"Фантастика 2025-66". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Заугольная Оксана - Страница 213

Мы ещё и были все в царапинах, а значит, запах крови от нас шёл приличный, но кровососов не увидели. Красота.

Сенила действительно оказалось городской девочкой, и по лесу ходить совершенно не умела. Нет, она была ловкой и гибкой, только вот, ступала она так, как будто следующий шаг будет на том же уровне, не задумываясь, что там может оказаться ямка или очередной корень. Она ни разу не упала, но после часа такой ходьбы уже чуть-чуть прихрамывала, видимо ушибла или подвернула ногу. Но шла за мной молча, не жалуясь.

То, что мы шли в полной тишине, позволило мне услышать вдалеке разговор. Показав знак, что надо замереть, прислушался. Раздался скрип, который я определил, как скрип телеги. Слышал на рынке, когда телеги стаскивали в общую кучу для ночёвки, чтобы легче было охранять.

— Дорога рядом. — Прошептал я замершей девушке. В ответ она кивнула, тоже прислушиваясь. — Предлагаю отойти и поесть.

Получив ещё один кивок, я развернулся и пошёл по проторенной среди кустов дороге. Где-то там, метрах так в трехстах, мы проходили поваленное дерево, что отлично заменит нам и стул и стол.

— Как думаешь, нам стоит идти по дороге, или по лесу, вдоль неё? — Поели, но из питья оказался всего один кувшин кислого вина, а пить очень хотелось, потому я сразу хлебнул изрядно. А выпившего меня всегда тянуло на разговоры.

— Давай по дороге. — Девушка устала, платье было местами мокрым от пота, видно, что ей очень не хочется продолжать путешествовать по пересечённой местности. — Вряд ли кто-то нас разыскивает. Меня, во всяком случае, точно никто не ищет. А ты, после того, как переоделся, за местного малыша легко сойдёшь.

— Малыша? — Я скептически хмыкнул. — А на сколько лет я выгляжу?

— Лет на тринадцать. — Но видя, как я заулыбался, с сомнением исправилась. — Может, на пятнадцать. — Я улыбнулся ещё шире. — И сколько?

— Шестнадцать мне точно есть. — А может и больше, я до сих пор не знаю, сколько парню было лет, когда он всё же отправился на учёбу.

— Мелковат ты для шестнадцати. — Осторожно сказала Сенила.

— Наследственность. — Пожал я плечами. — Но, несмотря на рост, я самый настоящий баронет.

— Что ты благородный аристократ, я и так знаю. — Махнула рукой девушка. — Ты же мне сам об этом рассказывал, помнишь?

— Нет. Я же тебе сказал, что после эксперимента почти ничего не помню.

— Совсем-совсем не помнишь?

— Так, отрывками. — Точнее, обрывками из снов.

Помолчали, убирая еду в мешок, что несла Сенила. Я встал, собираясь продолжить путь, но Сенила до сих пор сидела с задумчивым видом.

— Ещё отдохнём? — Я подумал, что девушка просто устала.

— Скажи, Ганнидар, а у тебя есть документ об освобождении?

— Нет. — И эта бюрократия может стать проблемой.

— Расскажи, как ты тогда снял ошёйник? — Видя, что я молчу, она вздохнула и объяснила. — Считается, что усмиритель, который надет на одарённого, снять нельзя. Вообще. — Опять помолчали. Информация, конечно, интересная, но я не очень хотел ей рассказывать обстоятельства потери ошейника этим телом. — Надеть ошейник на одарённого сложно, а снять вообще невозможно. Как-то там всё переплетается, что дар человека сам поддерживает заклинание усмирителя. Одарённые попадают в рабство один раз, и до самой смерти.

Я пожал плечами. Обманывать я не хотел, да и смысла не видел. Думал, вопросы закончились, но нет.

— Скажи, а ты можешь точно так же снять ошейник с меня? — В ответ мог только покачать головой. С меня ошейник упал сам, упал с мёртвого тела. Не убивать же её для этого?

— Этот способ тебе не подойдёт. — Да я даже просто оборвать нить, что идёт к её сердцу, не рискну. Подозреваю, что обрыв этой линии, которая была гораздо толще той, что до этого шли к голове, просто убьёт девушку. Даже те линии, что шли к голове, сейчас не рискнул бы обрывать, хотя в тот раз всё закончилось благополучно. Вроде бы. — Выберемся, найдём мага, он снимет с тебя ошейник.

— Ублажательниц не освобождают от рабства. — Она была сама серьёзность, но смотрела не на меня, а куда-то в сторону. — Считается, что после года рабства в голове происходят такие изменения, что девушка просто будет не в состоянии жить на свободе, отсутствие хозяина сведёт с ума. В Империи Менаран даже есть специальный закон на этот счёт: если ты решился освободить ублажательницу, это делается только на бумаге, ошейник не снимается. И всё равно ты обязан её полностью содержать. — Тут она всё же посмотрела на меня. — Сложно оставаться нормальной, если твоя память содержит максимум месяц твоих воспоминаний, а магия постоянно давит на то, что ты должна хотеть хозяина.

— А сколько ты носишь ошейник, не помнишь?

— Нет. — Тяжелый вздох и качание головой. — Но, что больше года, это точно. Я смутно помню, как встречала в ошейнике два разных праздника зимы. А сейчас вообще лето.

Опять тяжелая пауза. Вот не люблю я все эти выяснения отношений с девушками, их вопросы. Всегда фраза «нам нужно серьёзно поговорить» для меня означала конец отношений.

— Пошли? — Всё равно сейчас я ничем ей помочь не могу. Если бы я выучился на мага, вот тогда да, были бы варианты. Но это ей ещё три года ждать?

Да я тогда и сам не рискну. Если местные маги считают, что это опасно, кто я такой, чтобы рисковать её жизнью или рассудком?

— Пошли. — Она встала и позвала меня, (я уже повернулся к дороге). — Ганнидар.

— Чего? — Обернулся я к ней.

— Спасибо, что вернул мне память. Это же ты сделал, я сразу поняла. Пусть мне теперь будет тяжелее жить, но я бы не хотела снова стать безмозглой игрушкой для утех.

— Пожалуйста. — Мне стало немного стыдно, что так бездумно подвёрг её мозги опасности, а меня ещё за это благодарят.

Отвернулся от неё и решил, что у меня глюки. Откуда-то сбоку прилетела знакомая петелька, но в этот раз она была синего цвета, а не белого или черного. Я хотел от неё увернуться, но она заскочила ко мне за спину.

Я тут же скинул рюкзак и понял, что не ошибся: синяя ниточка тянулась точно внутрь мешка. Быстро развязал свой самодельный заплечный мешок и увидел, что поймана оказалась одна из тех вещичек, что Сенила сняла с мертвой хозяйки борделя. Отлично, вот мы и попались!

— Что-то случилось? — Мои суетливые действия не остались незамеченными, девушка смотрела на меня встревоженным взглядом.

— Да. Нас нашли. — Наверняка это или поисковое, или сканирующее заклинание. — Нашли по той вещичке, что ты с убитой толстухи сняла.

— Какой ещё толстухи? — Удивилась она.

— Да хозяйки борделя. Поисковое заклинание нас только что нашло. — И, судя по тому месту, на которое оно прицепилось, нашли нас по крови хозяйки этой вещи. Сенила в ней измазала две подвески, вот одна из них и была поймана петелькой.

— Она же не была толстой. — Вот выяснять толщину убитой мне хотелось меньше всего.

— Не важно, главное то, что нас засекли, и мы на прицеле. — На ум пришло сравнение с пятном от лазерного прицела. И ведь не оборвать этот поводок! — Если я оборву заклинание, то ясно дам понять, что мы тут. — Задумался. Эх, зря я не спрятал всё в свой ранец, тогда бы никто ничего не нашёл, раз там какое-то особое пространство. Думаю, надо всё же спрятать всё туда, оставив только пару мешочков с монетами. Ну и эту подвеску, что «засветилась». — Пока что они могут подумать, что тётку убили какие-нибудь разбойники, ограбили на эту вещичку, а сами убежали в лес, но если заклинание оборвётся, значит тут кто-то одарённый.

— Так нужно её выбросить!

— И куда? — Скептически ответил я. Временами она умная, а временами очень блондинка. — Если я брошу подвеску тут, то преследователи придут сюда и найдут наши следы. Я вот ни разу не следопыт, и то бы нас нашёл, смотри, какую просеку мы за собой оставили.

— И что теперь делать? — Думать надо было раньше, а не убивать. А если убила, то не грабить.

Но говорить я этого не стал. Поздно.

— Подумаю. — Появилась мысль, но пока что она зависит от многих факторов. — А пока, нам надо к дороге. На ней хоть следы легче запутать. Будет неплохо, если нас кто-то подвезёт, тогда точно никаких следов. — Видя, что она молчит и слушает внимательно, кивнул. — Пошли.