Если бы я знал (ЛП) - Уайт Рейн - Страница 92

Спастись от паники помог всё тот же Ники. Почувствовал, как Джой завозился у него под рукой, промычал что-то явно

ругательное и поцеловал в плечо. А потом уткнулся носом в

макушку и крепче прижал Джоя к себе, будто доказывая, что не

собирается никуда отпускать. Вот так просто. Один нежный

поцелуй и крепкие объятия, но Джою хватило их, чтобы

смириться с мыслью: даже если это бред ― пусть. Почему бы и

нет, если вот так же и дальше просыпаться по ночам?

Удивительно, но Ники словно всегда существовал в его

жизни. Настолько комфортно Джою не было даже с семьёй: одновременно уютно и как-то свободно. Почти как в начале

общения, когда они валялись на пледе на крыше и с

удовольствием молчали. У одного на мобильном была

раскраска, у другого ― паззлы… Только в отличие от прошлого

лета теперь он имел полное право залипать на Ники, любоваться

его движениями, нахмуренными бровями, чувственными

губами… просто любоваться. Без опасений быть пойманным.

Скорее даже с желанием, чтобы его поймали, потому что после

этого всегда следовал потрясающий поцелуй.

Они просто жили в каком-то своём мирке, где не нужен

был никто другой. Устроили маленький медовый месяц, правда, без свадьбы, но если двум людям вместе просто классно ― во

всём, ― разве что-то имеет значение?

― Ты специально готовишь без майки? ― пробормотал

Джой как-то утром.

Никита решил устроить самый неполезный и нелёгкий

завтрак ― жарил картошку, а Джой выполз на запах и в

приступе какой-то бесконечной нежности обнял его со спины, утыкаясь лбом в плечо.

Шёл шестой или седьмой день их совместного

существования. Джой не считал, просто наслаждался. Но мини-отпуск подходил к концу. На днях Димка наведался к Джою в

гости и застал там Ладу. Благо, та не растерялась и уверила, что

Джой ушёл гулять с Никитой. Ох, насколько же в тему ляпнула!

Хотя потом допытывалась, где был Джой на самом деле. Никиту

закладывать не хотелось ― так что Джой отлично отыграл

другую роль: расписал, как шикарно проводит время с одной

невероятной девчонкой. Почему бы и нет? А вчера позвонила

Лерика и напомнила, что они вместе работают через пару дней, значит, нужно переписать сценарий и скататься на квартиру, чтобы собрать весь реквизит. Но как же не хотелось!

― Чтобы ты спросил? ― усмехнулся Ники, накрывая

свободной от лопатки рукой ладонь Джоя на своей груди.

― Чтобы я залипал на мышцы у тебя на спине, ― со

вздохом отозвался он.

Ники обернулся, теперь и сам ловя Джоя в объятия.

Упёрся подбородком ему в макушку, погладил по спине и

протянул:

― Не-ет, но это приятный бонус.

Они так и стояли пару минут, и казалось, руки Ники с

каждым бешеным ударом сердца сжимают его всё крепче и

крепче. Джой и сам вцепился в него, словно утопающий. Рядом

с Ники он ощущал себя таким мелким, таким спокойным и

уязвимым и с затаённым страхом понимал, что на этот раз

доверился окончательно. А это слишком большой козырь, дарованный одному человеку. Если Ники посмеет сбежать в

очередной раз… Джой уже не выдержит, не спрячется и не

спасется в работе. У любого паяца есть предел. Это был его.

Если что-то случится, он уже не сможет выйти с улыбкой к

толпе. Разве что вместо доброго шутника станет настоящим

Джокером. Шоу не сможет продолжаться. И как бы ни было

больно признавать, всё это в руках Ники.

― Мне нравится, ― согласился Джой.

Никита не ответил, да и отвечать было нечего. Он просто

отложил лопатку на плитку, пальцем поддел подбородок Джоя и

чмокнул в нос. Святая наивность.

― А мне нравишься ты.

Нравишься. Самое сильное слово, которое говорил Ники, и

потому Джой продолжал бояться. О любви речи не шло, потому

он тоже не распространялся. Хватит громких слов на записи

грёбаного стрима, который он активно пытался заставить Влада

удалить. Друг упирался всеми конечностями, уверяя, что запись

до сих пор собирает аншлаги, а значит, работает на него. Как

удалять?

Никак.

Вот и в любви лишний раз признаваться тоже было никак.

― Завтра уже заказ, так что после обеда поеду в ресторан

и к себе на квартиру, за вещами, ― отбрасывая в сторону

ванильные мысли, сообщил Джой.

― С тобой съездить?

― К твоей кузине? С какими словами придёшь? ―

хмыкнул Джой. ― Привет, я кот?

Ники схватил ртом воздух, собираясь что-то сказать, но

так и не осмелился. Джой снова вздохнул ― так он и знал, что к

сестре Никита вместе с ним не сунется. Понимание неприятно

кольнуло, но с другой стороны… это же логично. Он год бегал

от Джоя, неделя мало что меняла.

К Ладе он в итоге поехал один. Ближе к трём часам вечера

натянул первую попавшуюся толстовку, для разнообразия

подкрасил глаза, чтобы не выглядеть слишком уж

расслабленным, и подхватил брелок с ключами. Лада вроде бы

безвылазно сидела дома. Работы у неё пока не было, зато

имелось унылое настроение. Может, Джою стоило пнуть её

учителем в гимназию, которую когда-то окончил сам? Почему

бы и нет? Хоть развеется девчонка.

Примерно об этом он и думал всю дорогу до дома и потом

― пока они с Ладой пили чай. О том, что сестрице Ники стоит

развеяться, а ему… ему лучше почаще к ней заезжать. Она ведь

так или иначе ― тоже Краснова, а Джой, кажется, обязан был

пригреть их всех.

― Как там твой мелкий говнюк? ― поинтересовался

Джой, утаскивая из кулька уже пятую конфету.

Лада, бледная и с темными кругами под глазами, все же

улыбнулась. Интересно, Джой тоже выглядел так жалко, когда

храбрился?

― Понятия не имею, мы не общаемся.

― А Никита имеет: Тим уже раза три за неделю к нему

наведывался.

Он должен был передать Ладе, что Егоров её не забыл. По

крайней мере, самому Джою было бы приятно, если б Ники вот

так долбился в чужие двери ради него. Но нет, долбился в своё

время только он сам.

― Надеюсь, он хоть пить перестал, ― поджала губы Лада.

― А вот это не всег… ― Джой так и заткнулся на

полуслове.

Записка! Ники же говорил что-то о записке, которую

Джой, скорее всего, вышвырнул, не читая. Но записок не было, был только…

― Подарок.

― Что? ― в замешательстве ахнула Лада.

Джой хлопнул себя по лбу:

― Извини, мне срочно нужно кое-что найти, пока

вспомнил.

Подарок! Коробка до сих пор должна была валяться на

балконе.

И Джой зарылся в гору хлама, которая с каждым годом

становилась всё больше. Коробка из-под кофеварки, старый

чайник, фен ― зачем ему фен? ― какой-то стрёмный одеколон

от однокурсниц, который валялся тут уже лет семь. Всё, что

душа пожелает, но не грёбаная малюсенькая упаковка с

подарком ― простая, без опознавательных знаков. Когда Джой

уже совсем отчаялся и искренне решил, что в порыве

раздражения швырнул её в мусор, коробка всё же нашлась ―

сама свалилась с ближайшей полки, где пряталась за кастрюлей.

Джой подхватил её, упал на колени прямо на балконе и

заворожённо уставился на подарок.

Открывать или нет? Может, действительно не стоит

ворошить прошлое?

Было страшно. Вдруг Джой зря не открыл когда-то? Вдруг

будет сейчас сожалеть?

Он рвано вздохнул и всё же дёрнул крышку, отлепив

маленький кусочек скотча. Открываться коробка не спешила ―

скотч оказался и с другой стороны, и даже по углам, видимо, чтобы отколупывать было сложней. Джой едва не зарычал и

принялся кропотливо избавлять упаковку от скотча, а потом…

Внутри оказались мятые обрывки бумаги, какими

забивают коробки для объёма. Поверх них лежала длинная

кожаная полоска шириной буквально с пару сантиметров, а