Вопреки опасениям (ЛП) - Бэлль Лола - Страница 26

Я нервно потер лицо ладонями. Пусть и ожидал подобной реакции, но от его слов все равно больно кольнуло в груди. Я уже тогда понимал, что просить о таком недопустимо, а теперь же чувствовал, как паника сжимает горло.

Что, если мой поступок каким-то образом отразится на наших отношениях? Неужели я все испортил одним своим необдуманным порывом, вызванным страхом и неуверенностью?

— Блин, братишка, ты повел себя как ревнивый идиот. Хотя тебя тоже можно понять. — Серега почесал переносицу, когда я поднял на него ошарашенный взгляд. — Знаешь, что самое хреновое во всей этой ситуации? Что Алмаз спокойно отдал тебе телефон. Да никто бы не позволил копаться в своих личных переписках даже под страхом расстрела, а он сам это предложил.

По спине пробежал неприятный холодок. Если прежде меня одолевало беспокойство, с которым я хоть как-то справлялся, то сейчас я пребывал в полнейшем ужасе. Наивно полагал, что Серега успокоит меня или, как обычно, переведет все в шутку, но он говорил с такой серьезностью, словно бы речь шла о жизни и смерти. И это еще при том, что мы оба находились под градусами.

— Ты понимаешь, как это выглядит? — продолжал Серега свои наставления. Я судорожно сглотнул, сжимая пальцами край бетонной плиты, чтобы сохранить опору под ногами. — Что он готов тебе во всем подчиняться. А почему? Потому что ты сам , Федук, загоняешь его в рамки. Пить ему нельзя, идти он должен туда, куда идешь ты, общаться только с теми, с кем общаешься ты. А теперь еще и переписки нужно давать тебе на проверку. Ну дальше только на цепь осталось посадить и выгуливать вместе с Бени.

У меня буквально отвисла челюсть от услышанного. Взгляд метнулся к Алмазу, который, даже не подозревая о нашем разговоре, беседовал с незнакомой девушкой и с сияющей улыбкой демонстрировал ей снимки. Желудок свело спазмом при мысли, что Серега снова оказался прав.

Я ведь и сам замечал, как распределились роли в наших отношениях, но ничего не предпринимал, чтобы исправить ситуацию, пока это не вошло у обоих в привычку.

Мы всегда должны оставаться на равных, я не вправе властвовать над человеком, к кому питаю сильные чувства и ради кого готов пожертвовать чем угодно. Я обязан учитывать его точку зрения в любом вопросе и всегда прислушиваться к его мнению, даже если кажется, что оно неверное. Не важно.

Именно на уважении и строятся любые взаимоотношения, будь то с партнером, родителями, сестрой или близкими друзьями. Многие проблемы возникают как раз по той причине, что люди разучились слышать друг друга и привыкли лишь свои убеждения выдавать за истину.

— Как так вышло? — в отчаянии прошептал я, прижав кулак к губам. Видимо, почувствовав, что я нахожусь на грани, Серега грациозно спрыгнул с парапета на крышу и подошел ближе. Я позволил ему сжать мои плечи в утешительном жесте.

— Да успокойся, я не сказал, что это катастрофа. Попробуй как-то сбавить обороты, не дави ты на него. Это с девушками еще такое прокатит, многие из них только рады будут не принимать решения самостоятельно. Но Алмаз, блин, мужик, он сам знает, что для него правильно. Ты его так кошмаришь, брат, что он готов тебе любыми способами доказать свою верность. Полный мрак.

Я до крови прикусил щеку изнутри. И пусть сам думал о том же самом все последние часы после той неприятной ситуации, все же из уст Сереги этот очевидный факт звучал как приговор.

— Ты чего так побледнел? — с искренним беспокойством прошептал он и потряс меня за плечо. — Не дрейфь, нормально все будет. Согласись, что нам всем нужна свобода.

— А что, если я дам Алмазу свободу, — хрипло начал я, едва ли выдавливая из себя слова, — а он ошибется? Свяжется не с теми людьми?

— И что? Случится конец света? Вспомни, сколько раз сам ошибался. Понятно, что отец помогает тебе во многом, мы поддерживаем как-то, но ты бы и самостоятельно справился, только совершил бы ошибки. Да и хрен с ним, главное — результат. Помнишь, как Лешка любил говорить, когда кто-то из нас в чем-то сомневался?

Сердце болезненно сжалось, губы невольно растянулись в печальной улыбке, а в следующую секунду мы хором произнесли заветную фразу:

— Действуй методом проб и ошибок!

Серега криво ухмыльнулся, взъерошив свои короткие волосы. Улыбка угасла, пустота в груди стала еще более ощутимой. Даже не представляю, какой совет мог бы дать мне Лешка в такой непростой ситуации, если бы все еще был с нами.

— Если Алмаз ошибется, он запомнит урок. Мне кажется, никак по-другому не добиться успеха в любом деле. Правильно ведь? Я в этом не особенно силен, это же вы тут все бизнесмены со стажем.

Я натянуто рассмеялся, и Серега, видя, что я постепенно прихожу в себя, театрально выдохнул. Мне стоило неимоверных усилий казаться расслабленным, когда мы присоединились к группе ближе к завершению экскурсии. Одного нежного взгляда Алмаза в мою сторону стало достаточно, чтобы я ощутил острый укол стыда.

Он всегда был настолько предан мне, что даже не понял, как в определенный миг стал буквально моей тенью. А я и сам не замечал, с каким упорством изо дня в день пытался его переделать под себя, требовал поступать так, как сам считаю правильным, принимал решения за нас обоих, не позволяя ему высказывать собственную точку зрения. Я не оставил ему иного выбора, кроме как подчиниться и смириться с моим давлением.

Но рано или поздно, когда к нему придет осознание, что его мнением пренебрегают, он решит действовать иначе. И вот тогда я потеряю его навсегда .

Глава 19

Постепенно разговор с Серегой отошел на второй план, но удручающие мысли еще не покидали сознание. Не помогали и нежные объятия Алмаза в такси, пока мы мчались по ночному городу навстречу Финскому заливу, где нас дожидалась компания ребят, готовые тотчас накинуться на нас с претензиями.

Я притянул холодную руку Алмаза к губам и оставил легкий поцелуй на костяшках пальцев. На его лице расцвела милая улыбка, которая отогнала нависшие над нашими головами темные тучи. Он не покинет меня по собственной воле, если я научусь сдерживать свои эгоистичные порывы и перестану во всем его контролировать.

В первое время будет непросто, но я обязательно справлюсь. От моего поведения напрямую зависит наше совместное будущее.

На залив мы прибыли ближе к полуночи. С первых минут встречи на нас обрушился шквал упреков и обвинений со стороны Кристины и оскорбительных высказываний от обиженного Гриши. Друг ударил меня по плечу лишь вполсилы, а вот Сереге от него досталось. Все с ходу догадались, кому принадлежала затея сбежать на экскурсию, никого не предупредив заранее. Хотя решение было принято спонтанно.

Кристина выговаривала брату все то время, что мы поднимались по склону, освещая путь из сухих веток и комьев мокрой грязи ярким светом фонаря. Серега лишь посмеивался над ее словами.

Всякий раз он хитро косился на сестру, а затем театрально взмахивал руками, будто теряя равновесие. В такие моменты Кристина менялась в лице и с искренним беспокойством помогала парню удержаться на ногах. Правда, после третьего раза смекнула что к чему, потому и перестала реагировать на очередное притворство.

Я пропустил Алмаза вперед и подсвечивал фонариком телефона дорогу нам обоим. Прежде он попытался взять меня за руку, но я ловко увернулся, вцепляясь в лямку сумки, которая все время сползала с плеча. Если он и заметил в моем поведении некую странность, то спрашивать ни о чем не стал. А мне так отчаянно хотелось сжать его ладонь и не отпускать до тех пор, пока мы не завершим подъем по опасно крутому склону. Но Серега прав: стоит сбавить обороты. Алмаз не беспомощный человек, он сам в состоянии подняться без посторонней помощи.

За время нашего отсутствия ребята уже успели изрядно напиться, обосновавшись на самом краю покатого обрыва вокруг разведенного костра. Палатки давно были установлены, запасы продуктов прикончены, здесь и без нас веселье в самом разгаре.