Вопреки терзаниям (ЛП) - Бэлль Лола - Страница 9

Я часто замечал за ним некую отстраненность, словно временами он выпадал из реальности, полностью погружаясь в собственные мысли. И задумывался, а как выгляжу сам, когда позволяю воспоминаниям о былых временах прорываться сквозь выстроенную стену в сознании.

Я тихо откашлялся, чтобы обнаружить свое присутствие. Пальцы Матвея замерли в сжатом положении, он быстро поморгал, смахивая с себя пелену задумчивости. Его лицо просветлело, когда он оглядел меня сверху вниз. Бросил эспандер в боковой карман спортивных джоггеров и, явно испытывая легкую неловкость, по привычке запустил пальцы в волосы.

Мы не виделись почти неделю, за это время его изящная рыжая шевелюра превратилась в аккуратно подстриженный «фейд». Так ему идет даже больше, но, похоже, парень все еще до конца не привык к новой прическе.

— Здравствуй, — Матвей искренне улыбнулся, пожимая мою протянутую ладонь. — Давно тебя не видно.

— Дела все, не отпускают прям. Привез вот капризную принцессу, — я кивнул в сторону Регины, которая не могла нас слышать.

Она старательно закручивала крышку бутылки, нахмурив лоб, а губы беззвучно шептали ругательства. Видимо, на полном серьезе настраивалась на жесткую тренировку с одним из самых требовательных тренеров.

— Купил машину?

— Не надо только о наболевшем, — я закатил глаза, и Матвей весело хмыкнул. — Моцик пока устраивает. Хотя Серегу дергать уже совестно, так что со дня на день, думаю, придется принимать решение.

— Без машины как без рук, — нараспев сказал он.

Я давно замечал, что в речи Матвея присутствует акцент: слова он произносит медленно, а в некоторых и вовсе растягивает гласные, будто намеренно пытается произвести впечатление. Но скорее всего, имеет влияние происхождение, поскольку он мало походил на парня с русскими корнями, у него довольно специфическая внешность.

Смазливый, с задумчивой улыбкой на бледных губах, с ярко выраженными скулами и раскосыми глазами цвета изумруда — неудивительно, почему Регина восхищается его красотой. Потому-то он и стал лицом бренда. Наряду с другими сотрудниками Сереги как мужского пола, так и женского Матвей принимает участие в фотосессиях, активно продвигая второй бизнес начальника. Высокий, подтянутый, с потрясающей мускулатурой — любой спортивный костюм идеально гармонировал с образом неприступного мужчины.

Не раз я ловил себя на мысли, что подолгу разглядываю снимки Матвея. Они волей-неволей приковывали взгляд.

Регина появилась возле нас так внезапно, что Матвей запнулся на полуслове, только начав объяснять, какая, по его мнению, марка автомобиля более надежная. Долгое время до лишения прав парень гонял на «Лексусе», а потом машину пришлось продать, но он настоятельно рекомендовал мне взять автомобиль именно этой марки. И я впервые задумался, что, может быть, «Лексус» ничем не хуже «Ауди».

— Я готова! — провозгласила Регина, положив бутылочку к ногам Матвея и в предвкушении потирая ладони.

Я мельком оглядел сестру: сосредоточенная, на щеках румянец, губы плотно сжаты, а кулаки готовы к бою. Она всегда была стройной, но за последние месяцы совсем истощала, теперь все ее тело состояло лишь из мышц. Диета приносила свои плоды, ничего не скажешь.

— К чему ты готова? — вкрадчиво спросил Матвей.

— Как это к чему? Боксировать, естественно!

— А что ты должна сделать прежде всего? — словно намеренно он растягивал слова, испытывая терпение Регины. Я прижал пальцы к губам, сдерживая смешок.

— Да ладно тебе, я уже сегодня набегалась! Давай сразу на бокс.

Матвей медленно покачал головой, и Регина, вместо того чтобы разозлиться, как я того ожидал, театрально вытянула губы трубочкой, с мольбой глядя на парня.

— Ну, Матвей, не ломайся!

— Двадцать минут, — бесстрастным тоном отозвался он.

— Нет, я не хочу, как дурочка, бегать на этой дорожке. Я с нее падаю! — заныла Регина, но на Матвея ее жалостливый тон не произвел никакого впечатления. Очевидно, подобная сцена повторялась из раза в раз и он попросту выработал иммунитет к ее нытью.

— Двадцать пять минут.

Я усмехнулся, даже и не думая встревать. Регина скорчила недовольную гримасу, все же послушно подняла бутылку и понуро побрела к выходу из зала, чтобы перейти в зону кардиотренажеров. Поразительно, она почти и не настаивала на своем.

— Тяжело, наверное, с ней.

— Не сказал бы. — Матвей проводил Регину задумчивым взглядом, затем снова посмотрел на меня. Его зеленые глаза хитро блеснули в свете дневных ламп. — Федор, ходит один слушок, — он растянул последнее слово, будто для драматичности сказанного, — что ты станешь нашим новым начальником. Когда Серж уедет, разумеется.

— И откуда такой слушок? Серега проболтался?

Матвей поджал губы, не подтверждая, но и не опровергая мои догадки. По его глазам я понял, что был близок к истине, лишь слегка промахнулся.

— Скорее Гриша. Серега не стал бы болтать заранее, — я нервно почесал затылок, даже не зная, что сказать. — Вроде как план такой. Если ничего не изменится, конечно.

— Было бы замечательно.

— Посмотрим, что ты скажешь после недели работы со мной.

Я поднял вверх указательный палец, само собой, отшучиваясь, потому что даже со своими подчиненными не переходил черту, пусть они иногда и заслуживали серьезного выговора. А с сотрудниками Сереги, надеюсь, не придется проводить поучительные беседы. Они ведь все привыкли к бешеному ритму, работая под контролем такого требовательного директора.

К тому же вести дела в тренажерном зале гораздо проще, нежели разгребать косяки барменов и администраторов. При работе с деньгами и большим потоком самых разных посетителей всегда нужно иметь эмоциональную выдержку и стрессоустойчивость.

— Ты идешь на мальчишник? — спросил я после недолгой паузы. Стоило сворачивать разговор, мне пора было отправляться обратно в клуб, а Матвею — приступать к тренировкам.

— Не-ет, не получается. Увидимся только на свадьбе.

— Обидно. Ладно, оставляю тебе свое сокровище, а мне нужно бежать. Как закончите, пусть дождется Серегу. Присмотри за ней, пожалуйста.

— Без проблем. — Матвей пожал мне руку на прощание и пожелал удачи.

После разговоров с ним я всегда чувствовал прилив сил, словно бы Матвей подзаряжал меня своей энергетикой, хотя и сам со стороны казался максимально спокойным и бесстрастным.

Я был рад, когда узнал, что Гриша пригласил на свою свадьбу и Матвея с Кариной. Они разбавят нашу взбалмошную компанию дерзких и надменных ребят своей легкостью и искренностью. Может, хотя бы при них парни будут вести себя слегка сдержаннее. Все же на праздник как-никак прибудет и взрослое поколение, они-то вряд ли поймут приколы молодежи.

На выходе из зала я махнул Карине, попутно набирая сообщение Сереге:

Я: «Твой зал не взлетел на воздух, но прочти мое сообщение. Регина у тебя, не забудь про обещание отвезти ее домой».

Ответ пришел спустя несколько минут, когда я боролся со шлемом, удобно устроившись на мотоцикле. Всего лишь три слова:

Серега: «Купи тачку, брат».

И они заставили меня расхохотаться. Черт возьми, я буду скучать по нему, не представляю, как проведу весь этот год вдали от лучшего друга. Даже страшно подумать, какие чувства будут одолевать меня поначалу и с каким трудом мне придется контролировать ситуацию, лишь бы не поддаваться отчаянию. Ведь спасать меня и вытаскивать из бездны попросту некому. От одной мысли об этом все внутренности будто покрывались толстой корочкой льда.

Но я справлюсь, потому что иного выхода просто нет. Рано или поздно мне придется остаться наедине со своей болью и принять ее с достоинством. Только так я смогу идти дальше.

Глава 7

Не раз замечал за собой, что впадаю в ступор, стоит переступить порог кабинета в клубе. Взгляд неизменно останавливался на стене, где все еще красовались фотографии со школьных и институтских времен. С одним лишь исключением: те снимки, на которых был запечатлен и Андреа, я в порыве ярости снял и бросил в самый нижний ящик комода. Пустоту разумнее было бы заполнить фотографиями с нашего совместного отдыха в Геленджике, но и видеть изо дня в день явное напоминание о том, как в одночасье жизнь может перевернуться с ног на голову, мне тоже не хотелось. Поэтому я оставил все как есть.