Цикл романов "Целитель". Компиляция. Книги 1-17 (СИ) - Большаков Валерий Петрович - Страница 392

- Оставьте нас.

Голос индейца прозвучал негромко, безо всякого нажима, однако оба моих стража поспешно удалились – бритоголовый укатился пыхтящим колобком, а выпивоха ссыпался по лестнице, и шмыгнул в боковую дверь.

- Расставим все точки над «Ё», как у вас говорят, - скупо улыбнулся целитель с Гуапоре. – Признаюсь, сгоряча я хотел покинуть Рокфеллера, когда понял, что меня используют. Но передумал. Уйти – и ничего не знать, что творится и затевается? Так будет только хуже для нас. И я решил последовать твоему совету. Изобразил сомнения, и как бы через силу признал, что ты все-таки выжил. В общем, вернул доверие «Большого белого босса». И Рокфеллер заслал меня к Баруху…

- Обойдемся без интимных подробностей, - резко ответил я. – Причем тут это, вообще?

- А притом! - с холодной настойчивостью продолжил краснокожий. - Эмоции в тебе так и бушуют. Я выпутал из них самое тошное воспоминание… Убийство твоего отца. Всё произошло в шаге от тебя – и ты не заметил ничего странного?

- Странного? – тупо повторил я, приседая на подоконник.

Аидже стоял в паре шагов от меня, одетый весьма незамысловато – в широкие и короткие штаны, изгвазданные в машинном масле. Но несло от него конюшней.

- Скажи, зачем убийце надо было подъезжать с правой стороны, между забором и твоей машиной? – целитель сложил руки на мускулистой груди, и чуть склонился, заглядывая мне в лицо. - Ведь он точно знал, видел прекрасно, что ты за рулем, а справа от тебя – отец! Даже начинающий киллер остановился бы слева! Тепло, все окна в машине открыты, ни единой помехи… Выстрел – и ты убит! А ведь Джонни Кид – опытнейший профессионал… Вторая странность. Ты целое мгновение наблюдал за дулом пистолета!

- Да, тот целился… - промямлил я, как будто ощущая край ледяного обрыва. Смятение во мне поднималось метелью, морозя и полня тоской.

- «Крошка Джон» никогда не целится, - раздельно выговорил Аидже. – Он стреляет навскидку, мгновенно! Дошло до тебя? Киллеру заплатили десять миллионов долларов, но вовсе не за то, чтобы убить предиктора. Его мишенью был твой отец!

- Чтобы заманить сына-придурка сюда… - дошло до меня. Легло на плечи тяжким грузом. Придавило, лишая дыхания.

Я застонал, жмурясь и пару раз приложился затылком о крепкую раму.

- Ты понял, - хладнокровно кивнул индеец. – Президента подставили, сделали приманкой. Джонни Кида нанял Бернард Барух-младший. Он же разослал по всему миру тысячи искателей, завербовавших «двенадцать апостолов» - явных и скрытых паранормов... э-э... метагомов. Их обычная работа – оберегать Баруха от таких, как мы. А вчера они устроили облаву – на тебя. Это ранчо – одно из многих имений Баруха, и скоро он пожалует сюда лично. Ты ему нужен. А что нужно нам… Будем думать! – помолчав, он вздохнул. – Пойми, выбор у меня был прост – либо перебить всех «апостолов» по очереди, что нереально, либо возглавить. И я стал тринадцатым. Да если бы даже мне и удалось победить «апостолов», что толку?

- Барух придумает новую пакость… - слетело с моих губ.

- Всё понял? – глянул Аидже исподлобья.

Я молча протянул ему руку, и сухие пальцы краснокожего крепко пожали ее.

Понедельник, 24 апреля. Утро

Афганистан, Кабул

Пронзительный, гортанный крик муэдзина резко оборвался, словно его прирезали, наконец. Собрал правоверных на молитву, и успокоился…

Поправив темные очки, Вилиор Осадчий вздохнул. Который год одно и то же, одно и то же… Нет, в прошлом году всё тут немного всколыхнулось, стоило Дауду побывать в Москве. С официальным визитом.

Понаехало геологов, строителей, инженеров, военных советников… Бурят недра, строят ГЭС, тянут нефтепровод, муштруют солдатню…

А резиденту КГБ только и дел, что протирать монитор от мельчайшей афганской пыли, которая, как вода, лазейку найдет.

Внезапно «Коминтерн-2» задушено пискнул, и мигнула иконка с конвертиком. Встрепенувшись, Осадчий повел мышкой. Клик. Клик-клик… Экран высветился, открывая письмо.

«Шифром КГБ

Кабул

Резиденту КГБ

Немедленно поставьте в известность президента Мухаммеда Дауда о готовящемся покушении и государственном перевороте. Лицами, готовящим «революцию», являются лидеры НДПА Нур Мухаммед Тараки, Бабрак Кармаль, доктор Шах Вали, Дастагир Панджшири, Абдул Хаким Шарайи, Хафизулла Амин, а также военные-мятежники Аслам Ватанджар, Назар Мухаммад, Ахмед Джан, Абдул Кадыр Дагарваль и др.

Предложите сардару Дауд-Хану помощь наших военных советников и бойцов ВДВ с баз в Кандагаре и Герате. Убедите сардара, что офицеры и солдаты Советской Армии не станут преследовать иных целей, кроме исполнения интернационального долга…»

Наскоро дочитав послание, резидент не вскочил – он взлетел, опрокидывая стул.

- Сашка!

Морозов выглянул, дожевывая привет с родины – баранку.

- Што шлушилош?

- Переворот!

- Што?!

- Эти придурки… из «Халька» и «Парчама»… ч-чертов рукав… затеяли революцию!

Извиваясь так, будто к нему под рубашку залезла оса, Вилиор Гаврилович натянул пиджак. Бросившись к микроЭВМ, порывисто кликнул мышкой. Тут же ожил принтер – завизжала, задергалась, застрекотала каретка, покрывая белый лист черными строчками кириллицы.

- Ознакомишься – дуй к министру обороны Расули! А я – в Арг!

- Ешть!

Осадчий вдруг испытал небывалый прилив азарта и радости риска. То, к чему он готовился, чему мешал, все-таки произошло. А чекисты всегда начеку!

Глава 9

Понедельник, 24 апреля. День

Нью-Мексико, ранчо «Сэкл Джей»

Долина, в которой затерялось ранчо, спускалась к реке Пекос, протекавшей по местам засушливым и пустынным, но здесь, в горах, воды хватало. Травка зеленеет, солнышко блестит…

Я отшагал недалеко, по дуге вдоль ручья, и свернул за Органную скалу. Угрюмый растрескавшийся утес «занавесил» имение, отсекая ржавый скрип насоса и ржание лошадей.

Охрана не рванула за мной следом, дабы держать и не пущать. Зачем? Я удалялся вглубь долины, туда, где два хребта смыкаются, выдавливая из себя исток Вивер-Крика, плюгавенький водопадик – из крана больше набежит. Можно подняться к еловому лесу, и еще выше – к лугам, но гибельные осыпи и каменные обрывы вершин, надраенные ветрами, не одолеть. Даже если обвешаться альпинистскими причиндалами. Границы на замке.

Сощурившись, я осмотрелся. Огромное небо, тронутое белыми мазками облаков, голубело невинно и беспечно, не обращая внимания на людские выкрутасы. Мало ли кто там бегает по изменчивой тверди… Динозавры уже добегались, пришел черед млекопитающих – выродиться или самоистребиться. Да ладно, подумаешь… Остекленевшая корка кратеров зарастет со временем, а периоды полураспада – такая малость в сравнении с Вечностью…

Углядев плоский валун, я помешкал – не присесть ли? Разбитость тяжелила тело. Полночи проворочался, мысли точили мозг.

Вчера я временами чувствовал себя, как боксер, заработавший нокдаун – плыл и шатался в звенящем, отупляющем грогги. Ну, так еще бы… Рваться сюда, исхитряться по-всякому, накачивать себя ненавистью к «презику», а тебя вежливо мордой об стол – не в того целился!

Нет, понятно, что Форд – не агнец в белой хламидке. Он действительно готовился меня «ликвиднуть», потому как Америка превыше всего. Есть человек – есть проблема, нет человека – нет проблемы. Простой и ясный маневр госмужа.

Но за это не мстят.

Я усмехнулся, вспомнив вчерашнюю, смешную и детскую обиду на Аидже. Да, даже такая «приправка» булькала в моем "котелке"! Версии «краснокожего братана» я поверил сразу – паззл сложился идеально, все факты и фактики встали на свои места без зазоров и натягов.

Папу убили ради того, чтобы завлечь сыночка.