Цикл романов "Целитель". Компиляция. Книги 1-17 (СИ) - Большаков Валерий Петрович - Страница 681

— Олег, очнись! — я осторожненько пихнул его локтем. — Гарантию даю — эта амазонка влюблена в тебя, причём давно и сильно! И… как? Нравится?

— Ну-у… да, — промямлил Олег. — Как-то сразу… знаешь… приглянулась…

— Тогда слушай внимательно, понимай правильно и запоминай надолго, — эпично заговорил я, как древняя пифия, а по совместительству еще и сводница. — Её зовут Рута Шимшони. Она фёрст-лейтенант «Кидона», элитного спецназа. В общем, дамочка серьёзная. Такая цыпочка, если дашь повод ревновать, запросто тебе башку открутит, а из печёнки фуа-гра приготовит.

— А ты откуда… Ну, что она — Рута?

— В следующий раз, — медово улыбнулся я, — гляди не сквозь комбез, выверяя размер бюстгальтера, а поверх. У Руты над карманом — нашивка с именем!

— Так там же на иврите всё… ты что, тоже еврей?

— Ага! — насмешливо фыркнул я. — А еще итальянец с эллином в придачу — латинским и греческим алфавитами владею без словаря! Ты, давай, не тупи, а слушай сюда: скорей всего, судя по её перевоплощениям и оговоркам спецназа, она по гражданке — актриса, — мой голос исполнился театральной прочувствованности: — Олег, тебе еще не надоело по Голливуду таскаться, чтоб в эпизодах блистать? Хочешь заполучить главную роль, да не просто в фильме, а в мини-сериале, и вполне себе хитовом, вроде «Tomb Raider»? Если хочешь, то ты уж постарайся добиться расположения этой женщины. Поверь, оно того стоит.

В Видове заговорило актерское нутро.

— А что за сериал? Сценарий хоть чей?

— Олег, я и так сказал тебе больше, чем должен был, — мне удалось напустить туману. — Просто… trust me, o’key? Да, и вот ещё что… Захочешь сделать ей приятное — скажи… — я прошептал ему на ухо изысканный, но весьма нескромный еврейский комплимент. — Запомнил? А потом… — я раздельно проговорил интимную фразу на иврите. — Повтори, только тихо…

Олег старательно повторил. Глаза его заблестели весьма живо.

— Правильно, — покивал я, — только не перепутай ничего, а то она решит, что ты — гей.

Видов, кряхтя и морщась, осилил сидячее положение.

— Миш, знаешь… Я уже как бы и не против… — вытолкнул он, смущаясь. — А… А что она имела в виду, когда сказала… Помнишь? «Я играла тебя!» Что, реально? Как в театре кабуки, только наоборот?

— Отстал ты от жизни, Олежа! — расплылся я. — Просто, пока ты в Штатах ошивался, в Союзе по мотивам «Расхитительницы» смастерили сетевую компьютерную игру. Не убогую стрелялку, а такую, знаешь, приключенческую сагу — «Tomb Raider». Графика обалденная! Там есть и твоя виртуальная копия, и Литы Сегаль… Боярского, Харатьяна, Самохиной, Инны…

— Виртуальные копии? — силился понять Олег.

— Ну, это как бы цифровые модели, достоверно имитирующие внешность человека, — терпеливо растолковал я. — Со всеми анатомическими подробностями, до мелочей, причём в объёме и в движении. Сходство потрясающее! Прямо как наяву… Да увидишь еще! А игроки выбирают себе персонажей, скрываются под их «личиной» — и погружаются в виртуал. Побивают врагов, ищут сокровища… А Рута долго была как бы тобой, жила в игре за тебя, только что уменьшенного, ростом с огурец, и вдруг видит «Тимошкина» в реале — живого, хоть и не совсем здорового, зато в натуральную величину! Вон, бежит уже, вся сияет и лучится…

Памятуя о третьем лишнем, я мигом озаботился Очень Важными Делами, и удалился.

…Каюсь, насчёт сериала я Олегу соврал. Ну-у… Почти. Меня вдруг осенило, что Рута Шимшони — вылитая Джудит Менец из эшбаховского «Видео Иисуса», а Олег Видов, если ему надеть круглые хипстерские очечи, вполне совпадет с ролью Стивена Фокса. Правда, Андреасу Эшбаху еще года два дописывать роман, но я подожду…

До сих пор помню свое разочарование — и раздражение! — из «прошлой жизни», когда посредственный немецкий режиссёр снял по мотивам «Видео Иисуса» похабный двухсерийный фильм, полностью исказивший и суть, и самый дух книги. Alles kaputt.

Демонстрируя абсолютную занятость, я скрылся за боком «Кугуара», облупленным прямыми попаданиями, и оглянулся напоследок. Шимшони сидела на пятках у Олегова одра, и что-то оживленно внушала Видову, а тот внимал…

Ага… Рута склонилась, обвис шатенистый «хвост», Олег шепчет на ушко… Оба румяные и довольные…

Я крепко потер руки. Не, сериал точно снимут!

Конечно, «всё может быть, всё может статься, с женою может муж расстаться…» Однако, если товарищ Видов и покинет «гэвэрэт», то очень нескоро. Рута в их паре явно главенствует, и «Ти-мош-кина» не отпустит. Ни за что. Да она скорей прибьет суженого…

Меня так и подмывало хихикнуть, но я сдержался.

«Совет да любовь, Олежа!»

Суббота, 20 апреля. День

Кентукки, Камберленд

Устроить лагерь труда и отдыха в тылу противника — это круто, но и, мягко говоря, опасно.

«А шо делать?»

И Рафи, и Шмуэль шли на поправку, но обоим, прежде всего, требовался покой, особенно Шмуэлю. Тяжелое сотрясение мозга — это серьезная болячка. Хорошо, хоть с гематомой управился — «рассосалась» потихоньку…

Ходячим и пары суток хватило, чтобы стать бегучими и прыгучими, а за Видовым присматривала личная медсестричка — Рута откармливала Олега и берегла его сон.

Спецназ обходил палатку на цыпочках, завидя свирепое личико Шимшони. Do not disturb!

Ну, в первую-то ночь я и сам проспал до позднего утра. Намаялся. Меня, как «дохтура», освободили от дежурств. И на том спасибо.

А вот сегодня встал рано. Подутихшее беспокойство взялось грызть меня без перерыва. Нельзя так долго торчать на одном месте. Любопытствующих тут хватает, а местные нищеброды сдадут нас за пару долларов. Лишь бы хватило на опохмел…

— Обедать! — проходивший мимо Рустам хлопнул меня по плечу.

— Иду, — откликнулся я.

Нынче обязанности шеф-повара исполнял огромный Амир, а этот фельдфебель знал толк в готовке. Он сварганил нечто вроде супа-кондёра, смешав и рис, и последние, вялые клубни картошки с тушенкой всех видов. Сытно и вкусно.

Все уселись трапезничать вокруг костра, в тени «Кугуара», а Гилан включил приемник в кабине.

— … Сенатор Джон Маккейн неожиданно поддержал движение Ополчения, найдя сходство идей Синтии Даунинг с выводами, прозвучавшими в его собственной программе, — толковал диктор. — Как известно, мистер Маккейн выступал резко против чрезмерного вмешательства в выборы богатых людей, считая, что их щедрые пожертвования развращают политиков…

— Развращают! — фыркнул Харатьян, доскребая вторую порцию. — Покупают и продают, оптом и в розницу!

— … Вчера вечером в Чикаго завершилось всеамериканское совещание губернаторов и спикеров легислатур, — бубнило радио. — Так называемая «Бостонская декларация», предложенная сенатором Эдвардом Кеннеди, была одобрена властями практически всех штатов. На совещании был принят порядок избрания делегатов Конвента, призванного изменить действующую Конституцию, и назначена дата его проведения. Стоит отметить, что присутствующие губернаторы внимательно выслушали саму миссис Даунинг, выступившую он-лайн. По словам мистера Кеннеди, только Конвент, который соберется второй раз за всю историю Соединенных Штатов, способен положить конец беспорядкам и анархии, законным образом выразив устремления и чаяния простых американцев. Конвент начнет свою работу тридцатого апреля…

— А что? — лениво пожал плечами Боярский. — Может и получиться…

— Тихо! — насторожился Чак. — Там кто-то есть. За деревьями.

Рута напряглась, но тут же расслабилась.

— Эй! — окликнула она. — Выходи! Суп… э-э… похлебка есть. Будешь?

Пару секунд спустя среди замшелых стволов нарисовался дед в замызганном джинсовом костюме, латанном-перелатанном. Густой подлесок старикан миновал без шума, как бесплотный дух, а свою винтовку демонстративно закинул на плечо. Лицо его, морщинистое и загорелое до черноты, резко контрастировало с седыми усами и бородой.

— Доброго денечка вам, — пропел лесовик, приседая у огня. Он остро глянул на Гоустбира. — Индеец? Тогда понятно… Учуял, небось?