Этикет для Сусликов (СИ) - Екимова Наталья - Страница 33

— Не смей приставать к моей ведьме, самозванец! Да еще под моей личиной! Убирайся сейчас же, иначе я так тебя взгрею, что до конца дней своих будешь шарахаться и от собственной тени!

— Ветка и так моя! — парировал «близнец», оставив рубаху в руках у взбешенного бога мрака. — Три года почти что под одной крышей много значат, неудачник! Пошёл вон! Это моя женщина! Ни с кем делиться ею я не намерен! — и он со всей дури заехал наглецу в челюсть, выбив её.

Эребус с громким хрустом вставил кость обратно и ураганом налетел на обидчика, грозно потрясая костистыми кулаками. В комнате раздавались только постанывания женщины, о которой все забыли, и сосредоточенное сопение двух дерущихся из-за неё «павлинов».

Пока мужчины с переменным успехом пытались доказать «кто Иветте хозяин!», недовольная таким небрежением Лилия открыла затуманенные страстью глаза, которые тут же полезли из орбит. Было от чего: целых два Эрика квасили друг другу морды за право обладания ею. Конечно, было лестно, что она способна разжечь в сердцах такую животную страсть. Только сейчас на уме у прохвостки было нечто совсем иное.

«Один Эрик — хорошо, а два — лучше!» — подумала она про себя, нехотя встала и пошла разнимать драчунов, благоразумно не влезая в свалку.

Думая, что борются за единоличное владение строптивой ведьмой, соперники спуску друг другу не давали. В ход шел любой подходящий предмет, который попадался под руку. Когда всё, что можно было оторвать и использовать в качестве орудия в споре, закончилось, они попытались было приватизировать и туфли невесты. Их та уже легкомысленно скинула на пол, но получили такой отпор, что отступились.

Лили настолько надоела пустая трата времени, которое она планировала конвертировать в утонченные удовольствия сразу с двумя Эриками, что, рассвирепев окончательно, толкнула собственного мужа на постель и прорычала:

— Что за непонятливые мужики пошли⁈ Смотреть уже противно! Раздевайтесь оба! Сколько можно ещё говорить? Меня на вас двоих хватит! Будет мало, отловлю ещё и кого-то из гостей! — Мрак с удивлением обнаружил себя распластанным на кровати, а тонкие пальчики уже занялись расстегиванием пуговиц и застежек.

Обменявшись с соперником полным гнева взглядами, отпихнул Лилию в сторону и снова бросился в атаку. Новобрачная издала полный ярости вопль и набросилась на обоих драчунов с кулаками, костеря их на все корки:

— Не тем вы заняты, Эрики! — взвыла она, схватила обломок дерева, который был некогда ножкой антикварного стула, мягкая обивка которого клочьями валялась по всей гостевой спальне, и треснула по спине сначала одного, а потом и второго. — Долго вы ещё оба тормозить будете, или мне пойти поискать кого-то подогадливее? Пока ещё не все мужчины по домам разлетелись?

— Я ни с кем тебя делить не буду, Ветка, — шипел рассерженным котом Всеволод, со всей дури молотя кулаками по голове противника.

— Это моя ведьма! — вопил бог мрака, раздавая тумаки наглому самозванцу, большая часть которых попадалась по глупой башке, и недоумевая.

Это почему же его магия не работает, когда он смог бы решить все проблемы одним махом и без лишних усилий?

Глава 26

Из тёмного угла выскользнула Мегера, впрочем, никто из троицы не обратил на неё ни малейшего внимания. Рядом с ней давился смехом Аор, зажав ладонью собственный рот. Ламию предстояло подлить масла в огонь, чтобы затея удалась в полной мере. Нокс жаждала проучить своего гуляку. Коль скоро в их сети попали оба «любимых котика Веточки», то тратить лишние усилия было ни к чему.

Магия кровососа заставила Лилию сильно обидеться на забияк, которые не желали прислушаться к голосу разума. Сердито стуча каблуками вновь надетых на маленькие ступни туфелек, она отправилась на розыски собственного супруга. Коль скоро два приглянувшихся ей мачо оказались ни на что не годны.

Как только новобрачная исчезла, вильнув хвостом, парочка Эриков с удивлением увидела, что осталась в гордом одиночестве. Обменявшись парой ударов для проформы, они кинулись в разные стороны. Стремясь поскорее найти наглую ведьму, которая посмела сбежать. Откуда им было знать, что Талея сделала так, что им будет везде мерещиться мелькнувшая вдалеке Иветта. Хитрое колдовство почти до самого рассвета не даст им прекратить поиски и на краткий миг.

Лилия торопливо привела себя в порядок у огромного зеркала и тут увидела сероглазого красавца в дорогом костюме. Мужчина с таким восхищением на неё посмотрел, что она тут же воспряла духом и принялась прихорашиваться с удвоенными усилиями, время от времени бросая на незнакомца многообещающие взгляды.

Репортер одной из самых кусачих бульварных газетенок, сидевший на дубовом суку, сделал несколько снимков. Правда, кому строила глазки новоиспеченная госпожа Ланская, он так и не увидел. Мужчина, видимо зная об его присутствии, держался так, чтобы не попасть в кадр. Впрочем, Гарик славился тем, что терпения у него было столько, что он с любого торжества элиты приносил ворох горяченького компромата, за который участники фотосессий нередко отстегивали солидные суммы. Лишь бы не засветиться на первой полосе «Эхо искуса». Закрыть газетенку никак не смог даже Морс. Так как среди совета её директоров оказались чересчур уж важные в их мире шишки, избравшие для себя нелегкую стезю журналистики.

Новобрачная снова улыбнулась кому-то, кого он не видел, и принялась величественно спускаться по крутой лестнице. Потом раздался какой-то шорох, следом громкое «Крак!». Кокетка, на чём-то поскользнувшись, покатилась вниз с всё возрастающей скоростью. По дороге подол платья зацепился за выступ одного из безвкусных украшений, которые она расставила по всему особняку. Раздался треск ткани, и в свете неяркого светильника дамочка предстала перед невольным зрителем с новомодной камерой, которая была в состоянии делать цветные снимки даже в почти полной темноте, в криво сидящем нижнем белье и чулках на ажурной резинке, по которым бежали кокетливые стрелки.

Кто её поймал внизу, Гарику не было видно, но через мгновение воздух сотряс оглушительный вопль ужаса. Лилия помчалась прочь, сломя голову. От стены отделилось несколько серых теней, которые погнали верещащую от ужаса добычу прочь так, чтобы она не столкнулась с мечущимися по дому в поисках ведьмы Эребусом и Всеволодом. Сама же Иветта от души смеялась над злоключениями троицы в обществе Нокс, Гекаты и Талеи. Пока фурии разыгрывали последние ноты в этом трагифарсе она попивала грейпфрутовый сок с несколькими кубиками льда.

Новоиспеченный муж и его оппонент встретились в бальной зале, стукнувшись лбами с такой силой, что отлетели в разные стороны и приложились затылком об пол. Эребусу, конечно, ничего не было, а Всеволод всего лишь на пару минут потерял сознание. Толстый ковер, который украшал пол в зоне отдыха, смягчил удар настолько, что никаких серьезных последствий тот не принес.

Велел охранникам отыскать наглого драчуна и выставить вон. После чего Ланской отправился на поиски собственной жены. До рассвета оставалось совсем недолго. Гадкая Ветка снова куда-то слиняла, а спать один он не привык. «За неимением лучшего, вполне сойдет и Лилька!» — обреченно подумал он, не зная, что репортер заснял все подробности столкновения в бальной зале Тарановых. У Гарика давно был зуб на оба семейства. Поэтому он решил, что не даст им и полшанса избежать скандала и выставит всех на посмешище, даже не задумываясь.

Вот чего не ожидал увидеть Всеволод, так это мирно лежащую в глубоком обмороке в их постели жену. Она слабо дышала, что говорило, что Лили была жива. Хотя восковая бледность и несколько заострившиеся черты лица до икоты перепугали графского сынка. Папаша этой язвы всё ещё не выполнил свою часть договора. Поэтому подобный поворот событий никак не вписывался в его изящную схему.

Пожав плечами, мужчина прилёг рядом и забылся тяжёлым сном, полным мрачных кошмаров и упрекающей его Иветты. Правда в чём, ему так и не удалось разобрать.