"Фантастика 2025-66". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Заугольная Оксана - Страница 39

И только уже подходя к столовой, она сообразила, что Мейнгрим похвалил её. Назвал умной. И ведь это при том, что до сих пор не видел в ней ничего достойного.

А она даже заметила это не сразу.

Глава 27

Следующие несколько дней прошли так, что Радка загадала пожить так подольше. У неё наконец-то было полное право проводить с сыном столько времени, сколько захочется, и ходить по всему дому. По словам Ирены, не то что Манфред, даже Ева не появлялась в доме, а с Мейнгримом они пересекались только за столом и в спальне. И ей теперь удавалось держать язык за зубами, чего хватало, чтобы муж больше не сбегал и ночевал рядом с ней. Только всегда скрупулезно проверял цепочку на её животе, и всё. Что же, стоило догадаться, что долго такое продолжаться не сможет.

Но Мейнгриму всё равно удалось застать её врасплох.

В тот день она проснулась позже, чем обычно, но всё равно чувствовала себя невыспавшейся, и уныло ковырялась в завтраке, пытаясь одновременно держать оба глаза открытыми. Вот тут её и подкараулил отвратительно бодрый супруг.

— Так дальше продолжаться не может, — заявил он, наливая ей еще одну чашку кофе. По-видимому, он наивно полагал, что это ей поможет. Но если Радка хотела спать, помочь могло только одно — несколько часов сна. Никакие другие ухищрения не помогали, она точно знала. — Разумеется, со дня свадьбы прошло меньше недели, и это пока в пределах допустимого, но как долго ты собираешься продолжать игнорировать приглашения?

— Чего? — хорошо еще, что Радка не успела сделать глоток, а то сейчас забрызгала бы домашнее платье.

— Я тоже не в восторге, — ответил Мейнгрим. — Но, если ты теперь считаешься магессой, то и выходить в свет тебе придется, хочешь ты того или нет.

— Чего? — тупо повторила Радка и отодвинула тарелку. Она часто не слишком хорошо понимала мужа, но сейчас он и впрямь говорил загадками.

— Твоя почта, Радослава, — теперь и Мейнгрим выглядел ошеломленным. — Ты не получала её?

— Чего? — снова повторила Рада, но уже машинально, в голове пытаясь уложить новости. Оказывается, ей могли писать и писали письма! Зачем и кто это мог делать? Патрыся и Венек? Но она виделась с ними пару раз после свадьбы, и вряд ли им что-то настолько срочно могло понадобиться от не-магессы, каковой она являлась. Уж точно не её пирожки.

Мейнгрим выругался, а потом, к удивлению Радки, смущенно произнес:

— Прости. Я постоянно забываю, что ты не магик и не росла тут. Даже найденыши попадают в город совсем юными и к твоему возрасту уже знают все элементарные вещи. Я же, зная, что ты переписывалась со своей подругой, был уверен, что ты умеешь разбирать почту.

Не дожидаясь ответа, он подошел к ней и протянул руку, приглашая подняться из-за стола. Радка без сожаления оставила едва тронутую еду и двинулась следом. Мейнгрим был прав, она получала почту от Янки, но сторожить у дома один шарик с письмом или проверять почтовую комнату! Именно в такое помещение Мейнгрим привел её, и Радка только могла восхититься изобретательности магиков. Для каждого члена семьи, даже слуг и Фабуся была свой полка с желобками, куда падали шарики. Часть полок были черными — туда откладывались прочитанные письма в архив, часть белыми — на эти еще нужно было ответить. Все остальные цвета Радка пока не запомнила. Кроме разве что серебристого — это были приглашения, и желобки на её стороне были плотно забиты шариками.

— Это всё мне? — поразилась Рада, касаясь кончиками пальцев шариков. — Но… кто может меня приглашать?

— Все, — Мейнгрим пожал плечами и смущенно добавил. — Наша семья всё-таки одна из древних, и тот факт, что я женился, заинтересовал наших соседей куда больше, чем я думал. А уж выдумка Евы о том, что ты из золотых магиков — на какой-то срок ты стала самой модной новостью в городе!

— Это на какой же срок? — нервно переспросила Радка. Такого внимания ей совсем не хотелось, особенно от незнакомых магиков. Среди них ведь был тот, кто проклял Еву и тот, кто заставил исчезнуть Янку! И пусть насчет Янки она не была уверена, то её мнение о Еве как об обычной слабой магессе развеялось, стоило ей узнать эту женщину получше. Тот, кто посмел навредить этой мстительной магессе, должен быть могущественным и ловким. Совсем не то, что нужно ей, когда она даже не является магиком!

— Понятия не имею, — честно признался супруг. — Никогда не понимал, от чего это зависит. Ева говорит, что до тех пор, пока не случится что-то более выдающиеся.

Радка скисла. Уж если Ева говорит…

— Как я смогу изображать магика, когда у меня нет никаких способностей? — простонала она. — Меня раскроют через пару часов!

— Звучит оптимистично, — буркнул Мейнгрим и поспешил исправиться. — Тебе же удавалось довольно долго… встречаться с Манфредом, и он ничего не заподозрил, разве нет?

— Разве нет! — передразнила его Радка. — Может, это Манфред тупой, а не я везучая, ты об этом не думал?

— Думал много раз, — немедленно согласился Мейнгрим, еще больше разозлив жену и не замечая этого. — Надо быть полным идиотом, чтобы, женившись на такой как Ева, искать увлечения на стороне.

По лицу Радки Мейнгрим понял, что переборщил и заторопился пояснить:

— Я хотел сказать, Ева из древней семьи, сильная магесса и известна в обществе. В том числе и своей мстительностью. А ты… я ничего не хочу сказать про твою внешность…

— Кроме того, что она не в твоем вкусе, я помню, — прервала его монолог Радка, но Мейнгрим, чуть смутившись, твердо продолжал:

— Ты неизвестно откуда и кто, представляешься цветочной и при этом спрашиваешь о Розе, хотя её знают абсолютно все цветочные.

— Откуда ты знаешь? — удивилась Радка, от удивления даже перестав злиться.

— Я же говорю, Ева известна своей мстительностью, — вздохнул Мейнгрим. — Она вывернула Фредека наизнанку и, я надеюсь, только в переносном смысле. Потому как она дружит с Пурпурной феей, а это много о чем говорит.

— Фея? — удивилась Радка, смутно припоминая сказки. — Такая с крылышками и волшебной пыльцой?

Теперь Мейнгрим вытаращился на неё так, словно она сморозила глупость.

— Откуда ты только такого понабралась, — покачал он головой, и на возмущенный возглас жены про детские сказки только махнул рукой. — Мы не читаем детям сказки, это выдумки. Пурпурная фея принадлежит пурпурному клану, дальние родичи багряного принца Скарбимежа, кстати. Без понятия чем занимаются другие члены её семьи, они довольно замкнутые, а фея — пыточных дел мастер.

Радка прикрыла рот ладонью, едва сдерживая крик. В сказках были и такие, зря Мейнгрим о них отзывался так пренебрежительно. Только ни разу она не читала о женщинах с таким мастерством.

— Как же так, Скарбимеж — целитель, а она… — пробормотала она чуть успокоившись. Мысль о том, что узнать Пурпурную фею раньше, чем то, что она вовсе даже не с крыльями, ей могло не повезти, не скажи она в свое время Манфреду о проклятии, теперь не отпускала.

— И то, и то связано с жизнью и кровью, — снова отмахнулся Мейнгрим. — Фею никто лишний раз не зовет по имени, считается плохой приметой. А вот Ева с ней дружит! Теперь ты понимаешь, почему я считаю Фредека идиотом?

— Наверное, да, — согласилась Радка, — Только вот…

Она замялась. В голове еще стояли слова Мейнгрима о фее, поэтому говорить то, что вертелось на языке, совсем не хотелось.

— Ну, — поторопил её муж, и Радка решилась:

— Если дома ты всё время сидишь на хлебе и воде, то даже такой ужас не остановит перед тем, чтобы перекусить в гостях или в уличной забегаловке.

Радка расправила платье и отвела глаза, всем своим скромным видом давая понять, что она вполне смирится в данном случае со званием «уличной забегаловки».

Мейнгрим нахмурился. Было видно, что он хочет поспорить, но при этом не желает даже думать, почему Ева «хлеб и вода». А может, догадывался, что за такие подробности сестра не посмотрит, что он её единственный близкий родственник, и открутит голову.