"Фантастика 2025-66". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Заугольная Оксана - Страница 52

А вот Манфред, как и его далекие предки, выживал благодаря дару, пробудившемуся и тщательно взращиваемому именно там, в опасном путешествии. Перемещение в пространстве без всяких артефактов, только по собственному желанию. Какая же Радка молодец, правильного магика отхватила! И пусть сам Манфред принадлежал Еве, частичка его дара жила в Фабиуше, и за своего мальчика она могла быть спокойна. Это куда лучше, чем лезть на дракона с огнем или ледяным мечом.

С такими мыслями Радка пришла на обед, где довольно рассеянно поприветствовала супруга. Судя по его настороженному взгляду, он ждал обиды и пререканий, и теперь не знал, что и думать.

«Так тебе и надо», — весело подумала Радка, налегая на рагу, и всё свое внимание уделяя только сыну и его манерам.

— Не желаете узнать, как прошла моя вчерашняя беседа, госпожа? — скорбно произнес Мейнгрим после ухода Ирены с воспитанником, тщательно промакивая губы от соуса.

Радка и забыла о том, что он должен был поговорить со Скарбимежем и его сыном об обучении! На неё столько всего навалилось, что и не мудрено. Так вот, получается, чего он ждал и не мог дождаться. Что же, так даже лучше.

— Желаю, господин, — как можно вежливее и спокойнее ответила она. Вроде как ей интересно, но не настолько, чтобы вымаливать информацию.

— Да? — Мейнгрим почесал подбородок. — А по тебе и не скажешь. Но, если уж говорить об этом, то я благодарен тебе. Мне было полезно поговорить с другом. Ты была права, у него в памяти всё куда сложнее намешано, чем у меня, например. На вопрос, как он женился на Розе, Скарбошек сначала пытался поймать меня на том, что я и сам был на свадьбе, а потом заявил, что летал на Седом к её родственникам. Это ересь!

— Вообще-то нет, он действительно прилетал на Седом к нам в село. Только с Янкой, — тихо произнесла Радка. Странно, она давно свыклась с потерей подруги, отчего же сейчас так больно?

— В села к семьям найденных так и летают, — отмахнулся Мейнгрим. Если он и заметил её состояние, то предпочел никак не реагировать на него. — Но к цветочным? Да еще на нашем Седом? Нет.

— Это почему? — спросила Радка, отгоняя грустные мысли об Янке.

— Потому что Седой участвовал в последней битве цветочной войны, — сухо ответил Мейнгрим. — Мой дед нашел его раненым и обезумевшим на поле боя и едва сумел ухватить за цепь и оттащить поглубже в лес.

Радка слушала почти не дыша. История, о которой она то ли от скуки, то ли от упрямства читала, оживала прямо на глазах. Для неё война была чем-то далеким и непонятным, а для Мейнгрима настолько близкой, словно он сам был там. А их дракон — он видел войну и, может, даже помнил её.

— Моя прабабушка… со стороны матери, она была из багряных, — продолжил Мейнгрим, поясняя для Радки то, что она уже и без того знала от Ирены. Но на всякий случай кивнула, мол, поняла. — Оказалась рядом вовремя, помогла промыть раны дракона и усыпить, пока он не окрепнет. А потом его мучила такая жажда, что они выпоили ему несколько ведер из ближайшего колодца. И он остался в нашей семье.

— Сами они из колодца не пили? — рассеянно спросила Радка, пытаясь сообразить, где проходила эта последняя битва. Ведь всем известно, что колодцы находятся рядом с селами, или села рядом с колодцами… Да только Рада никогда не слышала, чтобы война проходила где-то рядом с ними, простыми людьми.

— Понятия не имею, — Мейнгрим выглядел раздосадованным. — Какая разница?

— На самом деле, разница есть, — Радка вздохнула.

Ругаться с мужем не хотелось, но что делать, если он тыкал её носом в любую ошибку, если речь шла о жизни магиков, и не терпел упоминаний о том, что он сам чего-то не знает?

— Я не знаю колодцев с обычной водой, мы всегда набирали для дома в родниках. А вот в колодцах вода горькая. И яблоки, брошенные туда, тоже.

— Не думаю, что это хоть как-то связано с моей историей, — отрезал Мейнгрим. — Я и без того повелся на твои просьбы и согласился начать учить Годжимежа. Надеюсь, если я и пожалею об этом, то не слишком сильно.

— Благодарю, — Радка поднялась из-за стола, полагая, что на этом разговор закончен. А её еще ждала книга. Только сейчас она заметила, что во время разговора в клочья разорвала салфетку, и пышный ворох этих клочков словно горсть птичьего пуха высилась на тарелке. А Мейнгрим ни слова не сказал на это безобразие.

— Я сегодня буду работать допоздна, — уже в спину ей произнес супруг. Радка кивнула, не оборачиваясь. Надо же, до чего она довела боевого магика, что ему приходилось оправдываться, почему он не ждет её в спальне! Ну и ничего, на её стороне терпение и время. Он соскучится по жарким ночам и её вниманию, и она будет готова вернуться.

А пока у неё и впрямь есть свои дела.

Своему чутью Радка привыкла доверять, и сейчас чутье просто во весь голос орало, что она на верном пути. И пусть она понятия не имела, куда заведет этот путь, отступать было уже поздно. Она привлекла внимание цветочных.

«Даже если Роза не при чем, как и другие чужеземцы, почему-то живущие в нашем городе, тот, кто всё это начал, тоже уже заметил меня», — размышляла Радка, напрочь забыв о том, что и она тоже в городе чужая. Впрочем, ненадолго. Вскоре она сообразила, что, раз у цветочных совсем другая магия, то для проживания в городе им нужно учиться у кого-то или покупать артефакты. По крайней мере, так казалось на первый взгляд.

Так и не разобравшись в этом в одиночку, Радка решилась на прогулку до общежития найденных. Она давно не видела Патрысю с Венеком, да и пироги детям отнести было бы неплохо.

И если она просто ненароком спросит о цветочном королевстве во время общения с ними, это не будет значить ровным счетом ничего.

По крайней мере, только на это и оставалось надеяться. Подставлять своих немногочисленных приятелей Радке совсем не хотелось.

Она прекрасно распланировала свой визит, только пошло всё совсем не так. Словно проклял её кто-то, и все её планы подвергались мелким, но неприятным изменениям. Вот и сейчас в общежитии её встретила одна Патрыся.

Конечно, многие дети были на занятиях с мастерами, но Венек уже должен был вернуться, он всегда в это время был дома.

Глава 37

— Венек совсем зазнался, и больше со мной не общается, — резко ответила Патрыся на осторожный вопрос.

Это было понятно Радке, она и сама так поступила со своей семьей, да только у Венека на это не было ровным счетом никаких причин, и это вызывало закономерные вопросы.

— И что же произошло? — удивленно спросила Радка, игнорируя некрасивую гримасу Патрыси. — Вы были такой красивой парой…

Она прикусила язык, вспомнив, как поглядывал Венек на Оршулу, и что сама об этом говорила Патрыся. Но тогда это, казалось, совсем не волновало девушку. Другое дело сейчас.

— Мы никогда не были парой! — немедленно ощетинилась она. Радка небезуспешно скрыла улыбку. У них всего несколько лет разницы, но опыт Рады стоил дюжины зим. Как она сразу попала в больное место! Теперь оставалось лишь выждать, и все ответы должны были появиться сами собой.

И впрямь, молчала Патрыся недолго.

— Венек нравился Оршуле, — начала она и пожала плечами, всем видом показывая, что не понимает этого. — И она ему, насколько мне известно.

Радка прищурилась. Ох, Патрыся темнила! Чтобы не знать, кто нравится лучшей подруге? Да такого не бывало. Другое дело, если и сама Патрыся была неравнодушна к добродушному соседу, но тут уже ничего не попишешь. Сердцу не прикажешь. Это кланы могут женить без любви, магикам попроще всё еще доступен выбор.

— Но тут за Оршулой начал ухаживать Барвинок, — продолжала Патрыся, не сразу замечая, как при этих словах вытянулось лицо Радки. Что еще за Барвинок? Откуда он взялся?

Видимо, Патрыся правильно поняла её выражение лица, потому как заторопилась объяснить:

— Он из цветочных, совсем недавно поселился в нашем городе. Его покровительница Роза, супруга багряного принца.

«Слишком много Розы, — немедленно подумала Радка. — Куда не сунься, отовсюду благоухает этой магессой. Не к добру это».