Эпоха королей (ЛП) - Нира Страусс - Страница 46

— Это не был ríastrad, — проворчал он, сплёвывая капли воды. — Я просто зол из-за того, что ты меня усыпил.

Фионн пожал плечами.

— Предпочитаю лишний раз не рисковать с этими драконьими лихорадками.

Мэддокс смерил его взглядом, но нападать больше не стал. Вытерев лицо плащом, он махнул мне.

— Идём, sliseag. Сразу предупреждаю: какой бы уставшей ты ни была, я не отпущу тебя, пока ты не расскажешь мне всё, что произошло, во всех деталях. — Он бросил последний презрительный взгляд на Фионна. — Даже если придётся описывать каждую его отрыжку.

Я немного нерешительно подняла руку, чтобы попрощаться с Фионном. Бессмертный что-то пробормотал и ушёл обратно в свои развалины.

— С тобой точно всё в порядке? — снова спросил Мэддокс. Он подозрительно посмотрел на мои руки.

Чёрт, ничего не ускользнёт от его внимания.

— Ты был прав.

— Знаю, — мгновенно ответил он раздражённым голосом, но затем уточнил: — Насчёт чего?

— Это всего лишь жалкое место скорби, руин и воспоминаний.

Я кратко рассказала ему, что произошло, конечно же, умолчав о своем происхождении и пророчестве. Если он узнает, какими способностями я обладаю, то быстро сложит два и два. Нет никакой другой расы, которая может управлять тьмой так, как это делаю я. И даже я была аномалией в своей семье.

Мы перешли мост, и я с облегчением выдохнула, ступив на восточный берег и оставив позади странный туман, Долину Смерти и холм Тинтагель.

В «Бестолковой рыбе», похоже, продолжалось собрание, но мы направились по дороге к постоялому двору на другом конце деревни.

И, возможно, из-за всего, что произошло, я не смогла сдержать любопытства:

— Что такое ríastrad?

Мэддокс огляделся по сторонам, прежде чем ответить, и это уже дало мне много подсказок. Мы шли рядом, он замедлил шаг, чтобы идти в ногу со мной. Чем дальше мы отходили от таверны, тем тише становилось. Мы прошли мимо дома Цето и Секваны; стулья всё еще стояли снаружи, ожидая своих хозяек для очередного вечера плетения лент.

— У всех сидхов из двора Ширра была одна и та же проблема; чем больше огня они носили в себе, тем труднее им было управлять своими эмоциями. Чувства, такие как гнев, страх или желание, заставляли температуру тела быстро подниматься. — Я чувствовала его взгляд на себе, но сосредоточилась на Муирдрисе и отражении звёзд. — Наиболее подвержены этому были драконы мужского пола, прямые потомки Девятерых. Это своего рода лихорадка, которая вгоняет в безумие. Это могло быть воинственное безумие перед битвой или…

Он замолчал. Я скосила на него взгляд и заметила, как он криво улыбается, обнажив один из своих клыков. Что-то шевельнулось у меня в груди. Ключицы начали слегка пульсировать, почти приятно.

Я знала, что не должна этого делать, знала, что он скажет дальше, и что лучше не касаться этой темы, но…

— Или?..

Мы остановились. Луна отражалась на его чёрных волосах голубыми бликами, в её свете сверкнула серьга, когда дракон наклонился ко мне.

— Или сексуальное безумие, — прошептал он, его свежее дыхание коснулось моего носа, а широкие плечи заслонили весь мир. — Говорят, что оно могло длиться днями, в зависимости от того, что стало триггером. Днями, в которые их родные должны были следить за тем, чтобы они ели, потому что единственное, о чём могла думать пара, — это продолжать удовлетворять друг друга. Есть примета, что после безумия дракона его спутница обязательно будет беременна близнецами.

По изгибу его губ я догадалась, что последнее было шуткой. Проблема была в том, что моё богатое воображение тут же нарисовало яркую картинку. Образ огромных чёрных крыльев с фиолетовой окантовкой, раскинувшихся на кровати. Забыть о еде? Я знала, что такое секс, мне он нравился, но я никогда не чувствовала такого порыва, как это безумие. Мне нравилось узнавать, что может происходить в интимной обстановке, но я никогда не смотрела на Дугалла с ощущением, что хочу удовлетворить его любой ценой.

Мои губы слегка приоткрылись при этих мыслях, и благодаря воображению…

Взгляд Мэддокса впился в мои губы. Я не контролировала своё дыхание. В животе возникло горячее, голодное ощущение, и если бы оно опустилось чуть ниже…

Дракон сделал ещё один шаг ко мне. Он был так близко, что его бёдра касались моих.

— Sliseag… — прошептал он.

«Удачи тебе, если ты всерьёз надеешься держать что-то в секрете от дракона, недавно нашедшего свою пару».

Слова Фионна помогли мне прийти в себя и отодвинуться. Я смотрела по сторонам — куда угодно, только не на Мэддокса. Как лепрекон.

— И это случилось с тобой в замке? Риастрад?

Мне показалось, что он пошатнулся, как будто его всё ещё тянуло к тому месту, где я стояла. Так близко, что если бы я подняла подбородок чуть выше…

— Да, — вздохнув, ответил он. Он продолжал смотреть на меня, наклонив голову, оценивая дистанцию, которую я создала между нами. Несколько секунд спустя он снова шагнул вперёд. — Самый эффективный способ выйти из этого транса — это облиться холодной водой. И отойти подальше от того, что спровоцировало вспышку безумия.

Я кивнула, но была слишком занята самоистязанием, чтобы ответить что-либо. Мы больше не разговаривали по дороге, и дракон не замедлял своих шагов. За этот день и ночь произошло уже слишком много всего, и я была настолько измотана, что даже ни разу не посмотрела на его крепкую задницу.

Попрощавшись с Тантэ и Хигелем, мы направились к нашим комнатам, которые, к счастью, находились в разных коридорах. На прощание я пробормотала: «Спокойной ночи», но даже сама не расслышала своих слов, и попыталась ускользнуть.

— Аланна, — позвал меня Мэддокс.

Я наполовину обернулась. Он не сдвинулся с места. Светильники на стенах тускло освещали коридор, придавая дереву медовый оттенок.

— Мне жаль, что ты не нашла тут ответы. Правда.

На самом деле я узнала здесь много чего интересного, но, конечно, не раздумывая променяла бы всё это на единственную надёжную подсказку о том, как вернуть Каэли.

— Я не сдамся.

Он кивнул.

— Знаю. И, если позволишь, я помогу тебе.

— Ты знаешь, что ничто не обязывает тебя это делать, правда? — сказала я, подняв брови. — Ни тебя, ни кого-либо ещё из Братства. Потому что я пойду до конца, чтобы спасти свою сестру, и мне всё равно, если это привлечёт ненужное внимание, раскроет меня перед Двором и королём или сделает мишенью. Возможно, я не буду действовать так тихо и незаметно, как привыкли вы.

Он тихо засмеялся.

— Иногда незаметность переоценивают. И ты права.

— В чём?

— В том, что меня ничто не обязывает.

Окинув меня взглядом напоследок, он скрылся в своей комнате. Я же ещё долго смотрела на светильники в коридоре.

Перед тем как уйти, мы заглянули в кузницу. Сказать, что Ойсин великолепно справился со своей задачей, — значит ничего не сказать. Мало что могло сравниться по красоте с этой парой кинжалов, они уступали разве что новорождённой Каэли. У одного кинжала было прямое лезвие, у другого — изогнутое. Оба сделаны из сверкающей стали толщиной всего три сантиметра в самой широкой части, сужаясь к кончику, настолько острому, что едва я коснулась его большим пальцем, как на подушечке выступила капля крови.

Я положила палец в рот, слишком заворожённая рукоятками, чтобы почувствовать боль. Их дизайн… Изящные линии, похожие на чешуйки, тянулись от основания лезвия к рукояти, распускаясь в гроздья завитков, образующих гарду. На изогнутом кинжале было несколько аметистов в форме полумесяцев, а на прямом — один красный камень в центре. Надеюсь, это не рубин; его стоимость могла бы прокормить половину На-Сиог на год вперёд.

Кинжалы идеально лежали в моей руке, настолько лёгкие, что мне не терпится попробовать несколько бросков. Поверить не могу, что Ойсин создал нечто настолько восхитительное всего за один день.