Рапсодия в тумане (ЛП) - МайГрид Нален - Страница 6

— Можешь так просто раздеться.

Разговор определенно свернул не туда. Как вообще болтовня о еде могла привести к такому?

— Угу, и в сливках изваляться, чтобы вкуснее было? О’кей, в следующий раз дома буду ходить именно так, в ожидании, — доев, отодвигает тарелку, а кружку двигает ближе.

— Ты и без сливок вкусный, — говорю и, поднявшись, отношу грязную посуду в моешницу.

— Сомнительный комплимент. Бывают невкусные? И ты мне торчишь раф.

— Бывают невкусные. Бывают даже противные.

Беседа эта конечно… Вот и зачем ему это? А я теперь пытаюсь представить его голым… И дело тут совсем не в еде. Другим голодом гоним…

— Так зачем, говоришь, ты меня сюда припер?

— Надо было бросить на травке? — спрашиваю, возвращаясь к столу и нависая над ним.

— Надо было дать допить мой раф. Два раза мне кофе испортил!

Дергаю пальцами за подбородок вверх, чтобы в глаз его заглянуть.

— Я куплю тебе раф в следующий раз.

— Упущенный момент вернуть не выйдет, так что стыдись теперь, кайфолом.

— Хорошо. Не буду покупать тебе раф, если ты так не хочешь.

— Ты ранил меня в самое сердце! — и отстраняется, убирая подбородок от моих пальцев. Это даже скучно.

— Допивай, и я тебя провожу, — говорю и беру свою кружку с чаем; не садясь на стул, отпиваю.

— Переживаешь, что ль?

— Не хочу, чтобы запомнил адрес, а то припрешься еще.

— Вот и верь после этого вампирам. То приходи, ужином будешь, то не хочу, не буду . И кому верить после такого?!

— Т ак ты ведь не покормить меня придешь.  Спиздить что-нибудь или потребовать, еще вариант, что приведешь кого, а такое мне не уперлось.

— Да ты меня видел? Я сама честность, считай, ангел во плоти, а ты такие выводы   обо мне. Эх, нет справедливости в мире.

— Сейчас договоришься, и оставлю тебя себе, — предупреждаю я, пока пират отставляет кружку и поднимается из-за стола.

— Не, хреновая идея. Взаперти я чахну, грустнею, глупости начинаю творить, кровь портится, запах, все дела. Невыгодное приобретение.

Ничего больше не говорю этому балаболу и, шагнув ближе, подхватываю под ребрами, к себе на плечо закидывая. Под задорное и громкое «юху-у-у!» — вылетаю из квартиры и мчу его по новому адресу, что успел почувствовать, пока возвращался. Тут недалеко, всего-то соседняя многоэтажка, где кофейня. Если бы не решетки на окнах, мы бы на манер птичек чутка в воздухе попарили. Но из-за них приходится старым добрым способом, по лестнице, на семнадцатый этаж. С помощью силы открываю дверь и ставлю его на пол в коридор е.

— Не чуди слишком сильно.

— Эй, а на курорт, за океан, так можно?

— Воды наглотаешься, — усмехаюсь и треплю его по волосам. Чумной он такой все-таки.

— Бр-р-р, не порть прическу, изверг, за это не уплачено! — изворачивается, уходя из-под руки, а я, покачав головой, выхожу из квартиры. Пора домой, хватит происшествий на сегодня.

Глава 4. Я тебя забираю

Ирсан

Смесь адреналина и восхищения бурлит в венах, пронизывая тело до самых костей. Вампир! Настоящий вампир! Не проекция, не косплей, прям живой! Это как чудо-фантастика вдруг ставшая реальностью!

Я попытался проследить за ним после ухода, но куда там! Как испарился: «фьюх» и нет его!  Руки так и чешутся вытащить из-под тахты древний ноут и еще раз триста пересмотреть запись: фото настолько круто вышло, что не верится в собственное везение! Если увеличить и замедлить, видно, как он сглатывает, как подрагивают пальцы, как загораются глаза… Невероятно, фантастически потрясающе!

Еще и не сожрал меня! Не то чтобы я был не готов к смерти, она за мной с рождения идет, косой потряхивая, но, как выяснилось, встретить ее лицом к лицу ужасающе. Ужасающе восхитительно!

Я так и мечусь по чердаку, пока брат не начинает бить шваброй по потолку, мягко намекая, что пора бы утихомириться. Приходится залезть на тахту и мучиться уже там, потому что второго предупреждения от родственника ждать не стоит — придет, тумаков надает, а синяки сейчас совсем ни к чему, чую, много выходных урвать не выйдет. Кисайса хоть и отправила меня домой сегодня, увидев, что Ниррай сотворил с ее кофейней, но это точно разовая акция. Ремонт вряд ли затянется больше, чем на сутки, тем более, что заплатили ей явно неплохо, иначе чего бы это она меня так быстро погнала, даже убираться не оставив?

Удивительная штука жизнь, со  своими вывертами: вот вроде отвратное событие, а если бы не оно, я бы, возможно, так и не узнал столько всего интересного! Или, если б  наоборот, Ниррай надумал в нас въехать позже или раньше, в тот момент, когда в кофейне не было вампира, и хрен бы я пережил этот день, потому что дождик из стекла принял на себя как раз-таки вампир.

О, так это, если подумать, я за один день два раза выжил. Прикольно.

Любопытно, а почему на него святая вода не подействовала? Тут два варианта: либо тетка Ригата врет, и та вода, которой она ежедневно обрызгивает все подряд, никакая не святая, либо врет интернет на пару со всеми сказками.

Ха, а Аман труп или нет? Ну так, чисто теоретически, если он помер и после этого вампиром стал, значит, у меня вышло мертвого сфотографировать?

Шикарно!..

На этой чудесной ноте у меня все же закрылись глаза, а мысли унесло еще дальше…

***

— Ирс, черт бы тебя подрал, где молоко?! — раздается громогласный ор сразу после тычков в потолок, точнее, мой пол, вырывая из сна. Стук повторяется, отчего ведро, в которое за ночь накапало воды, трясется, теряя пару капель, а я сажусь, спуская ноги, и протираю глаза. Мне приходится потратить с десяток секунд, чтобы вдуплить, что вообще происходит и почему я встал после того, как семейство начало собираться, а не до, как обычно. А вспомнив причину, почему не завел будильник, я трачу еще минуту на то, чтобы доказать самому себе, что это не сон был. Я б так и сидел, подвисая, если бы пол опять не затрясся из-за долбежки. Пришлось вставать, напяливать кроссы и топать вниз.

Прямо под лестницей, ведущей на мой чердак, дрыхнет тело. По запаху определяю — папаня, перегулял ночью. Перепрыгиваю и шлепаю на кухню, где маман пялится в холодильник.

— Ну наконец-то! — выдыхает, стоит ей меня заметить. — От тебя один-единственный толк, и того нет! Где, черт бы его побрал, молоко?!

Мне приходится сдвинуть ее бедром, чтобы самому заглянуть в холодильник, куда я всегда ставлю банку, что наполняю по-тихому в кофейне. Теперь мы вдвоем пялим на пустые полки.

— Эээ… — протягиваю я, и тут до меня доходит: пакет-то я, походу в парке оставил. Я о нем даже не вспомнил, улепетывая с места преступления. Ну точно! Когда фотик доставал, поставил на травку, рядом с кустиком.

— Че «э»? Жрать че семья будет? — возмущается маман, а я экстренно пытаюсь че-нить сообразить. Выуживаю из холодильника недопитую вчера банку и разглядываю остатки. Миллилитров двести от силы, на кашу, конечно, не хватит, но… на полке ниже лежит бутыль теткиной «святой» воды. Не думая больше, достаю ее  тоже и переливаю в банку с молоком, после чего пихаю ту маман:

— Считай, уменьшил жирность.

Мать смотрит на это дело скептически. Ну да, тупо разбавил, но че теперь. О! Интересно, а если вампиру чай из такой водички сделать, окочурится или нет?

Неожиданно на мое плечо опускается рука, и я аж подпрыгиваю от испуга. Но никаких вампиров тут нет, и мысли мои никто не читает, всего-то братец, сын той самой тетки, что так активно в бога верит, стоит, светит на меня улыбкой, с дыркой вместо переднего зуба.

— Че, чудила, не надумал?

— Нет, — спокойно отвечаю на вопрос и, пригнувшись, подныриваю под его рукой, выбираясь  из захвата холодильника. — Я уже говорил, меня это не интересует.

Ивашка чешет серую, как у кролика, макушку, и, поправив спортивки, тоже отходит. Не понимаю сколько еще я должен ему объяснять, что не хочу участвовать в их игрищах, и на «престиж улицы» мне начхать глубоко и надолго? У меня уже давно сложилось впечатление, что тут всем просто работать не хочется, вот и сходят с ума от скуки.