Между нами ничего не было (СИ) - Тес Ария - Страница 63

Она не плачет. Она изучает, моргает плавно. Она тоже устала. И это понятно! Конечно, это понятно…

Сегодня ты родилась, девочка моя, и я клянусь. Ты станешь самой счастливой малышкой на свете.

- Моя принцесса, - шепчу еле слышно, касаюсь сладкой щечки, и с губ срывается смешок, смешанный со сдавленным выдохом, - Здравствуй. Я тебя так долго ждал…

Эпилог

Кира, полгода спустя

С рождения дочери прошло полгода, и вот несколько вещей, которые я хотела бы отметить.

Во-первых, твоя жизнь кардинально меняется, когда у тебя появляется ребенок. Я знаю, все это прекрасно понимают. Думаю, даже девчонки, которые беременеют в шестнадцать, это понимают. Не в полной мере, само собой, и для них это приключение — все еще больше приключение. Да и вообще, пожалуй, мы сейчас говорим о другом. Даже не о том, что твой быт с ребёнком и без — разные вещи. Я не пытаюсь рассказать о ранних подъемах, о прогулках с коляской, о криках по ночам. Нет, я говорю совсем о других вещах. Когда у тебя появляется ребенок, что-то безвозвратно меняется в тебе самой, и это потрясающие перемены. Не знаю, возможно, кто-то считает иначе, но когда я впервые взяла свою девочку на руки, то поняла, что даже вспомнить не могу, кем была и чем дышала до этого мгновения. Какая-то ипотека, гонка за карьеру, другие абсолютно несущественные мысли — все это осталось в далеком прошлом, которое я действительно не могу вспомнить. Или не могу осознать.

Во-вторых, когда у тебя появляется ребенок, ты наконец-то можешь абсолютно точно сказать, что такое любовь. Это безумное тепло, это тянущие нити связи, которые не причиняют тебе дискомфорта. Они не ранят и не подавляют, а будто бы окрыляют и дарят…спокойствие. Когда она рядом — я ощущаю почти божественное умиротворение. Чувствую ее тепло? Слышу запах? Вижу ее улыбку…черт, иногда чувств у меня так много, что я почти готова разрыдаться в голос. Врач говорит, что это гормоны, но я знаю — это та самая любовь. Просто ты еще не привыкла, девочка. Новое, сносящее все препятствие чувство, такой силы, что оно сбивает с толку, и тебе с трудом удается себя контролировать. Думаю, потом, как и любые чувства, эти тоже станут спокойней. Когда организм и сознание привыкнет — точно станет спокойней, но я знаю, что никогда эта связь не станет слабее. Она словно через боль прошла в мой генетический код и навсегда останется там. Пока я буду дышать.

И…пожалуй, в-третьих. Какой бы замечательной, ответственной и любящей мамой ты ни была, тебе все равно нужно будет помощь. Человек, на которого ты сможешь опереться. Доверять. Который сделает твою жизнь чуточку легче. И это не значит, что ты — плохая мать! Или тем более, плохой человек. Это значит, ты — человек, и нет ничего плохого в том, что иногда тебе нужно отдохнуть.

Да…

С легкой улыбкой смотрю на свое отражение, задумчиво теребя кулончик на шее.

Тебе нужен такой человек в основном потому, что тебе нужно об этом помнить. Этот человек может подойти к тебе как-то вечером и все это сказать, а потом отправить в душ и спать, а сам останется с ребенком…

С губ срывается тихий смешок, когда я вспоминаю тот разговор между нами с Эмилем. Нашей дочери был месяц, и я боялась оставить ее одну. Не из-за того, что с ней что-то произойдет. Разумеется, нет. Я просто хотела быть идеальной мамой для своей самой любимой булочки, и сама себе придумала, какой именно должна быть идеальная мама. Та женщина с рекламы майонеза, понимаете? Она всегда красива, элегантна. Она всегда улыбается, и у нее на столе всегда свежая выпечка.

Ха!

Не верьте рекламе. Я такой не была и никогда не стала бы, что, на самом деле, нормально. Погоня за идеалом всегда приводит к печальным последствиям. Я себя такими забегами чуть в гроб не загнала, пока не поняла, что он-то прав. И нет ничего предосудительного в том, что тебе нужен отдых.

Знаю. Дура. Но что с меня взять? Я на этой территории новичок, зато теперь я уже профи. Разбираюсь во всем, в чем нужно разбираться. Соски, бутылочки, пеленки — бам-бам-бам! Щелкаю задачки как орешки. И не без его участия…

Многие говорят, что мужчины к детям относительно холодны. Для них это больше игрушка! Он с ним побудет максимум часик, поиграется, посмеется, а дальше все. А дальше сама. Встать ночью, если ребенок будет плакать? Поменять памперс? Укачать? Это не про мужчин. Они эти простые действия просто презирают и не признают! Но…у меня совершенно другой мужчина.

Эмиль оказался потрясающим отцом. Конечно, когда я на него смотрела даже до начала всех событий, я это понимала. Но больше…все равно было неосознанного и мечтательного. Мол, о боже, этот мужчина точно будет потрясающим отцом! То есть, без подкрепления фантазий фактами. Сейчас же я могу все свои фантазии подкрепить не просто фактами, а стопроцентной, гранитной системой собственных воспоминаний.

Она у меня очень обширная.

С первых дней нашей дочери до своего последнего вздоха он будет ее обожать. Когда нас выписали, и мы приехали домой, Эмиль не спускал ее с рук. Он взял почти неделю отпуска на работе, что для него вообще несвойственно! И проводил все время с нами. Сейчас, когда он возвращается с работы, то, во-первых, ни разу нигде не задержался, а во-вторых, он все так же не спускает ее с рук.

Она его маленькая принцесса.

Эмиль встает по ночам, чтобы я могла отдохнуть. Он сам меняет ей памперсы, разговаривает, проводит все свое время рядом. Для него наша семья — это все, и да. Да! Это так! Сложно не заметить, как он относится к дочери, да и ко мне тоже. Бережно, ласково. Будто через мою боль в его ДНК тоже проникло это ощущение. И знаете, что самое главное? Эмиль по-настоящему счастлив.

- Уложил, - он заходит в комнату, перебивая мои мысли, и тихо закрывает за собой дверь.

Улыбка немного усталая, но та самая. Счастливая.

Батаев зевает, подходит к постели, быстро отвечает на сообщение и поворачивается к двери в ванную комнату.

- Ты в душе уже была?

- Да.

- Окей, тогда теперь я. Тебе помощь не нужна с праздником?

- Нет, я все уже сделала.

- Хорошо.

Уходит. Он не замечает, как пристально я на него смотрю, да мне и не надо. Сегодня нашей дочери исполнилось полгода, а завтра у нее будет первый праздник. Приедут все родственники: моя семья, его родители, сестры. Айша…

Она вернулась в Москву через месяц после того, как родилась наша девочка. Она подала на развод. Я так и не поняла, что конкретно ее сподвигло, но безумно рада, что это произошло. Моя ли лепта? Мамина? Или ее семья наконец-то достучалась? В принципе, неважно. Артур не сопротивляется сепарации, и это главный плюс всего. Ну, и тот факт, что родители Эмиля тоже вернулись в Москву и живут теперь в большом доме, куда мы приезжаем в выходные. Иногда туда приезжает и моя семья. Как-то так сложилось, что они моментально поладили. Ха! Я не ожидала, но вселенная будто бы нас с Эмилем благословила! И Кристина действительно стала самым главным препятствием между нами.

И вот…мы подошли к этой самой "серьезной" проблеме.

С рождения дочери очень многое поменялось, и очень много отошло на задний план. Даже то, что имеет огромное значение. Мы не говорили про наши отношения. Та попытка перед родами стала последней, и если поначалу у меня тупо не было времени все обсудить, пока я привыкала и старалась адаптироваться, то сейчас…прятаться становится все сложнее.

Она написала, что он меня любит.

Не знаю, как относится к этим словам, хотя я…наверно, замечаю. Или хочу замечать? Кристине верить нельзя, очевидно. Она вполне могла и соврать, чтобы потом провернуть еще какую-нибудь аферу, но…мое упрямое сердце хочет в это верить и верит. Ты можешь себе запрещать и бить по рукам, но вряд ли у тебя что-то получиться на самом деле. Я-то люблю. После рождения дочери я люблю его еще сильнее, а за отношение к нашей принцессе? Еще сильнее.

И все по-прежнему слишком сложно между нами…но все по-прежнему слишком очевидно. На самом деле, решение уже принято. Да, мы не говорили о наших отношениях, а слова о любви — это вполне может быть очередной игрой нашей многоуважаемой бывшей жены. Зачем ей это нужно — история. Неважно. Он мне их так и не сказал…это по итогу, имеет гораздо большее значение…хотя тоже и не имеет будто бы.