Так ведь он же дракон (СИ) - Тим Ксения - Страница 37

— Я в этом уверен, — нисколько не колеблясь, кивнул старик. — И просто так она тебя к себе не подпустит. Особенно после моей смерти. Это гарант, по которому она не сможет отвертеться.

— Почему такая большая сумма? — не унимался дракон.

Истинная его не интересовала. Совершенно не интересовала. Его смешила эта громадная сумма денег.

— И сто тысяч, и двести тысяч Майя сможет найти, чтобы выкупить себя и отдать долг, — продолжил говорить учитель. — А вот миллион она вряд ли сможет заработать за небольшой промежуток времени. Ей ничего не останется — лишь следовать за тобой. Дальше сам справишься?

— Мы говорим о гипотетическом будущем, — стремительно поправил старика дракон.

— Называй это как хочешь, — хмыкнул дед. — Только дай мне клятву. Ты не сможешь ей помочь ни словом, ни делом, пока она не станет твоей истинной.

— Не слишком ли вы все усложняете? — Элдрин даже не пытался понять мыслей старика напротив.

— Мы же говорим только о гипотетическом будущем, — поддел его на его же словах дед.

— Нет проблем, — тут же пожал плечами дракон, скрещивая руки с учителем и принося до смешного странную клятву. Все равно она не понадобится.

— Вы не слишком ли жестоки к своей внучке?

Элдрин не знал ее, но ему показалась такая постановка перед фактом — жестокой.

— Ей скоро двадцать стукнет, а на парней она не смотрит даже, — фыркнул дед. — Я знакомил ее с многими привлекательными и состоятельными мужчинами и все бес толку. Она намерена и дальше жить со мной, ухаживать за мной и работать в нашей семейной лавке. Мне иногда кажется, что Майя так и останется у меня старой девой.

— И все же так…

— Деда?! — послышался девичий голосок совсем рядом.

Дракона словно в самое сердце иглой кольнуло. Никогда прежде не случалось подобного. Никогда раньше он от одного девичьего голоса не начинал дышать чаще.

— Да, я снова пью, — закатил глаза старик и залпом выпил стакан алкоголя.

— Ну нельзя же, — воскликнула девушка, подходя к учителю.

В плаще, на голове капюшон. В подобных местах девушкам только так и ходить, чтобы лишний раз не прижали к стене в подворотне.

— Ты же пьешь мои травы, алкоголь перекрывает все их действия, — возмущенно сопела девчушка.

— Да понял я, понял, — закапризничал старик. — Не хочешь поздороваться с моим собеседником.

— Собутыльником вернее? — презрительно фыркнула девушка.

Во второй раз сердце мужчины кольнуло иглой. Глубже и все так же неожиданно. Из-за плаща он не видел ничего. Ни намека на ее внешность.

— Он и говорить не может, — в который раз оббежала глазами Майя дракона и, подхватив деда под предплечье, потянула подняться. — Не забудьте оплатить счет, — кинула она напоследок дракону, так и не поняв кто перед ней.

Та маленькая иголочка, появившаяся в день их первой встречи раз за разом колола в самое сердце дракона, постепенно разрастаясь, увеличиваясь в размерах, вынуждая корчится от боли в определенные моменты, проклинать все вокруг себя и даже самого себя. За беспечность. За глупость. За то, что он был самоуверен до безумия.

Одна встреча и ее голос, словно самая прекрасная мелодия. Это то, что раз за разом выедало чувства к Жаннее.

Тогда, отказываясь от трона, Элдрин уже колебался, но упрямо шел к цели. И в момент принесения клятвы его сердце словно раскололось на двое.

Он отдал трон брату. Но это было тайной. Жаннея ничего не знала об отречении. Она продолжала липнуть к нему, твердя о любви. По инерции он принимал все ласки, считая, что все должно быть так. Случаются взлеты и падения, эмоциональные качели — мало какие пары живут душа в душу.

А потом Жаннея буквально вынудила его поехать к брату в другую страну, в академию, чтобы навестить «младшенького». В тот момент стало ясно, что Жаннея истинная его брата. Стоило им только поприветствовать друг друга, прикоснуться кожа к коже и черная вязь вспыхнула на коже Жаннеи, тут же окрашиваясь в золотой. Предназначенные друг другу. Редко, когда от одного прикосновения небеса окрашивали запястья истинных золотыми вязями.

И славно. У Элдрина словно бы сердце, оплетенное шипованным плющом, немного вздохнуло.

С того момента полтора года он не находил себе места. И прекрасно знал почему. Тоска становилась невыносимой.

Затащить его Майю тогда в замок не представлялось возможным. Ее дед только умер, и она перестала вообще обращаться внимания на такие чувства как любовь и привязанность.

Не выдерживая полыхающей дыры в груди, он при любой свободной минутке мчался в приморский городок, чтобы хотя бы находиться рядом с ней. Это случалось едва ли не каждую неделю.

Дракон не позволял себе увидеть ее лица. Следил лишь за ее тенью. Ведь стоило только лицезреть истинную и все запреты полетят в бездну. Не спасет даже сопротивление девушки. А оно точно будет, в этом Элдрин не сомневался.

Он хотел ей помочь, когда у нее выбивали долги, когда выкидывали на улицу, когда ей нечего было даже поесть. Но не мог. Старый маразматик, некогда бывший его уважаемым учителем, забрал с собой в могилу и клятву.

Дракон не мог оказать помощь девушке, пока не решится сделать ее своей истинной.

Всего два раза он позволял себе к ней приблизится, все так же смотря лишь на ее тень. Когда она стояла под дождем в одном легком платье и когда ее выгнали из дома в метель. Отдавал свой пиджак, и свое пальто, а после, зайдя за угол, вопил беззвучно от боли.

Вынуждал всех, кто желал получить деньги обратно — повременить, даже пытался сам все выплатить и здесь накрывало раздирающей болью. Все, что было связано косвенно с помощью Майе обращалось едва ли не в огонь внутри тела дракона. Всесжигающий огонь.

Однако приди к ней дракон год назад и покажи ей листок с долгом деда — она бы выставила его вон, еще и прокляла бы вслед.

Тогда, год назад эльфы бы не помогли. Зато помогли теперь. Он вынудил ее выйти за него замуж. Заставил приехать во дворец.

Как только она появилась в портальной комнате он уже подходил к двери, с другой стороны. И не смог выдержать ее присутствия, сбежав в свой кабинет. Он чувствовал то рвущее наружу желание затащить ее в свои покои.

Но как он мог?

Однако, как увидел кто перед ним, так и опешил. Перед ним предстала тучная страшная женщина. В замызганном платье, при «боевом раскрасе». Конечно он принял ее за служанку. Хоть у Майи отродясь такого не было, может кто решил с ней поехать…

Какого же было изумление, когда оказалось, что это его Майя.

Возмущение вперемешку с раздражением не опускали его. Майя покинула его кабинет едва не взрываясь от гнева. Но и он мог запросто взорваться от подставы со стороны старика. Как он забыл упомянуть, что его внучка старше двадцати и даже тридцати лет? Здесь же необходимы были совершенно другие подходы при банальном общении.

Решил передохнуть от личных переживаний и ненадолго вернуться к работе. Тут как раз подвернулся под руку Филипп со своими борделями. Дракона бордели не интересовали. Его интересовали новые напитки, которые не были зарегистрированы, не упоминались ни в одном отчете. Это нужно было проверить, это было в его подчинении. И тут как назло разговор услышала Майя. То есть неизвестно кто, с голосом Майи. Он сам не понял, как уже припечатал ее к стене, решив, что это оборотень.

Как он после сожалел о случившемся. Едва головой об стену не бился. Ночью прокрался как вор в покои к Майе и едва дыша, намазал все ее синяки, проступившие на бархатной коже шеи. Все, которые смог увидеть. Один, к сожалению, пропустил. А его сестра увидела. Маленькая шалунишка тут же причислила Майю к числу своих лучших подружек и готова была меня уже опозорить перед родителями. А майя заступилась. Моя девочка. Сама того не подозревая, спасла меня от насмешек со стороны всей семьи.

Эх, если бы все его проблемы сошлись только на Майе.

Эльфы знали, что он нашел свою истинную и поддержали его, однако договор все же следовало прочесть десяток, а то и сотню раз. Ведь что драконы, что эльфы — при любых благоприятных обстоятельствах готовы надуть друг друга.