Вопреки терзаниям (ЛП) - Бэлль Лола - Страница 37

Сердце будто силой вырвали из груди. Кровь мгновенно отхлынула от лица, ладони вспотели. Внутренний голос вопил, чтобы я немедленно убирался отсюда, но бежать было уже поздно. К тому же я не в силах был сделать и шага. Предметы теряли очертания, зал поплыл перед глазами, я сам не заметил, как стал жадно хватать ртом воздух.

— Черт возьми, — прошептал я одними губами, когда наши взгляды наконец встретились. Меня будто ударили под дых, из горла вырвался странный хрип.

Мне оставалось только догадываться, какие эмоции отразились на моем лице в эту самую секунду. Ощущения же были не из приятных. А когда уголки губ Алмаза дрогнули в подобии улыбки, мне показалось, что все съеденное за день тотчас окажется на дизайнерских ботинках.

Что он здесь делает?

Я провел ладонью по лицу, стирая пот со лба и вынуждая себя успокоиться. Незачем демонстрировать, как сильно меня потрясло его неожиданное появление.

Едва передвигая ноги, я направился к бару. Сердце бешено колотилось в груди, но дыхание уже пришло в норму. Никакой панической атаки, я не допущу этого. Не при нем точно.

Алмаз внимательно следил за каждым моим шагом, а я старался не смотреть ему в глаза, ведь тогда окончательно потерял бы контроль. Он нервничал не меньше, его пальцы крепко сжимали края меню, отчего костяшки побелели. Я остановился прямо напротив: чтобы сохранить равновесие, пришлось положить дрожащую ладонь на барную стойку.

Алмаз от волнения прикусил нижнюю губу, но так ничего и не произнес. Возможно, ждал, когда я заговорю первым.

— И чем же я обязан такому визиту? — я сам поразился, насколько холодно и отстраненно прозвучали слова.

Алмаз вздрогнул, словно они причинили ему физическую боль.

— Привет, — начал он тихо и невнятно. — Я приехал в город ненадолго. Хотел навестить, узнать, как твои дела.

— Как мои дела? — переспросил я, не веря своим ушам.

Меня била нервная дрожь, и я усилием воли подавил истерический смешок. Это точно не сон? Потому что у меня четкое ощущение нереальности происходящего.

— Алло, Алмаз, мы не связывались месяцы, и ты так просто приезжаешь ко мне, чтобы узнать, как мои дела? Ты, должно быть, прикалываешься .

Боже мой, этот взгляд...как он посмотрел на меня своими глазами цвета пасмурного неба, в которых отразилась та же мука, что не переставала терзать меня все это время, — это едва не сломило мою волю. Пришлось отвернуться, пока маска надменности не разлетелась на осколки, обнажая мои истинные эмоции.

Нельзя поддаваться, нельзя позволять ему думать, словно недели разлуки ничего не значили, а я легко принял его отъезд и смирился с решением, на которое не был способен повлиять.

Я только искренне начал верить, что рано или поздно мне удастся справиться с тем отчаянием, в котором я погряз после нашего расставания. Справиться с воспоминаниями о прошлом благодаря поддержке друзей и близких, постоянной загруженности с делами клуба и сеансам у психотерапевта. И вот он возвращается в мою жизнь без каких-либо угрызений совести, точно не осознает, какую боль причинил своим долгим молчанием.

На что он в принципе надеялся? Ведь какие бы эмоции я ни испытывал, как бы сильно мое сердце ни сжималось от тоски, я не стану перед ним унижаться. И не важно, что в душе я мечтал об этом моменте каждый миг со дня расставания.

— Извини, мне нужно работать. — Я указал большим пальцем за спину, понимая, как глупо звучат мои слова. Все-таки указывал я на ВИП-зону, и нетрудно догадаться, какая именно работа меня там ждет. — У тебя что-то еще?

Я прекрасно осознавал, что если развернусь и уйду, то больше никогда его не увижу. Если раньше и была надежда на встречу, то сейчас одним своим решением я мог окончательно разорвать тонкую нить, все еще нас связывающую.

И тут я вдруг с ужасом понял, что мог бы причинить ему ту же боль, какую испытывал сам все эти месяцы одной жесткой фразой. Но, конечно же, никогда не посмел бы так поступить.

Алмаз на мой вопрос медленно покачал головой, тяжело сглатывая. От того, с каким отчаянием он пытался поймать мой взгляд, внутри все болезненно сжалось.

Черт, за что мне все это?

— Ладно! — вырвалось у меня громче, чем следовало бы.

Я развел руки в стороны, признавая поражение, отчего лицо Алмаза вмиг просветлело. Я увидел в его зрачках искру надежды и возненавидел себя за то, что рядом с ним так легко терял самообладание. Как и раньше.

— У меня все хорошо, ты же хотел узнать, как мои дела. Ну а у тебя как?

— Неплохо, — такая милая и нежная улыбка Алмаза, в которую я когда-то влюбился без памяти, окончательно растопила остатки льда в моем сердце.

Да блин, ну почему он и по сей день имел надо мной безграничную власть? Как бы я ни пытался злиться на этого парня, мыслями всегда возвращался к тому, что мои чувства к нему не изменились. Я все еще люблю его и не в силах этому противостоять.

— Слушай, за столиком меня ждет Серега, ему скоро на работу, так что, — я невольно замялся, ожидая поспешного отказа, — можешь присоединиться, если хочешь.

— Конечно. Да, хочу, — его улыбка стала еще шире. Разумеется, что бы ни происходило между нами, с Серегой они оставались в тех же взаимоотношениях.

Я только сейчас подумал, как же друг отреагирует на его внезапный визит. Что, если он будет недоволен тем, как легко и быстро я снова поддался обаянию Алмаза, ведь столько времени после его отъезда не мог прийти в себя?

Серега был единственным, кто видел, в каком подвешенном состоянии я находился все эти месяцы. Вряд ли ему придется по душе, если я вновь позволю Алмазу растоптать свое сердце, а затем бросить справляться со всем в одиночку. Именно в одиночку, потому что и сам Серега со дня на день меня покинет.

Глава 27

Стараясь не нервничать, я повел Алмаза в ВИП-зону. Когда отодвигал штору, заметил, как рука слегка дрожит от волнения. Серега что-то увлеченно рассматривал на телефоне, перевернув его горизонтально, и даже не взглянул в нашу сторону. Вряд ли он мог предположить, что за столик я вернусь не один.

— Ну кто там опять тебе мозги?.. — он оборвал самого себя на полуслове, когда поднял голову. В некоторой степени было забавно наблюдать за его реакцией, хотя тяжесть в груди не позволяла даже улыбнуться.

Алмаз мялся возле шторы, не решаясь подойти к столику, но все равно искренне улыбался моему другу. Серега медленно опустил телефон на стол, несколько секунд посидел в ошеломленном молчании.

— У меня же...это не глюки, да, Федук? — заикаясь, проговорил Серега, а я смог лишь выдавить вялую улыбку. — Он реален?

— Привет, Сережа, — Алмаз наконец приблизился к столу.

Бормоча себе под нос ругательства, Серега вскочил на ноги и сжал Алмаза в таких крепких объятиях, что я забеспокоился, как бы он ему не переломал чего. В первые секунды даже испытал шок, как, вероятно, и сам Алмаз, который не сразу обнял Серегу в ответ.

— Охренеть! — будто с неким облегчением завопил Серега. Меня поражала его реакция, он был так рад видеть человека, причинившего мне столько страданий, отчего в груди поднималась волна обиды и горечи. — Какими судьбами?

Серега жестом приказал мне сесть на место, а Алмаза потянул за собой на диван. От неловкости я сложил руки на бедрах, не зная, какую принять позу. Пусть Алмаз и не смотрел в мою сторону, мне было не по себе находиться рядом с ним после стольких недель разлуки. Это дико и просто за гранью моего понимания.

— Разбирательства с наследством, так скажем. — Алмаз остановил Серегу, когда тот стал подливать ему в стакан — мой стакан — остатки коньяка. — Мне немного только.

— Понял. Что за наследство, ну-ка? — Серега подлил и себе, затем отставил пустую бутылку в сторону.

— Отец недавно попал в авиакатастрофу со своей женой, — слишком спокойно ответил Алмаз, что не ускользнуло от нашего внимания. Мы с Серегой многозначительно переглянулись. — Я даже не предполагал, что упомянут в завещании.