Иоанна Хмелевская (Избранное) - Хмелевская Иоанна - Страница 470

Пицца по-китайски получилась довольно оригинальной. Внешне она походила на большой блин, но оказалась вполне съедобной. Маму очень интересовало, почему она такая немного сладковатая, хотя в принципе должна быть блюдом соленым и острым. Яночка открыла кулинарный секрет. Оказывается, к почти растворившемуся на сковороде в оливковом масле луку она добавила сливовое повидло. Правда, в китайском рецепте значился айвовый маринад, но такового под рукой не оказалось. Бабушка обещала на будущий год его приготовить, айву теперь достать можно. И поинтересовалась, не нужно ли еще чего, столь же экзотического? Пожалуйста, она готова, если внуки станут почаще готовить еду, ей же легче будет.

Торжественное обещание оказалось трудно выполнить. Ключ от ворот как сквозь землю провалился. Где его Павлик только не искал! Мать же отказывалась навсегда перейти на отмычку. А поскольку было ясно, что ключ потерял именно Павлик — или спрятал так хорошо, что теперь сам не мог найти, — значит, именно ему следовало искать выход из создавшегося положения.

— Ладно, замок поменяю, — неохотно пообещал мальчик. — Сделаем новый замок с новыми ключами. Холерный ключ! И куда он мог подеваться? А такой был хороший!

— Для чего хороший? — спросила сестра.

— Для стреляния. И пусканья ракет. Единственный ключ с дыркой! Для того чтобы стрелять, обязательно нужна дырка.

— А как ты собираешься делать новый замок? Тут ведь специалист нужен.

Павлик только плечами пожал. Ох уж эти девчонки! Сколько можно им талдычить?

— Я ж тебе сто раз говорил, что отец Бартека — слесарь, у него своя мастерская. Тысячу раз повторял: если что надо железное — нет проблем. И замок сделают, у них этих замков навалом! Нам ведь не обязательно новый?

— Может быть и старый, лишь бы действовал.

— Ничего ты не понимаешь! Старый даже лучше. Мы с Бартеком уж такой подберем, такой... совсем старинный, что к нему современные ключи не подойдут. И современные отмычки тоже!

Бартек, приятель Павлика, видно, унаследовал от отца пристрастие к слесарному делу, потому что уже многое умел по этой части, а установка старинного замка его чрезвычайно заинтересовала. Долго рылись мальчики в куче старых замков и наконец нашли что надо. Вот это замок так замок! Без сомнения, очень старинный. Огромный, декоративный и жутко сложный. И даже ключ к нему был. К сожалению, только один, так что следовало изготовить еще два как минимум. Пани Кристина решительно отказывалась таскать с собой предмет, который весил более полутора килограммов и не помещался в ее сумочке. Посовещавшись, друзья решили два новых ключа сделать немного по-другому: пожертвовать декоративной головкой, сделать ее попроще, тогда ключ размером не будет отличаться от современных.

Целых три дня, сразу по возвращении из школы, приятели возились в мастерской. Павлик даже неплохо научился пользоваться шлифовальным станком, хотя до Бартека ему было далеко. И вообще, в основном трудился Бартек, Павлик же усердно ему помогал, а в свободное время шнырял по мастерской, уже закрытой для посетителей. Сколько же там было восхитительных гаек, болтов, металлических обрезков и других непонятных предметов!

— Слушай, а это что такое? — спрашивал он трудягу-приятеля, вертя в руках какой-то длинный и острый предмет из прекрасной нержавеющей стали.

Оторвавшись на секунду от Павликова ключа, Бартек бросил взгляд на предмет.

— А, это. Какой-то заказчик принес, ему надо было покороче и поуже, ну отец не стал переделывать этот вертел, просто изготовил ему новый, по его размерам, а этот остался. Вернее, я попросил оставить, не выбрасывать, авось пригодится.

— А зачем тому заказчику вертел?

— Да не вертел, это я так назвал, нужен был такой железный стержень для зонтика. Для мужского зонта.

— Для зонта? — удивился Павлик. — А куда такое в зонт вставляется?

Бартек остановил шлифовальный станок и пояснил:

— Мы с отцом тоже удивились, а он сказал — наконечник из штыря сделает. Попросил отца как следует на его зонте закрепить. Говорит, пусть грабители меня за старика считают, хожу, опираясь на палку-зонт, а если нападут — вот у меня и оружие! И в самом деле, насквозь проткнет человека, если с силой всадить. У него и ручка на зонте знаешь какая блямба массивная!

Сунув изготовленный ключ в антикварный замок, Бартек легко повернул его и удовлетворенно констатировал:

— Гляди, входит легко, как в масло. Первый сорт!

Павлик взял в руки свой замок и испробовал оба изготовленных приятелем ключа. Подходят идеально. Рассеянно поворачивая их в скважине, то отпирая замок, то запирая, он поинтересовался:

— А ты не обратил внимания на то, как этот заказчик обращался с таким зонтиком? Может, колол, что попало по дороге?

— Ты что? Нормальный человек, просто опирался на зонт, как на трость, когда дождя не было.

Положив на стол свой замок и оба ключа, Павлик опять взял в руки острый стержень и заметил:

— Тогда он у него сразу же затупится, если опираться.

Бартек принялся приводить в порядок станок, складывать инструмент и попутно разъяснял:

— Ничего подобного. Отец ему специальную насадку смастерил, легко можно снимать и одевать, как футляр. А кроме того, вся эта штука отвинчивалась и старик мог вместо своего вертела прикрутить прежний обычный наконечник от зонтика, такой металлический шарик. Мой отец знаешь какой! Все умеет. Такую резьбу сделал, что можно было и шарик прикрутить, и этот... кинжал присобачить.

Только теперь Павлик заметил, что второй конец так понравившегося ему острого предмета был снабжен искусной нарезкой.

Бартек кончил наводить порядок и, нагнувшись к приятелю, вполголоса произнес:

— А вообще, скажу я тебе, тут дело нечисто. Когда этот заказчик получил от отца свой зонт и вышел от нас, я за ним потащился. Сам не знаю зачем, меня ведь тоже заинтересовал такой необычный заказ. Вроде бы все в порядке, у нас и в самом деле бандитов развелось — пропасть, на улицу выйти страшно, но не такой уж старенький и дохлый был этот заказчик.

— Ну? — подгонял приятеля чрезвычайно заинтригованный Павлик.

— Ну, значит, чапает он себе по улице и вовсе не подпирается зонтом, а размахивает им, вроде как тросточкой. И знаешь, вот тебе крест, когда проходил мимо припаркованных машин, примеривался к ним своим шилом, вроде бы проткнуть хотел! На полном серьезе! Незаметно для других, но я-то за ним во все глаза глядел! И если бы не насадка, как пить дать пару покрышек проткнул бы! И ведь какой хитрый! Вроде пожилой почтенный человек, идет себе по самому краю тротуара, прогуливается, палочкой подпирается и, если никого нет поблизости, палочку эту так и всаживает в колесо! Не сойти мне с этого места!

Павлик даже рот раскрыл.

— И что? — выдохнул он.

— А ничего! Если бы подпирался голым шилом, владельцы нескольких тачек уже поменяли бы покрышки.

У Павлика разгорелись глаза. Как-то все одно к одному: кража машины на глазах Яночки, и «тир», похитивший у них на глазах «гольфа», и рассказ Рафала, и все эти жуткие слухи о мафии, и неясные Яночкины намеки. И вот теперь этот, со странным зонтом...

— А не знаешь, кто он такой? — спросил Павлик приятеля.

— Какой-то пенсионер, совсем еще не старый. Вроде как из органов, там рано на пенсию отпускают. Или военный, не знаю точно, — ответил приятель. — Точно знает отец, этот пенсионер у нас часто разные вещи заказывает.

Павлик вдруг почувствовал настоятельную потребность пообщаться с сестрой. Немедленно, сейчас же! Быстро спрятал замок с тремя ключами в сумку и только тут сообразил, что ведь это еще не конец, еще этот замок надо как-то вставить в ворота. Правда, мама предложила начать с ворот и сразу вставить замок, но мальчики сообразили, что это очень затруднит изготовление ключей, для каждой примерки пришлось бы бегать к воротам. Вот и решили сначала ключи сделать, а потом замок вставлять. Лучше уж замок под рукой держать. Мама согласилась пока пользоваться отмычкой, а не старым, чрезвычайно красивым, но и кошмарно тяжелым ключом, который Павлик наконец отыскал.