окно. Если я правильно помнила, это была Грейси Мэй. Она облокотилась на стену, болтая с Джун, но её глаза были прикованы к нам.

Дасти выругался себе под нос.

— Твоя девушка? — спросила я, заметив, как её губы сжались в напряжённую линию.

— Она пыталась ею быть, — пробормотал он. — Я уже не знаю, как сказать яснее, что не заинтересован, но она не отступает.

Мне стало их жаль. Судя по всему, ситуация была неловкой для обоих.

— Она ведь подружка невесты, да? — спросила я, припоминая, что видела их с Джун за свадебными хлопотами.

— Да, они давно дружат. И она двоюродная сестра Такера.

Я кивнула. Грейси Мэй не казалась соперницей — я ведь вообще ни с кем не соперничала. Но я всё равно невольно сравнила себя с ней. Она выглядела моложе, её кожа безупречной, а улыбка — идеальной.

Я бросила взгляд на Дасти.

— Сколько тебе лет?

— Двадцать восемь.

Чёрт. Я только что осознала, что запала на мальчишку. Ну, если это не способ остудить пламя своих неуместных чувств, то я не знаю, что ещё может помочь.

— Что? — нахмурился он. — Тебе не понравился этот ответ.

— Да нет… Просто почувствовала себя древней.

— Почему? Тебе же, наверное… — Он нахмурился, явно пытаясь посчитать, но потом усмехнулся. — Хотя, мой дед учил меня никогда не угадывать возраст женщины. Но ты, наверное, рано родила Бена?

— Мне тридцать один. Исполнилось в начале года. Так что да, я древняя.

— Эй, мы бы с тобой в школе пересеклись, значит, не всё так плохо.

Я рассмеялась, направляясь к двери, чтобы закончить этот разговор. Через окно снова поймала взгляд Грейси Мэй и быстро отвела глаза, специально не сравнивая её роскошные светлые волосы со своими. Всё-таки разница в возрасте между нами была года четыре или пять.

Давайте будем честны. Я — мама. Я выгляжу… как мама. Волосы почти всегда собраны, потому что мне просто лень возиться с укладкой. Я обожаю свои растянутые свитера и удобные джинсы, а ноги просто не выдерживают обувь без нормальной поддержки.

А Дасти — молодой, красивый и местная легенда. Он мог бы быть с кем угодно.