"Фантастика 2025-66". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Заугольная Оксана - Страница 89

— Мне давно было интересно, почему мальчик не несет ни капли моей магии, — поспешно начал Манфред, разворачивая свой свиток. — Он может стать неплохим воином, возможно, овладеть стихиями как дядя или мать, но разве мне нужно было это? Я даже делал проверку крови, но он и впрямь мой сын. Пришлось копнуть глубже.

И он протянул свиток Радке. Та нехотя приняла его и уставилась на множество зеленых, синих и серых треугольников. Часть были направлены основаниями вниз, часть вверх. Между ними весь свиток был просто напичкан цифрами, а среди треугольников Радка отметила несколько фиолетовых, лазурных, один пурпурный и даже белый.

— Что это? — вырвалось у неё.

— Но это же стандартное написа… — начал Манфред, но Радка, сообразившая, что сыпется, резко прервала его.

— Я сам вижу, что стандартное. Мне интересно услышать, что ты подразумеваешь. Или это зал писулек и записок?

— Конечно, ваше величество, — торопливо пробормотал Манфред. — Мне понадобилось немало сил и денег, но я сумел составить этот список всех встреч Евы, когда она была не со мной. С момента её первого боя, как принято у синих. Как видите, тут она встречается с братом. Они довольно часто видятся. Неприятно близки, что небезопасно, если вы рассчитываете отдалить Мейнгрима.

— Хватит догадок о том, что я рассчитываю, — снова прервала его Радка, сжимая кулаки. Ламберта ждет неприятный разговор. Отдалить Грима? Разве не он сам отдаляется от неё?

— Тут она встречалась с мачехой, — заторопился Манфред. — Здесь с пурпурной феей, своей подругой. Заметьте, после встречи с Радославой она снова встречается с Ульфилой, просто чудо, что Радослава осталась жива!

Радка следила за пальцем Манфреда и видела то, о чем он рассказывал. Перевернутые треугольники — мужчины, стоящие на двух основаниях — женщины. Цвета и цифры внутри — знаки родов и нумерация внутри них. Сложно только для чужаков. А так синяя двойка — Ева, а единица — Грим. Наверное, где-то есть и женская единица, но с ней Ева не встречалась. А вот белый треугольничек и еще один, золотисто-белый. Она и её сын. И почти сразу — пурпурный.

Радку затрясло. Она запоздало поняла, что смерть и впрямь проходила рядом. Палачи короля, искусные убийцы — вот кем были пурпурные.

— Но я хотел показать даже не это, — голос Манфред вырвал её из мыслей. — Берхт! Вы видите, ваше величество, как часто рядом с моей супругой оказывается Берхт?

Радка присмотрелась. Она уже забыла, что находится на чужом месте и должна опасаться разоблачения. Ей было любопытно.

В знаках и цифрах она разобралась довольно быстро и даже удивилась, что никогда раньше не встречала таких свитков. Это же очень удобно!

— Но с Берхтом она встречалась до вашей свадьбы, — наконец поняла, что царапает во всей этой картине Радка. — А после это общение сошло на нет.

— Вот именно! — с нажимом произнес Манфред. Видя, что король не понимает, он пояснил:

— Если бы она мне изменяла… Это было бы неприятно, конечно, но я и сам не без греха. Я же встречался с Радославой. Но если у неё что-то было с Берхтом до…

— Я понял, — прервала его Радка. Она едва не засыпалась и не сказала «я поняла», но чудом убереглась от этого.

Она и правда поняла. Если Манфред не был для Евы первым… Она могла не передать сыну его магических сил. И тогда Фабусь и впрямь становился единственным законным наследником. Пусть не богатств родовитого золоченного болвана, но его магии. Крови.

— Однако Фабиуш мой наследник и только мой, — если уж начала, то надо продолжать, и Радка поспешила обезопасить сына от загребущих рук его отца. — Мы снова возвращаемся к тому, что твое отцовство лишь слухи.

Манфред поклонился.

— Если вы передумаете отдавать за меня Радославу, я пойму. Но мне всё равно придется решить этот вопрос. Я придумаю как.

Пуф с Манфредом начал отъезжать и Радка крикнула ему вдогонку.

— Я не уверен, хочет ли она разводиться с синим!

— О нет, вы совершенно уверены, иначе давно пустили бы Грима к ней, — усмехнулся Манфред.

И снова последнее слово осталось за ним.

Радка поспешила подняться с трона раньше, чем хоть кто-то еще успеет подплыть со своими слухами. Она услышала даже слишком много. И уши еще гудели от того, что передавал сам трон, и Манфред со своими претензиями…

Она не успела подумать, как ей теперь осторожно выбраться из зала и не столкнуться с Манфредом, как услышала негромкое покашливание. Еще не оглянувшись, Радка знала, кого увидит за троном.

— Я думал, не дождусь, когда он наконец перестанет жаловаться, — заметил Ламберт, а потом ударил ладонью о ладонь. Раз, два. Сухие хлопки были вроде как награды, и Радка удивленно распахнула глаза. Он не сердится? Король же понял её удивление по-своему.

— Ты не понимаешь, почему твой амулет не действует? Дело в том, что я точно знал, кто занял трон. В таких случаях иллюзия не работает.

Он помолчал и нехотя добавил:

— А я даже не знал, что ты купила такую дорогую игрушку. Странно, потому как мне казалось, что я знаю о тебе всё. Люди не слишком скрываются от драконов.

— Должна же женщина иметь какую-то тайну, — как можно беззаботнее ответила Радка, кляня себя. Ну почему она не подумала, что, если она на троне слышит и чувствует, где и что происходит во дворце, то и Ламберт тоже? Он ведь тоже сидел на троне.

— У тебя их многовато, Рада, — ответил король уже заметно холоднее. — Ладно еще, что большинство не от меня, но меня весьма удивило то, как ты легко разговорила Манфреда, да еще и не попалась при этом. Странные умения для простушки из села.

— Эта простушка довольно долго прикидывалась магессой из цветочных, не имея даже толику того, что есть сейчас, — огрызнулась Радка и звякнула магическим браслетом.

Больше всего она боялась, что Ламберт узнает про её амулеты под юбкой. Теперь она знала, что он может слышать её почти постоянно, достаточно лишь сосредоточиться на ней, а не на ком-то другом. И не спать.

Интересно, а магик времени хоть когда-то спит? Ах, да, он упоминал, что только так к нему смогли подобраться враги…

— Да, да, прости, — повинился король. Он встал рядом с троном, не торопясь садиться. Вот и Радке пришлось стоять рядом. — Ты не такая уж простушка.

— Вот именно, — с нажимом ответила Радка и перешла в наступление. — Что за история с моим мужем? Мейнгрим хотел меня видеть?

— Разумеется, он хотел тебя видеть, — почти прозрачные глаза Ламберта совсем заледенели. — Еще немного, и он попытается взять дворец штурмом. Сейчас вот его еле выдворили из дворца, и то лишь убедив, что в таком виде являться к королевским особам не принято. Со штурмом он не преуспеет, конечно, но всё равно очень некстати. Вояки самые неудобные из подданных. Но на войне им нет равных.

— У меня неудобный муж? — уточнила Радка тихо. Если до этого она сама не хотела видеть предавшего её Мейнгрима, то теперь она поняла абсолютно точно одно — она не хочет его бросать. Она его… любит? Тьфу, пропасть. Что за глупые мысли лезут ей в голову?

— Неудобный, — не видя перемены её настроения, подхватил Ламберт. — И не только для тебя, но и для меня. Ты можешь остаться одна, я не обещал ничего Манфреду, как ты могла подумать. Конечно, он избавится от Евы, если история про Берхта правда. Но ему сгодится и какая-нибудь юная магесса из рода попроще. Если, конечно, ты не хочешь отомстить.

И он снова уставился своими холодными прозрачными глазами на Раду, словно пытаясь заглянуть ей в голову.

Отомстить Еве?

Радка задумалась. Разумеется, она терпеть не могла сестру мужа, но разве она не мстила ей за каждое унижение своими маленькими фокусами вроде тех, что на свадьбе? И потом, она сейчас была принцесса, замужем и в перспективе еще не раз замужем. У неё прекрасный и сильный магически сын, ей не хватает только магии и верности. Но, похоже, как минимум со вторым у Евы тоже проблемы. Ей верен только брат, и это могло скорее выйти боком, чем помочь.

Нет, пожалуй, Радка не хотела ей мстить. Другое дело, Розе. И даже не за себя, а за Янку.