Эпоха королей (ЛП) - Нира Страусс - Страница 39

Задние стены были неровными, словно тот, кто клал кирпичи, решил положить больше с одной стороны и меньше с другой. В центре находился кузнечный горн. Огонь внутри него был чистой лавой и окрашивал всё в оранжевый, почти красный свет. Энергия водяного канала приводила в движение огромный молот и подавала воздух на огонь. К счастью, прямо сейчас они не использовались. Иначе, полагаю, шум стоял бы такой, как если бы гигант стучал по воротам замка во время шторма.

Звуки ударов исходили от мужчины среднего роста, но очень крепкого телосложения. Он ковал кусок металла на наковальне, и искры разлетались во все стороны. Он был весь в поту и в чёрном кожаном фартуке, обнажавшем его мускулистые руки.

Мэддокс свистнул, чтобы привлечь его внимание. Мужчина остановился и посмотрел на меня своими тёмными глазами.

— Подойди, лайли. Скажи, нравится ли тебе размер.

Я подошла посмотреть, над чем он работает, хотя мало что понимала в его деле. То, что я видела, напоминало просто деформированные куски металла.

— Зависит от того, для чего это, — осторожно ответила я. Не хотелось бы обидеть кузнеца, в руках у которого очень тяжёлый молот.

Мужчина поднял брови и посмотрел на Мэддокса.

— Я испорчу какой-то сюрприз?

Я повернулась к дракону, который, старательно избегая моего взгляда, смотрел на наковальню.

— Это кинжалы. Для тебя.

Я сразу же начала отказываться, но он стоял на своём.

— Не воспринимай это так серьёзно, это не подарок, — заверил он, будто всё дело было именно в этом. — Я одолжу тебе их на время. Если мы ничего не добьёмся здесь и тебе придётся отправиться ко Двору, они тебе понадобятся.

И всё же…

— Я думала, Игнас хочет, чтобы ее племянница была скромной девушкой, впервые вышедшей в свет.

Уголки губ дракона слегка изогнулись.

— Ты просто ещё не знаешь Игнас и её методы.

Я снова посмотрела на куски металла, теперь уже пытаясь представить себе кинжалы, которые кузнец выкует с помощью молота, холода, жара и своего мастерства. Моё сердце забилось быстрее. Когда я украла кинжал у Гвен, меня поразила его лёгкость, специально рассчитанная для женских рук, и смертельная острота его лезвия. Я завидовала тому, что она владела таким красивым и эффективным оружием. А теперь у меня будет своё собственное?

Чувство вины снова попыталось захлестнуть меня, подобно лавине, но я быстро загасила его в себе.

— Ладно. Только на время.

Это не символический подарок; это то, что мне понадобится, то, что поможет мне защитить себя и проложить себе путь во Дворе или где бы то ни было.

Мэддокс лишь широко улыбнулся, как будто это я ему приготовила подарок, а не он мне, и кивнул кузнецу.

— Она должна будет скрывать их под платьем, так что добавь ремни и застёжки. И новый пояс для ножен, — протараторил он, как будто боялся, что я передумаю.

— Разрешишь взглянуть на твои руки? — спросил кузнец.

Мои ладони уже вспотели от жара, так что я вытерла их о штаны перед тем, как протянуть кузнецу. Я задержала дыхание, думая, что он их схватит, и мне показалось, что Мэддокс наклонился вперёд. Однако мужчина просто внимательно осмотрел их своими маленькими глазками. Если он и заметил следы от ногтей, то ничего не сказал.

— Эти руки принадлежат человеку, которому не чужд физический труд, — прокомментировал он. — Травничество?

— Вы очень наблюдательны.

— Это моя профессия. А скажи, Мэддокс, ты собираешься представить меня как положено или позабыл все манеры, когда шагнул через порог?

Дракон переступил с ноги на ногу.

— Аланна, это Ойсин, лучший кузнец во всей Гибернии. Ойсин, это Аланна. Она временно сотрудничает с Братством.

— Никто не соглашается добровольно жить в тени и идти против Двора, если у него нет на то веской причины. Какая бы ни была у тебя, вот совет кузнеца, которого никто не спрашивал: капля помощи значит больше, чем море сострадания.

Я застыла, растерянная, особенно когда он ничего больше не добавил.

— А, э-э… Спасибо?

— Если не возражаешь, могу я ещё посмотреть твой пояс? И мне нужно будет снять с тебя мерки.

Ойсин скривился от ужаса, когда я положила пояс возле наковальни, весь мятый и обгоревший. Да, мой пояс переживал не лучшие времена.

Я вытащила кинжал из ножен, чтобы облегчить пояс, и Ойсин вздрогнул. Он смотрел на него так, будто я только что открыла перед ним сундук, полный сокровищ. Его маленькие глаза распахнулись так, что я впервые за время нашего знакомства увидела белки.

— Это…

— Семейная реликвия. Кинжал из гобинской стали.

Ойсин вышел из-за своего рабочего места. Я с трудом скрыла удивление, увидев под фартуком покрытые шерстью ноги, заканчивающиеся чёрными копытами. Как у козла, у него выходили вперёд суставы, из-за которых казалось, что его колени согнуты назад.

Ну да, он явно сидх.

— Можно? — прошептал он, протягивая руки почти с благоговением.

— Конечно.

Кузнец-фей не спеша изучал мой кинжал, отмечая каждую филигрань на рукояти, каждый символ на лезвии. Он провёл пальцем по острому краю и улыбнулся, когда порезался. Это было бы жутковато, если бы не слёзы, выступившие из его глаз.

— Никогда раньше не видел гобинскую сталь, кроме как на рисунках в рукописях, — признался он. Достав из кармана платок, кузнец аккуратно положил на него кинжал, чтобы тот не издал ни звука. — Формула была открыта великим Гобом Ледяным Молотом. Говорят, он спустился в самые недра мира, чтобы найти необходимые материалы. Не знаю, правда ли это, но это объясняет, почему её до сих пор не удалось воспроизвести. — Вдруг он нагнулся, чтобы его глаза оказались на уровне края стола, как будто это давало ему новую перспективу. — Многие думали, что это изобретение станет решающим в войне. И оно помогло, да. Но его оказалось недостаточно. Ничего не было достаточно.

Да, считалось, что король Гоб создал его, приложив немало сил и ума, как противовес гематиту. Изобретение, призванное уравнять силы на войне, начатой Теутусом. Его появление было неизбежно. Так же, как люди уничтожали сидхов с помощью гематита, сидхи нашли способ ответить им тем же. В случае с гобинской сталью ходили слухи, что если человек выживал, то чувствовал жжение от пореза всю оставшуюся жизнь. Как будто оружие навсегда врезалось в его плоть.

Я подумала о принце Бране и о том, что сказала мне Сейдж: теперь я самая разыскиваемая сидха в королевстве. Неудивительно. Я сделала его калекой.

Ойсин последний раз провёл пальцем по рукояти.

— Не знаю, как он сохранился до наших дней, но спасибо, что показала его. Используй его с умом.

И тогда, как будто прочитав мои мысли, Мэддокс улыбнулся во все зубы. Это была искренняя улыбка, полная веселья.

— Аланна уже мастерски его использовала.

Мы встретились взглядами, и я не смогла сдержать улыбку, заигравшую на моих губах. Даже если бы я захотела, её уже невозможно было скрыть. Брови дракона приподнялись, и его собственная улыбка постепенно исчезла.

Он остался стоять с открытым ртом.

Вздохнув, я забрала свой плащ и пояс.

— Спасибо, Ойсин.

— Тебе спасибо, лайли. Можешь прийти за заказом завтра.

На выходе из кузницы Мэддокс встал у меня на пути. Оперевшись на дверь, чтобы я не смогла её открыть, он наклонился ко мне, внимательно разглядывая, как если бы я была головастиком, а он — трёхлетним ребенком.

— Это что, улыбка? Для меня? Из-за того, что я сказал?

— Никакого флирта в моей кузнице, Мэддокс!

Глава 19

Огни Бельтайна горят с такой силой, что согревают сердца тех, кто проходит сквозь них.

Из запрещённой книги «Четыре праздника на весь год»

Ночь быстро опустилась на На-Сиог. Или же время летело незаметно, пока Мэддокс показывал мне окрестности деревни. Он так и не смог уговорить меня купить что-нибудь на рынке, даже восхитительное мороженое, приготовленное с помощью запрещённой магии. В какой-то момент я села и начала плести ленты вместе с двумя старушками-мерроу. На низких столиках перед нами стояли латунные светильники с ароматическими свечами. Обе женщины пили чай с отвратительным запахом, как будто отвар из рыбьих костей, и я постаралась максимально вежливо отказаться от предложенной мне чашки. Тем временем подол моего платья всё норовила зажевать коза, а я делала вид, что не замечаю этого.