Цикл романов "Целитель". Компиляция. Книги 1-17 (СИ) - Большаков Валерий Петрович - Страница 871

— Михаил Петрович… — председатель КГБ покачал головой. — Как правило, схема заказного убийства, пусть даже прикрытого террактом, выглядит сложнее. Заказчик не обращается к исполнителю напрямую, он имеет дело с организатором. И, когда на Манежной рвануло, СМС на… этот… на мобильник смертницы послал именно организатор!

— Но тогда… — задумался я.

— Ступайте, Михаил Петрович, — мягко осадил меня Путин. — Всё — завтра!

Понедельник, 3 января. День

Москва, проспект Калинина

Светиться я не стал, пересел в свою «Волгу». Умар побурчал только.

В тесном дворике у подъезда «дома-книжки» уже почивала путинская «Татра», а две неприметные личности, маячившие неподалеку, перемигнулись с моим начохром — тоже, небось, прикрепленные.

Наверху все были в сборе и при деле. Княгиня с председателем КГБ и Татьяной Николаевной Москальковой, начальницей УСБС в «Бете», негромко толковали о делах государственных. Антон колдовал над «Ольхоном», а Тата заваривала чай.

— Налью вам штрафную кружку, Михаил Петрович! — прожурчала она, сладко улыбаясь. — За опоздание!

— Из ваших рук хоть чайник! — отшутился я.

Владимир Владимирович пожал мне руку, и усадил напротив, под бочок к Татьяне Николаевне. Интересно, что в «Гамме» эта «мужественная женщина», скрывающая острый ум под личиной грузной блондинки, стала известна, как честный политик; в «Бете» она подвизалась на поприще госбезопасности, а вот ее «альфа-версию» не видать и не слыхать — как замещала начальника юротдела Управления делами МВД, так и продолжает замещать…

— Начнем, пожалуй, — коротко сказал Путин. — Елена Владимировна?

Ее сиятельство энергично кивнула.

— Источники в силовых структурах «Гаммы» утверждают, что теракт на Манежной готовила группа Доку Умарова. Ведется расследование. И… — она резко махнула руками. — Пока что имеем то, что имеем — более ста тридцати человек погибли от осколков или были затоптаны… Антоний!

Алёхин задумчиво воззрился на Елену фон Ливен, кивнул рассеянно, и заговорил:

— Опираясь на данные бифуркационного анализа, мы могли бы успешно предотвратить теракт на Манежной, заранее отправив СМС на телефон смертницы. Известно, что она останавливалась в Кузьминках, в хостеле… МНВ просчитывается на уровне 0,85. И можно выбрать такое время ликвидации, когда взрывное устройство сработает без лишних жертв…

— Товарищи, — негромко начал я, наклоняясь к столу, — ситуация в «Гамме» намного печальней, чем кажется с виду. Мы вчера с Антоном посчитали… Потери невосполнимы. Десятки людей, погибших на Манежной, именно что из категории незаменимых — без них «Гамма» обречена, она на десятилетия погрузится в анархию и войны всех против всех! А потом, при самом лучшем раскладе, мутирует в мир материального изобилия и духовной нищеты, как в «Хищных вещах века»…

— Означает ли это духовную деградацию большей части общества и повсеместное распространение электронной наркоты, вроде грёзогенераторов? — деловито осведомилась Москалькова.

Я посмотрел на Алёхина.

— Увы, это так, — заторопился Антон. — Мещанское «общество всеобщего благоденствия», и без «слега»… это как Средние века без чумы! А сон разума порождает чудовищ, соответствующих духу эпохи… Такой мир «мягкой силой» не взять, даже в сочетании с точечной перепрошивкой мозгов… — запнувшись, он пугливо глянул на меня.

— Я в курсе идей проекта «Дети Тумана», — мне удалось не улыбнуться. — В общем, если мы не исправим ситуацию сейчас, то в близком будущем, чтобы хоть как-то купировать угрозу из «Гаммы», придется пойти на прямую военную интервенцию. А это чревато… Понимаете, электронный стимулятор или волновой генератор эмоций как бы отключает у непаранормов критическое восприятие действительности и делает очень уязвимыми для пропаганды, поэтому интервенция из «Альфы», поданная «гаммовскими» властями, как агрессия, вызовет ожесточенное сопротивление. Жертвы будут исчисляться миллионами, а самое мерзкое — люди «Гаммы» будут свято уверены, что интервенты — это фашисты, а вожди «Альфы» и «Беты» — хуже Гитлера и Муссолини! — помолчав, я продолжил обычным тоном: — А мы… Вот, что мы предлагаем. Тата, можно ваш мобильник?

Ивернева с интересом посмотрела на меня, кивнула и достала из сумочки «гаммовский» телефон «Хуавэй» с симкой «Билайн».

— Смотрите, — я положил гаджет на ладонь. — Мы можем немного изменить его схему и напаять простейший механический таймер с реле, отсылающий эсэмэску на заранее введенный номер. Кроме того, привяжем мобильник скотчем к пиропатрону — и транспозитируем его на ближайшую к хостелу террористки помойку, одновременно забрасывая в тридцать первое декабря «Гаммы»! В назначенное время таймер срабатывает, СМС уходит по адресу, после чего пиропатрон взрывается, заметая следы ма-аленькой хронокоррекции!

— Неплохо! — оценил председатель КГБ, переглянувшись с княгиней.

— Михаил Петрович… — волнуясь, заговорила Тата, взглядывая то на меня, то на своё непосредственное начальство. — Татьяна Николаевна… Я всё понимаю, но… Ставки слишком велики, чтобы доверять какому-то… коммуникатору. Ведь даже механический таймер может заклинить!

— Что вы предлагаете? — хищно сощурилась Москалькова.

— Отправьте в прошлое «Гаммы» меня! — выпалила «Белоснежка». — И я всё сделаю сама!

— Михаил Петрович, — подобрался Путин. — Технически это возможно?

— Да, — буркнул я, чувствуя и беспомощность, и раздражение. — Просто… Никто еще не испытывал темпоральный траспозитационный манёвр на биологических объектах крупнее кошки!

— Вот, заодно и испытаю! — воскликнула Тата.

Помолчав, Татьяна Николаевна глухо вымолвила:

— Хорошо, товарищ майор. Готовьтесь.

— Всегда готова! — прозвенела Ивернева, как истинная пионерка.

Вечер того же дня

Ново-Щелково, проспект Козырева

Хронокамера была старой — по словам Владимира Киврина, «еще второго поколения» — большой стеклянный куб, куда из технического отсека вела небольшая стальная дверца.

В тесном объеме техотсека воздух остро пах озоном и вибрировал от грозного гудения, а вязки кабелей на стенах нервировали Тату — девушка жалась, держась бочком.

Громыхая по сегментированному полу, приблизился Гарин.

— Не бойтесь, — мягко сказал он, — здесь нет высокого напряжения.

Чувствуя мужскую руку на плече, Ивернева действительно успокоилась. Даже те незримые, блуждающие флюиды, что витали между двумя паранормами, Тата взяла под контроль тренированной воли.

— Мне сюда? — пробормотала она, отворяя дверцу.

— Да. Залезайте…

Изящно сгибаясь, девушка просунулась в хронокамеру. Ребристое сопло излучателя тахионов блеснуло вверху. Было видно, как за толстым двойным стеклом, отдающим в зелень, сдвигаются и раздвигаются электромагниты. Их негромкое жужжание перекрывал низкий гул ускорителя.

— Видите подставку на полу? — смешно закряхтел Михаил Петрович за спиной.

— Вижу, — улыбнулась Тата.

— Приседайте… Ага… Опускайтесь на корточки, а когда я скомандую готовность, закроете глаза, обнимите руками колени и прижмётесь к ним лбом…

— Как Шварценеггер в «Терминаторе»?

— Именно! — Михаил Петрович смешливо фыркнул. — Жаль только, что вам не нужно раздеваться! — Он тут же посерьезнел. — Поле вокруг вас будет сфероидальным, и во время заброса в прошлое со всех сторон будет светиться энергосфера. Просьба не шевелиться и не распрямляться, пока все эти «спецэффекты» не угаснут! Темпоральная эманация — штука не смертельная, но лучше поберечься. Понимэ?

— Понимэ! — хихикнула девушка, расстегивая куртку-дубленку. — Михаил… Можно вас так называть? Вот признайтесь, что кряхтели вы специально! Меня хотели успокоить, м-м?

— Ох, уж эти Иверневы! — забурчал Гарин, пряча смущение. — Умницы-разумницы, спасу нет… Всё! — в его тоне лязгнул металл. — Минутная готовность!