Иоанна Хмелевская (Избранное) - Хмелевская Иоанна - Страница 535

– к косметичке;

– в магазин индийской одежды;

– в кино на фильм, который без проблем можно было бы посмотреть по телевизору;

– к подруге, у которой очень интересный муж;

– в казино;

– в лес по грибы;

– на теннис

(теннисисты обычно располагают неоспоримыми внешними достоинствами);

– на ближайшую автостоянку, где попытаемся угнать машину, а почему бы и нет? Мафия может, а чем мы хуже?

Или, если из дому выходить неохота из-за плохих погодных условий или собственной лени, перестаем ждать, переодеваемся в элегантное неглиже и хватаемся за какое-нибудь свое хобби… Можем пересаживать цветочки, расставляя их по всему полу, можем читать детектив, не понимая в нем ни слова, можем в ванной проявлять пленку, если, конечно, умеем и располагаем соответствующей аппаратурой, можем начать печь пирог – все можем. Можем открыть бутылку вина и даже немного напиться.

А значит, на всякий случай, женщина должна располагать:

А) собственным хобби;

Б) штопором по принципу рычага (иначе этого вина не открыть и придется просить соседа. Соседа можно попросить всегда, даже если у вас пять штопоров, о чем ему знать совсем не обязательно. Если он на следующий не принесет вам шестой в подарок, значит, вы не в его вкусе. Мы имеем в виду соседа.);

В) внутренней дисциплиной (если из-за опоздания мы таки видим его:

– в морге;

– в больнице на операционном столе;

– в тюрьме;

– под трамваем, который не заметил, что переехал человека, а он там лежит и помирает;

– во рву у дороги под разбитой машиной;

– в объятиях соперницы,

вряд ли мы будем в состоянии делать что-нибудь разумное).

Дополнительную пользу мы извлекаем, если он все-таки придет и застанет нас в прекрасном настроении, с блеском в глазах и румянцем во всю щеку, занимающейся хобби и всякий раз – другим.

Он сделает вывод, что мы – женщина загадочная, от которой не знаешь чего ожидать, и будет приходить из чистого интереса.

Если же из-за ерундового опоздания он останется без:

– запланированного развлечения;

– обеда, на который рассчитывал;

– денег, которые уже потратил, оплатив билеты на самолет;

– хорошего самочувствия;

– и других ценностей,

наконец-то задумается и перестанет опаздывать. А затем у него возникнет смутная ассоциация с женщиной как с поездом. Оба ждать не хотят, и приходится с ними считаться.

Если же он нечувствителен ко всем этим потерям, так как единственное, что его волнует, это наша особа, а до нее он наконец дорвался, можно ни о чем не беспокоиться.

Учитывая, что женский ум – вещь своеобразная и непредсказуемая, мы чувствуем себя обязанными обратить их высочайшее внимание на одну мелочь.

А именно: мужчины иногда работают и выполняют обязанности, не связанные с чувствами. Ездят на общественном и городском транспорте или на своей машине в пробке. Имеют деловые встречи и всякие неожиданности на работе. Бывают полицейскими, пожарниками и врачами скорой помощи. Лесниками, спасателями и моряками.

Такие вещи надо учитывать. Трудные профессиональные моменты и тотальная невозможность передвигаться в пространстве, как то:

– лавина в горах;

– густой туман на дороге;

– железнодорожная катастрофа;

– шторм;

– три трупа один за другим, а убийца как раз убегает;

– пожар в универмаге;

– и тому подобное

в некоторой степени освобождают их от пунктуальности.

Крайне редки случаи, когда служба охраны лесов поджигает боры и рощи, чтобы оправдать свое отсутствие на обеде или ужине. Науке неизвестны также примеры, чтобы моряк или рыбак с такой же целью вызвал хотя бы маленький шторм.

А следовательно, внимательно изучив их особенности и род занятий, можем предоставить некоторые льготы. Например, полицейского из отдела убийств ждем терпеливо, полицейского – из налоговой службы – уже менее.

Невзирая на собственные чувства, необходимо воздерживаться от замечаний:

– ядовитых;

– злобных;

– скандальных;

– зловещих;

– плаксивых;

– содержащих угрозы, пусть даже неподсудные;

– и вообще малоприятных,

если возвращается задержавшийся моряк, горняк, хирург, мент или труп.

Ну, нет. С трупом придется понервничать. Если у него есть хоть капля совести, вовсе не должен возвращаться. Остальных встречаем нежной улыбкой, сочувствием, радостными словами и готовым обедом. Или просто готовой собой.

Все остальное их от нас только отвратит.

Неплохо также, если речь не идет о вариантах, перечисленных выше, а мы ждем дома, быстренько вызвонить себе какое-нибудь лицо мужского пола более-менее производительного возраста, которого мы с помощью хитрости и дипломатии склоним сыграть роль потенциального любовника. Существует большая доля вероятности, что наш как раз на него и напорется.

От объяснений отказываться не стоит, зачем же! Совсем наоборот, весьма охотно их предоставим, разумеется, наедине.

«Когда ты опаздываешь, милый, я так страшно волнуюсь, и сама не знаю, что делать, и должна:

– иметь рядом хоть какую-нибудь живую душу;

– немедленно уйти из дому, чтобы не сойти с ума;

– чем-то заняться, что меня отвлечет, …а то я умру или тебя возненавижу. А ведь я так хочу тебя любить!»

Варианты объяснений можно изобретать самые разные, в зависимости от ситуации, характера и взглядов противника.

Оставляя в стороне еще очень и очень многое, отметим, что с мужчиной, который совсем пока не собирается нас бросать и весьма нами интересуется, нужно к тому же и разговаривать.

Разумеется, не в тот момент, когда он:

– смотрит футбол;

– удит рыбу;

– жадно поглощает обед;

– использует нас сексуально;

– из последних сил ломает голову над неразрешешой профессиональной проблемой, от которой зависит вся его дальнейшая карьера;

– да, собственно, трудно сказать, когда именно.

Если он как раз засыпал, а нам удалось его разбудить, можно считать это большим личным достижением. С трудом улучив подходящий момент, необходимо довести до его сведения, что:

1. Мы под него подстраиваемся. Принимаем во внимание его нужды и вкусы, даже если они полностью противоречат нашим. Мы понимаем, что дохлое дело с починкой велосипедной цепи является для некоторых смыслом жизни. Понимаем, что посиделки в сугубо мужской компании необходимы для души, ибо частенько после них душа поет «Шумел камыш…» Понимаем, что футбол, что карты, что рыбалка… (Здесь заметим, что на рыбалку мужчины ходят вовсе не ради улова, а чтобы хоть чуточку отдохнуть. Расслабиться. Собственно, за тем же и в пивную: не из любви к похмелью, а чтобы оторваться от гнетущей действительности.)

2. Подлаживаясь под него и угадывая его желания, мы тратим массу нервов, иногда испытываем адские муки, но делаем все, лишь бы он был доволен и счастлив.

3. Неизвестно, надолго ли нас хватит.

4. И может быть, поэтому ему следует:

А) четко и ясно выражать свои желания и потребности, чтобы нам, по крайней мере, не ломать голову и не отгадывать загадок, а то чувствуем себя полными идиотками, да, глядишь, еще не угадаем;

Б) в рамках взаимности, хоть изредка, учитывать наши желания и потребности, приноравливаясь к нам, если, конечно, ему не трудно;

В) знать, что мы делаем, и показывать, что он нас ценит.

5. Мы предлагаем компромисс: два раза – мы для него, раз – он для нас.

Спустя не так уж и много времени мы эту пропорцию легко перевернем: два раза – он для нас, а раз – мы для него, но это совсем незачем обсуждать.

Если все вышесказанное до него дойдет и он из любви к нам согласится, – полный порядок, и остается только время от времени деликатно о договоренности напоминать. Если не дойдет, значит, рядом с нами – полный тупица, и ничего мы не добьемся. Нечего было брать тупицу.

Заметка на полях:

Наука доказала, что каждому млекопитающему необходимо свое жизненное пространство. Цифры тут разные в зависимости от вида, одно дело крыса, другое – тигр, а уж совсем третье – кит, тем более – человек. Если пространства мало, млекопитающее оказывается в состоянии стресса, нервничает, становится агрессивным и начинает ненавидеть других представителей своего вида. Даже нападает.