"Фантастика 2025-66". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Заугольная Оксана - Страница 987

— Ты же Андрей, внук Алексея Михайловича? — спросил оборотень.

— Что надо?

— Ничего… Просто хотел посмотреть на твою наглую рожу. Дед в больнице, а ты хрен знает, где пропадаешь! Первым вызовем на допрос, я тебе обеща…

— Стой-стой-стой. Как в больнице? Из-за чего? — опешил я.

— О-о, а ты, поди, и не знаешь, да? — съезвили в ответ.

— Ты ответишь или нет!?

— А ты не много ли на себя берёшь, шкет?? Ну-ка собирайся давай! Поедем в отделение, там всё и узнаем, — запела старая баранка…

— На хер не пойдёшь?

— Что ты сказал??

— Что слышал, — бросил напоследок, перепрыгнув через забор, словно это тротуарный бордюр.

Не слушая бросаемых в спину угроз, пошёл к соседям. Вызовет на допрос? Закроет в обезьяннике за неподобающее поведение? За неповиновению уполномоченному? А ху-ху не хо-хо? В жопу его угрозы, сейчас бы просто понять, что за чертовщина здесь происходит…

— О-о, явился! Что ж ты за внук такой…

И эти туда же… Впрочем, хотя бы снизошли до объяснений и то ладно. Как я понял, из всего произнесённого коктейля беспочвенных обвинений, брюзжащих эмоций и толики фактов на деда совершили нападение. Кто это был, до сих пор не узнали, он уже 10 дней, как в больнице. Насколько я понял, без сознания, в себя не приходил и дела очень плохи.

Оправдываться, как и слушать упрёки в свою сторону не стал, лишь «поблагодарил», что мне никто так и не удосужился позвонить, устремившись в больницу. Простоял в очереди, выслушал очередную дозу «неудовольствия» от местных докторов и наконец-то попал в палату.

Пи*дец какой-то… да как так то??

На единственного живого родственника было больно смотреть, на лице нет живого места. Весь в ссадинах, синяках и кровоподтёках. За что его так? Кто? Зачем? Почему??? На вопросы не было ответа. Проводившая до палаты медсестра сказала практически то же, что и соседи, напоследок добавив, что дела не просто плохи. Дед в коме, состояние с каждым днём всё хуже, время идёт на часы. Местная медицина помочь не в силах…

Соображал в тот момент туманно, перед глазами повисла пелена. Наплевал на конспирацию, на то, что в палате не один, да и вообще на всё сразу. Сунул руку в пространственный мешок, достал флакон со средним зельем лечения, купленное на аукционе ранее, и побрёл к деду. Меня же эта штука на ноги поставила? И что, что дед не искатель, разве физиология у нас от этого поменялась?

— Стой!

Проигнорировал предупреждающий крик медсестры, раздавшийся со спины, открыл флакон. Это должно сработать… должно… должно…

— ИДИОТ!

Не успел я понять, что произошло, как флакон разбился о стену. Призрачные женские руки, пробившие меня насквозь, вернулись обратно. Медсестра, секундой ранее стоявшая в стороне, резко отпрыгнула в сторону.

— ТЫ! Ты что наделала!?? — активировал я навык, готовясь к любому повороту. Имелось ещё одно зелье, вот только… сначала эта дура…

— А ты? Деда захотел угробить?? Совсем с ума сошёл? Зелье использует внутренние ресурсы организма для регенерации, ему оно сейчас не поможет!

— Да что ты такое несёшь…

— Я, по-твоему, шучу? Зачем мне это?

— Кто ж тебя знает…

— Я серьёзно! Дашь ему его и он умрёт в мучениях. Это помогло бы раньше, но никак не сейчас, когда он пролежал больше недели под капельницей.

— И что тогда делать? Просто смотреть, как он умирает? — вспылил, достав второе зелье.

— Я тебя предупредила. Если не веришь — пожалуйста! Делай что хочешь, только не при мне, — напоследок сказала она, оставив наедине с дедом и букетом сомнений.

Помогла, так помогла, чтоб её…

Неуверенность — бич для любой мало-мальски рабочей деятельности. Однако в моём случае вечные метания в стиле «давать зелье-не давать» помогли определиться с выбором. Сколько бы я не предполагал, насколько коварна могла быть попавшаяся под руку искатель-медсестра, никакого мотива в пользу нанесения вреда не видел. Незачем ей было говорить откровенную неправду тому, кого сама первый раз увидела и всё тут.

По итогу зелье вернулось обратно в сумку, а я, так и не отошедший от шока, пошёл искать помощь. Раз своими силам сделать ничего нельзя, зря метаться противопоказано. Особенно, когда толком не соображаешь, что ещё поможет. Обеспечить лучшие условия для выздоровления и лучших врачей — да. Остальное, с*ка, увы, не в моей власти.

Всунутая десятка пятитысячных купюр помогла главврачу оторваться от «важных дел» и проведать моего старика. Перевоз в другую палату, а тем более в другую больницу остался противопоказан, зато появилась уверенность, что сделанного хватит для обеспечения самого-самого из возможных. И пускай всё в большей степени зависело от организма деда, чем от снующих туда-сюда докторов, доступная забота о родне отлегла на какое-то время.

Сидеть без дела, повторяя движения наскипидаренных пинком главврача медперсонала, я был не в силах, ломать преграды невозможного рытьём прошлого тоже. Выбор дальнейших действий пал на поиски виновного. Так себе работёнка, ничего конкретного она не принесёт, здоровье обратно не вернуть, но и оставить всё как есть не представлялось возможным.

Очередная головоломка? А, по-моему, всё очевидно. Такие скоты не имеют права на жизнь, как бы гуманно и приземлённо не звучала правда их адвоката. Любая жизнь ценна и решить вопрос нужно иначе? Ага… как же…

Найти сбежавшую искательницу с ходу не удалось, лишь узнать её имя на будущее. Другая медсестра, которая была в момент привоза деда помогла не только с этим, поделившись ещё и информацией о искавших меня полицаях. Звонить тем не хотелось от слова совсем, вот только никак иначе узнать хоть какие-то детали о произошедшем посреди больницы не приходилось.

Понял, что совершил ошибку, когда после разговора с диспетчером меня перенаправили на работающего по этому делу мента, коим оказался прибывший к моему дому оборотень. Там же бросил трубку, не желая пополнять список подписавших приговор ещё и этим кренделем.

Повторный опрос соседей, да и просто прохожих помог найти зацепку, выведшую меня на местного алкаша по имени Петя. К счастью деревня не ПГТ, даже я знал здесь каждого третьего. Нашёл избушку фунфырика, раскидал товарищей по бутылке, стремящихся защитить честь и достоинство взятого под шкирку алконавта и там уже устроил очную ставку. По крайней мере, попытался.

Алкаш — это помесь так себе сухопутных, не в силах мыслить без дозаправки специфическим углеводным топливом. Пришлось шагать в ближайший ларёк и шпиговать Петеньку парой бутылок столичных, зато запел голубчик с эйдетической точностью. Когда это произошло, где, кто участвовал и всё прочее, на что ещё был способен интеллект подвыпившего наблюдателя.

В его басни о том, как он браво бросился на амбразуру, спасая деда от налёта трёх боровичков, я, понятное дело, не верил. Скорее мыслил от обратного, когда он убегал в противоположную сторону, выиграв билет стать случайным очевидцем места преступления.

По всему выходило, что деда поджидали за углом единственного на всю округу алкомаркета, куда старик частенько заходил для покупки минералки. Налетели со спины, огрели то ли трубой, то ли битой, а дальше устроили животные пляски, добивая не отбивающегося.

Наверняка на моём лице всё сразу было написано, иначе не ясно, с чего вдруг алкаш Петя решил закругляться с «геройским» рассказом. Описал приметы нападавших, сделав акцент на рыживизне одного из них, а дальше ни в какую. Получить по хлебалу от меня для него выглядело уместней, чем от «серьёзных, недавно откинувшихся людей», не помогла ещё одна бутылка водки.

Впрочем, информации было более чем достаточно, рыжих в деревне не так много, особенно когда речь идёт об одном конкретном. Позволил Пете коптить небо перегаром и дальше, сам отправившись к подруге. Уж кто-кто, а Вика весь расклад должна знать основательно, собрав цепочку воедино.

Глава 27. Месть

К превеликому счастью девушка оказалась дома, наводила уборку после недельного отсутствия. Про произошедшее с дедом узнала только от меня, там же начав излияния, будто сама во всем виновата. Успокоил, ободрил и вытянул все, что известно о неком Базанове Серёже, в деревенском простонародье именуемым Рыжий. Сопли пожуем позже.