На грани развода. Любовь против истинной пары (СИ) - Шторм Елена - Страница 25

За последние месяцы я обнаружила ужасную правду. Врать Алистеру - очень и очень легко.

И я продолжаю задавать вопросы, которые ему явно нравятся. Тут он, словно прочитав мои мысли, отрывает взгляд от еды.

- Кстати, что с твоими делами?

В горле пересыхает. Я всё же была неправа?

- Что именно тебе рассказать?

- Сколько ещё будут длиться эти уроки? Я хочу, чтобы ты завершила сделки с Эндером и Моретом в этом месяце, они нужны поместью. Ты же сможешь?

В груди что-то дёргается и обжигает. Рука невольно сжимает бокал, и я делаю большой глоток воды.

- Да, смогу.

- Хорошо.

Ужин не приносит ничего нового в мою жизнь. После мы едем домой как обычно, и запахи липы и сладкой арции из окна кареты - единственное, что пытается поднять мне настроение.

Выбравшись наружу, Алистер разминает плечи.

- Сегодня отличный день.

- Спасибо за ужин.

Он становится рядом со мной. Его взгляд проходится по волосам, которые я уложила на плечо во время поездки. В глазах горит знакомое пламя.

И я вдруг понимаю, что он сейчас предложит мне пойти в спальню. Между нами уже долго ничего не было - сначала мешали мои женские дни, потом было слишком много волнений вокруг.

Но почему-то эта мысль не воодушевляет меня как обычно. Наоборот! Снова мелькают мысли в голове, я снова смотрю на нить в его груди. Внутри всё сжимается, стоит представить, что он сейчас, прямо с этой нитью начнёт раздевать меня.

- Алистер. Скажи, Алёна участвует в новых экспериментах?

Его лицо меняется.

- Почему ты спросила?

- Потому что это очевидно. И ты знал, что я хочу знать, но всё равно промолчал. Скажи, ты что-то чувствуешь к ней?

Я произношу всё это даже подчёркнуто резко. Выплёскивая то, что пыталась сдержать уже пару часов - или дней.

На несколько секунд лицо Алистера застывает. На его глаза наползает туча, грудь начинает вздыматься чаще, зубы обнажаются.

- Свет, - бросает он раздражённо. - Да, она участвует. И что? Грейс, не пора бы тебе уже привыкнуть к тому, что Алёна здесь и никуда так просто не денется? Не пора бы уже перестать, тхар побери, изводить нас всех ревностью?

Я моргаю. “Никуда не денется”? Это новая риторика.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Часть меня почти сожалеет. Хочет отмотать время назад, расслабиться хоть на полчаса после многих дней сомнений и переживаний. Но другой части становится легче - действительно легче! - пусть и ненадолго.

- Мама! Папа! - Голос Николаса прерывает все мысли.

Он выбегает к нам от порога - видимо, потому что увидел нас в окно и решил, что так долго стоять в саду и не идти к нему со стороны родителей просто возмутительно.

Я не удерживаюсь. Переключаю внимание на него, подхватываю сына на руки и даже смеюсь, прижимая свой нос к его маленькому носу.

Ник. Мой свет, мой яркий луч, который единственный до сих пор не даёт сбиться с пути.

Я должна сделать всё, чтобы он был счастлив.

- Привет, Николас, - бросает Алистер. - Грейс, я пойду наверх.

И с этими словами он заходит в дом.

Сын почти не показывает расстройства, но слегка надувает губы.

А я понимаю, что опять зла на Алистера, который зол на меня.

Мы всё делаем неправильно. Кажется, оба. Или только я одна?

Ведь Алистер вовсе не выглядит несчастным в эти последние пару месяцев!

И я вдруг понимаю: да не могу я больше так! Ходить кругами. Заглядывать мужу в рот. Пытаться что-то выяснить по крохам информации и эфемерным нитям. Я ведь могу узнать правду об их отношениях с девчонкой - или хотя бы об отношении девчонки к Алистеру! Фрей может поговорить с ней откровенно. А может и проследить…

И я должна это сделать. В первую очередь ради себя и ради Ника! Сколько можно жить в темноте и действовать вслепую? Если эта нить что-то значит, если между ними правда что-то есть - я должна уже выяснить.

А потом… что будет потом, я подумаю после.

***

В этот раз мы с Фреем встречаемся не в ресторане. Я приглашаю его “случайно столкнуться” в парке академии, раз уж в прошлый раз в библиотеке никому не было до нас дела.

- Слушай, я не то чтобы хотел вчера наговорить тебе гадостей, - начинает он мрачно.

- На самом деле, я тоже. Но у нас нет времени на обиды.

И я рассказываю про нить. Про то, что увидела вокруг Алистера. Брови Фрея взлетают вверх.

- А остальных людей ты видишь?

- Пока нет, - качаю головой. - Придётся концентрироваться на каждом человеке отдельно, по паре дней. По крайней мере, пока я не освоилась с этой магией.

И хоть мне было бы интересно взглянуть на нити иномирянки, например, не думаю, что это та определённость, которую я сейчас ищу.

Прищуриваюсь и добавляю немного обвинительно:

- Прошёл уже месяц, а в соблазнении ты успехов не добился. Помоги мне узнать, что происходит между Алистером и девчонкой на самом деле.

- Как?

- Надо придумать. Подслушать их, подсмотреть за ними. Или вызвать её на откровенность - нам нужно что-то весомое.

Я жду, что парень начнёт отказываться. Это будет совершенно справедливо: наш уговор был о другом, о соблазнении им девчонки, а не о шпионских выходках, где, возможно, придётся пробираться в чужие дома! Я гадаю, что ещё придётся предложить ему взамен.

Но Фрей Лотер смотрит на меня пристально, а потом говорит:

- Хорошо.

- И ты не попросишь новой платы?

- Я и с прошлой-то услугой не придумал, что делать. - По его лицу скользит тень. - Давай просто разберёмся, а вымогательством я займусь в следующий раз.

***

На следующий день мы находим пустой кабинет в корпусе тёмной магии, от которого у меня (снова чисто “случайно”) есть ключ. Там долгое время стоим друг напротив друга, но рядом, обсуждая детали.

- Ты правда готов? - уточняю я с сомнением.

- Мне кажется, спрашивать должен я. Это ты утверждала, что во всём бережёшь себя для мужа.

- Знаю. - Голос звенит. От сложных чувств к Алистеру, накопленных за последнее время. От досады - потому что я помню, какой дурой почувствовала себя во Тьме, когда отказалась установить связь с Фреем. И от смущения из-за того, что я всё-таки собираюсь сделать это.

Связать себя магией с посторонним мужчиной.

Или не посторонним. Украдкой бросаю взгляд на парня - на его уверенную позу, прямые плечи, рельефные руки. От этого ведь только хуже, правда?

- Ладно, - выдыхаю. - Я закрою глаза, я ничего не буду видеть, сосредоточусь на чувствах. Так что постарайся вести.

- Всегда хотел потанцевать с тобой.

- Если ничего не выйдет, это потому один из нас приравнял сложную магию к заурядным развлечениям.

Фрей фыркает, я слабо улыбаюсь - и делаю как сказала.

В темноте, которая меня окутывает, практически ничего нет. Только запах дерева и побелки. Тихий щебет птиц за окном. Лёгкий-лёгкий ветер, который трогает волосы у лба. А потом появляется прикосновение. Фрей находит мою руку, берёт её своей - и я невыразимо чётко ощущаю, как он сплетает наши пальцы.

Чувствую жар его ладони. Уверенное прикосновение. Слегка шершавую кожу.

Вместе с прикосновением приходит магия.

Сначала её крохи: несколько уколов, безобидных и щекотных, бегут по моей ладони вверх. Потом их становится больше. Кожа нагревается, соприкасаясь с кожей Фрея, посылает по телу мурашки.

А потом появляется поток.

- Я тебя чувствую, - говорит парень, и его голос звучит слишком чарующе.

- Да. Хорошо.

Он очень медленно, не желая разорвать связь, поднимает наши руки вверх. Подаётся назад, и я слышу звук шага, а затем ещё одного. Наши пальцы скользят друг по другу. Скоро мы соприкасаемся лишь кончиками, сквозь которые струится сила. В этом положении замираем ещё на время, и, наконец, Фрей будто бы с сожалением меня отпускает.

Поток тепла, поток магии не истончается. Продолжает струиться из меня, даже когда парень отходит дальше и дальше. Я знаю, где он… А потом в мире появляются предметы и формы.