Иоанна Хмелевская (Избранное) - Хмелевская Иоанна - Страница 659

— Сингапур и Иоганнесбург находятся не в Европе, — поправила сестру Фелиция.

— Что ты говоришь? — издевательски отозвалась Меланья. — Так ведь наш божий одуванчик может закатить экскурсию на всю железку. Захочет — и через Японию махнет.

Доротка уже три раза открывала рот, собираясь что-то сказать, да ведь словечка не вставишь.

Так тому и быть — ничего не скажет теткам, спрячет письмо, причем так, чтобы в случае его обнаружения подозрение пало на Фелицию. А она, Доротка, уже давно знает время прибытия нужного самолета, потом, в последний момент сообщит его теткам, скажет — только что узнала. И тем самым избавит несчастную американскую старуху, которая еще не знает, что ее ожидает от встречи с милыми соотечественницами. По пути к дому Доротка немного ее подготовит — пусть хоть первые минуты пребывания на родине ничто не омрачает. Еще успеет познать характеры трех сестриц.

— Хорошо, о самолете из Токио тоже узнаю, — покорно согласилась Доротка. — А сейчас мне надо еще поработать — ждет редактура. Сами же учили: не откладывай на завтра...

— Тогда уж и о Шанхае разузнай, — уже из-за двери донесся до нее голос Фелиции.

У Доротки и в самом деле была срочная работа, хотя она вряд ли назвала бы работой такое приятное занятие. Издательство вручило ей несколько кубинских детективов и попросило ознакомиться с ними для возможного перевода — с мнением Доротки уже считались. Заглянув в один из них, Доротка заинтересовалась и согласилась работать над переводом. Теперь она взяла первую попавшую книжечку в яркой обложке, перо и бумагу, чтобы записывать замечания и светлые мысли, и со вздохом облегчения улеглась на своей постели.

По крайней мере, хоть немного побудет одна, вдали от теток.

* * *

Проблема транспорта трудноразрешима для тех, у кого нет собственной машины. Доротка слышала, что варшавские такси находятся в руках мафии.

Впрочем, кто об этом не слышал? Наверняка таксисты-мафиози обосновались и в международном аэропорту — лакомый кусочек. Как договариваться с мафией? Да и не хотелось бы подвергать почтенную старушку, едва ступившую на родную землю, возможным опасностям, связанным с захваченным преступниками транспортом, за который ей же и придется платить чудовищные деньги. Может, попытаться арендовать машину? Права девушка получила уже два года назад самым что ни есть честным образом — сдав экзамены, ибо на взятку денег у нее не было. Но и опыта вождения машины — кот наплакал. Поискать среди знакомых — может, и найдется кто-то с приличной машиной, который согласится привезти из аэропорта крестную бабулю задарма и с шиком?

Вся беда в том, что проживая в столице, Доротка вела почти отшельнический образ жизни. У нее практически не было ни друзей, ни хороших знакомых, Тетки дружно препятствовали установлению нормальных человеческих контактов. Если при жизни бабушки к Доротке еще время от времени забегали подружки, да и она сама бывала у них, вместе готовились к урокам и экзаменам, то в последние годы все это стало невозможным. За каждую минуту пребывания вне дома племянница должна была отчитываться перед тетками, а если к ней ненароком заходили подруга или сослуживец, тут уж во время их визита гарантировано было присутствие минимум одной из этих гарпий. И не по злобе — просто потому, что Сильвия скучала по-страшному, вечно сидя в одиночестве, Меланья же с Фелицией обожали молодежь. Любовь без взаимности... Вот и торчали настырно в гостиной, не давая девушке словом перекинуться с гостем. Бедняжка делала отчаянные попытки завлечь к себе одноклассников, позднее сокурсников, пока один из них, в которого Доротка втайне была влюблена, не сказал ей со всей откровенностью:

— Да пойми же, эти твои ископаемые просто за горло хватают! — И к экзаменам стал готовиться у некой Гражинки. А на курсах иностранных языков большого выбора не было, аудитория в основном женская...

Правда, как-то забежал к Доротке знакомый швед со своей польской девушкой, так еще хуже получилось. Меланья прямо-таки впилась в племянницу: уж она потешалась над ней, уж наиздевалась вволю! Глядите, наша принцесса завела поклонника, который в гости приходит со своей невестой, а наша-то считала, что ей нет равных; да ей достаточно в зеркало глянуть — перестанет обольщаться, кто в такую влюбится? И хотя Доротке чихать было на шведа — нужен он ей, как прошлогодний снег! — ив зеркале она видела себя ежедневно и ничего противного не замечала, а шведская девушка была ее хорошей подружкой, тем не менее теткины шуточки попортили ей нервы основательно.

Последнего случайно забежавшего потенциального ухажера Доротки спугнула Фелиция, небрежно заметив, что не узнала его, ведь в доме толкутся сотни поклонников ее племянницы. Возможно, Фелиция просто неловко пошутила, намекая на полную изоляцию девушки от сверстников, однако та лишь величайшим усилием воли удержалась от слез в присутствии молодого человека. Да, тактичность и деликатность теток превосходили всякое понятие.

И вот теперь оказалось — среди ее знакомых нет никого с машиной. Вернее, никого из хороших знакомых, которого можно попросить поехать с ней в аэропорт, там ждать неизвестно сколько, потом таскать тяжести, потом доставить крестную бабушку домой или, того хуже, в отель «Форум», где никогда не найдешь места для парковки. И зачем этот проклятый Войцеховский заказал для крестной номер именно в «Форуме»?

В угрюмой отрешенности Доротка решила — станет вкалывать, как вол, а накопит денег на хоть маленькую, подержанную машину... В общем, пока придется обратиться все-таки к такси, закажет радио-такси, другого выхода нет, не брать же мафиозную машину в аэропорту. Дорого, конечно, обойдется, но ведь заплатит крестная бабушка...

* * *

В доме Фелиции Мартинек неосмотрительно появился одиннадцатого, вскоре после прихода пани Стефчи. И как забыл, что именно сегодня приходит уборщица? Надо было потерпеть хотя бы до вечера, прийти уже после окончания уборки. Ведь имелся печальный опыт: Фелиция непременно поручала ему в таких случаях перетаскивать всякие тяжести, да и сама пани Стефча, женщина энергичная, безжалостно гоняла парня. И требовала немедленного исполнения поручений, а спешка для Мартинека была просто убийственной. Несчастный чувствовал себя рабом на плантациях, каторжником на галерах, а вредная баба, в отличие от хозяйки дома, не питала слабости к долговязому лоботрясу, ее соколиное око сразу же замечало малейшую симуляцию и выводило парня на чистую воду.

А пришел Мартинек потому, что все деньги кончились, до последнего гроша. Правда, были в Сбербанке на счету, но счет он завел специально такой, что с него нельзя было снимать деньги, копил на экскурсию по Европе. А деньги нужны позарез, вот и отправился к Фелиции с тайной надеждой взять аванс под полку в чулане, решив в крайнем случае даже начать прибивать проклятую полку, во всяком случае поискать на чердаке подходящую доску. Там столько барахла, что на поиски не грех потратить и несколько дней. Завтраком же накормят наверняка, а возможно, и вторым тоже...

Завтраки сразу же выбила из его головы пани Стефча, она как раз бесчинствовала в кухне.

— О, хорошо, что пришел! — обрадовалась Фелиция, открывая дверь Мартинеку. — Поможешь Стефче освободить чуланчик. Вещи там тяжелые, ей не управиться одной. Вынесешь на чердак.

— А не лучше ли в подвал? — предложила Стефча. — А еще лучше — сразу на помойку. Та панина машинка никогда шить не будет, а холодильник — металлолом, так мне сказал племянник, он в холодильниках разбирается, я его спрашивала. По вызовам ездит, ремонтирует холодильники, уж он знает. Сказал — если старше тридцати, смело выбрасывай. К ним запчастей не найдешь.

— А раз не найдешь, так может мой как раз на части и пригодится, — подхватила Фелиция. — От одного старого поставят другому.

— Нет, такие старые не ремонтируют, — упорствовала Стефча, — потому...

— ..потому что нет запчастей, знаю. А в этом холодильнике их полно.