Иоанна Хмелевская (Избранное) - Хмелевская Иоанна - Страница 669

Спустившись с информацией, что в ванной льется вода, а больше ничего не происходит, Доротка кинулась собираться. Ее упрекнули, что позабыла о крокетном молотке, удобный момент его похитить, но девушке было не до упреков. Фелиция же решила во что бы то ни стало удалить из дома гостью и в ее отсутствие спрятать молоток Полуодетую Доротку опять вызвал наверх оглушительный стук. Освежившаяся, нарумяненная и сияющая гостья задала вопросы организационного плана.

— Дитя мое, можно ли в этом доме получить домашний завтрак? Ах, как приятно оказаться среди близких, тут все такое семейное, а в ванной развесь полотенца, я уже стара, сама этого сделать не могу, и почему у вас нет занавеса для душа, а я привезла для ванны такую специальную прикладку из резины, идет малой скоростью. Так я могу спуститься к завтраку? А поднос можешь забрать. И где у вас телефон, что-то на глаза не попался, надо же сообщить Антосю, что я добралась благополучно...

Продолжение последовало за завтраком, и Фелиция почти перестала гневаться на дорогую Вандзю из-за крокетного молотка.

— На завтрак я привыкла есть сырок «Филадельфия». А разве тостера у вас нет?

Тостер был, но вот о покупке хлебцев для тостера Сильвия как-то не подумала, закупая тонну продуктов по случаю прибытия гостьи. И сырок «Филадельфия» ей тоже как-то не пришел в голову.

Вскоре выяснилось, что еще не хватает сока манго и таких тонюсеньких ломтиков жареной говядины, ну да это не срочно, можно и к ленчу купить, но вот кукурузные хлопья к завтраку должны быть непременно, а к ним сырое молоко, обезжиренное, не больше полутора процентов жиру.

— Прелестно! Все это можно купить, — улыбаясь, заверила Фелиция Вандзю. — Ты сама отправишься с Сильвией к «Билли», там можно купить абсолютно все. Сама и выберешь, Сильвия засомневалась:

— Не уверена, что у Билли будет манговый сок.

Разве что махнуть на Польную?

— А кто вам запрещает махнуть на Польную? — подхватила Фелиция.

Поразительное бескорыстие старшей сестры чрезвычайно заинтриговало Меланью, она сразу поняла — что-то здесь кроется — и навострила уши.

У Сильвии никакие подозрения не зародились, она обожала делать покупки, к тому же, как в данном случае, не будучи ограниченной в средствах, и тоже испытала подобие теплого чувства к Вандзе. Доротка не слушала, о чем говорилось за завтраком, занятая своими мыслями. Очнулась лишь тогда, когда обратились непосредственно к ней.

— При чем здесь такси, а как же жених моей внученьки со своей машиной? Такой милый хлопец, такой рассудительный, такой обходительный, разве он не может нас свозить? И поможет нести продукты, ведь это дело молодых. Надо сказать ему, чтобы приехал.

Под каким-то предлогом Фелиция выманила Доротку в кухню и сама устремилась следом.

— Откуда ты взяла этого парня?

— Из радио-такси, — пробурчала Доротка.

— Так кто же заплатил вчера за такси?

— А как вы думаете, тетушка?

— Я ничего не думаю, некогда мне загадки загадывать. Ты или она?

— Ясное дело, я.

— Закажи его еще раз, и пусть играет роль жениха. Закажи на... Минутку, когда положено устраивать ленч? В час? В полвторого? Вызови такси к одиннадцати, нет на четверть двенадцатого. Звони!

— Я опаздываю на лекцию...

— Успеешь. Позвони сверху, от Меланьи, а я тут отключу автомат, чтобы Вандзя не слышала.

Набирая номер вызова радио-такси, Доротка отчаянно пыталась вспомнить номер такси Яцека.

Фамилию и имя парня она запомнила — Яцек Волинский, ведь вроде бы знала и номер его машины, там, в радио-такси каждый получает свой номер.

И вспомнила, в последний момент. Ну конечно же, номер семьдесят. Когда садилась в машину, еще подумала: возраст тетки Фелиции. Очень хорошо, закажет машину номер семьдесят.

Заказать удалось без труда, машина уже была на трассе, водителя поймали по радиотелефону, передали просьбу вчерашнего клиента, который хотел именно эту машину. Желание клиента — закон. Водитель машины номер семьдесят не возражал: очень хорошо, в одиннадцать пятнадцать приедет по указанному адресу.

Положив трубку, Доротка задумалась. Ладно, такси заказала. Яцек приедет, и в ее отсутствие все раскроется. Выяснится, что никакой он не жених, а просто профессиональный таксист. Приедет, включив счетчик, возможно, и с покупками поможет, а потом нормально потребует заплатить, нет, грубить не станет, но крестная бабуля наверняка почувствует себя обманутой, хотя она, Доротка, ни сном, ни духом не виновата в том, что та приняла Яцека за ее жениха. Как быть?

И не отдавая себе отчета в причинах нежелания такого поворота событий, в причинах сокрытия от крестной бабули факта существования такси, в которых работают не одни женихи, почему-то убежденная в необходимости оставить бабулю в ее заблуждении, Доротка вынуждена была подключить к проблеме Фелицию.

— Только, тетушка, он такой же мой жених, как и министр транспорта. Это крестная почему-то так решила. А кто заплатит на этот раз?

Фелиция тоже слегка подрастерялась. И ей почему-то казалось, что пока пусть все остается по-прежнему, пока повозят гостью, так сказать, семейным образом. Потом все разъяснится, а пока пусть оно будет таким, как Вандзя того желает. И приняла нелегкое решение.

— Ведь он их сюда привезет из магазина? Я расплачусь. Напиши ему записку, предупреди, чтобы от них не требовал оплаты, а сразу обратился ко мне. И пусть притворяется женихом — что ему стоит?

Долго раздумывать было некогда, и слегка ошарашенная Доротка в один присест накатала эмоциональное послание: «Умоляю тебя, она зациклилась на женихе, так что попритворяйся, что тебе стоит? а мы боимся с ней спорить, неизвестно, чем это кончится. Она такая, она по утрам должна непременно выпукаться, так что сам понимаешь. Счетчик прикрой и не приставай с оплатой, тетка Фелиция потом незаметно заплатит тебе, а если заплатит мало, я добавлю. Умоляю!» Чрезвычайно довольная тем что решается главная ее проблема на сегодня, Фелиция поймала себя на том, что чуть было не похвалила Доротку. И спустила ее с цепи. Доротка вихрем вылетела из дома.

Грека с идиомами она не выдумала — ей и в самом деле очень хотелось попасть на его лекцию.

Меланья уже не сомневалась в том, что Фелиции очень хочется разогнать всех и одной остаться дома. И если бы ее не ожидала важная деловая встреча, непременно постаралась бы нарушить планы сестрицы. От встречи отказаться не было возможности, решила просто постараться вернуться домой как можно скорее.

Яцек Волинский подъехал к знакомой калитке точно в указанное время, даже на три минуты раньше. Он очень надеялся, что сегодня в этом доме будет не менее интересно, чем вчера, и не разочаровался. Из дома вышли уже знакомые ему три немолодые женщины, две тощие и одна толстая. Яцек выскочил из машины и предупредительно распахнул перед ними дверцы. Все они поздоровались с ним, как со старым знакомым, после чего две сели в машину, а третья в тот момент, когда он склонился в поцелуе над ее рукой, незаметно сунула ему какую-то записку, сложенную в несколько раз, и прошептала:

— Сразу же прочти!

Яцек послушно прочел, и это чуть было не испортило предстоящую экскурсию. Ужас, заключенный в словах «она по утрам» и так далее, был столь уморительным, что парень не расхохотался во весь голос лишь благодаря благоприобретенной выдержке таксиста, которому довелось уже многое повидать. Однако руки-ноги ему не повиновались еще какое-то время. Хорошо, самая старая из клиенток не переставая что-то говорила. Пришлось даже, перекрикивая ее, заорать:

— Куда пани прикажут?

Бабуля сразу перестроилась:

— В такой большой супермаркет, где, говорят, все есть, как же он называется, да вы, небось, сами знаете, какое счастье, что изменились времена, ведь раньше, по слухам, ничего у вас не было, одна картошка, ведь Польша сельская страна, ах, непременно, непременно надо нам с вами съездить куда-нибудь в далекую деревню...

И на этом акустическом фоне Сильвия с трудом перегнулась вперед и, наклонившись в уху Яцека, прокричала: