Цикл романов "Целитель". Компиляция. Книги 1-17 (СИ) - Большаков Валерий Петрович - Страница 902

— Помнишь ген паранормальности?

— А… — взгляд Сосницкой расфокусировался. — Ну, да! У него локус в 22-й хромосомной паре… Постой, постой! — нахмурилась она. — Но ты же упоминала его еще в кандидатской! Ну, да! Помню прекрасно… Нейрофермент КОМТ у паранормов!

— Да! — заволновалась Лея. — Этот фермент… Ну, КОМТ… На него я и вышла. Когда еще! А потом… — Она покусала губку, выдохнула, словно собираясь нырнуть в ледяную воду. — А потом меня ждала небольшая засада и… и открытие.

— О, как! — Светлана живо заинтересовалась. Лея всегда очень строга к себе, и зря болтать не станет. — Выкладывай! Быстрее, быстрее — видишь же, лопаюсь!

Гарина нервно перебрала пальцами.

— Месяц назад, как раз мы с Исаевой в «Китежград» съездили… У меня тогда «окно» наметилось — целая неделя свободного времени! И я с головой, с руками, с ногами залезла в проблему… Сначала, знаешь, просто не поверила. Три дня только тем и занималась, что ревизовала свои наблюдения, анализировала, выискивала подвох! Понимаешь… Я же… В общем… Ну, что я ожидала увидеть в «паранормальном» гене КОМТ? «Битый» кодон, точечную мутацию! А обнаружила аккуратненькую, такую, «вставочку» из десятка нуклеотидов. Свет… Можешь смеяться, но иначе как искусственную генную манипуляцию, я ее интерпретировать не могу!

— Вот это ничего себе… — пробормотала Сосницкая. Но не растерянно. Наоборот, она воодушевилась, поверив — и углядев впереди манящий огонек тайны. Сосредоточившись, Светлана осторожно, словно боясь развеять нездешнюю ауру, проговорила: — Лея… Леечка… А как ты вообще пришла к выводу, что ген «паранормов» — продукт искусственной манипуляции?

Гарина несколько расслабилась. Похоже, она была сильно напряжена, а теперь даже обрадовалась доверию бывшей научной руководительницы.

— Пока соображение следующее… — пробормотала она. Задумалась и продолжила окрепшим голосом: — Из двадцати аминокислот, входящих в состав белков, только две кодируются одним триплетом нуклеотидов: метионин и триптофан, а для остальных восемнадцати в ходе эволюции возникли несколько вариантов кодировки: от двух до шести. Ну, вы это и так знаете… — смешалась Лея.

— Не-не-не! — с жаром запротестовала Сосницкая. — Продолжай! Формулируй!

— Ну-у… — Лея крепко переплела пальцы. — В различных частях генома человека, как и всех высших организмов, предпочтение кодировок различно — скорей всего, это следствие эволюции… Я только выяснила, что в «паранормальном» гене катехол-О-метилтрансферазы всюду, где возможно, используются симметричные триплеты, что не может быть объяснено иначе, чем искусственной манипуляцией. Кроме того, имеется еще пара «врезок»… И эти «врезки» приводят к тому, что мембранный вариант КОМТ, — а именно он лоцируется в синапсах мозговых нейронов — расщепляет дофамин в несколько раз медленней, чем два других катехоламина: адреналин и норадреналин. Объяснить такие «врезки» в ген случайной мутацией тоже не получается…

— Очень… — вымолвила Светлана. — Очень интересно, Леечка… Аж голова кругом! Но… Ты хоть понимаешь, что люди… Я имею в виду, кроманьонцы… Ну никак не могли манипулировать генами!

— Понимаю… — Лея понурилась. — Я рассматривала пару вариантов, но…

— Стоп! — вскинула руку Сосницкая, румяная от возбуждения. — Дай, тетя Света угадает! — помолчав, пошевелив пальцами, словно перебирая невидимый шарик, она продолжила вполголоса: — Сразу вспоминаются рептилоиды, лунная Зона Посещения… Верно? М-м… Ладно, допустим, ген КOMT, подвергшийся манипуляции, был подсажен этими самыми пришельцами… Но кому? Млекопитающие тогда только-только завелись! Какому-нибудь… этому… пургаториусу? Жил-был в мезозое такой зверек, на белку похож — длиной с ладонь и с мозгом весом в несколько граммов. Но тогда метакортикальная аномалия должна, хоть и редко, но проявляться у всех современных приматов — от бабуинов и зелёных мартышек до горилл! Если же ген подсадили уже хомо сапиенсу, то произошло это… М-м… Самое раннее, двести тысяч лет назад!

— Надо тщательно проверить обезьян! — выпалила Гарина. — И попытаться найти следы еще одного палеоконтакта, более позднего… Да?

— Вельми понеже, — очаровательно улыбнулась Светлана.

— Будем искать!

Среда, 27 июня. День

«Гамма»

Смоленская область, Десногорск

Ерошин включил портал — и сразу выключил. Затем врубил снова. Пространственно-временной канал вёл себя примерно.

— Есть выход на полную энергию, — забубнил Алёхин. — Есть включение баланса энергии!

— Есть вход в канал! — бойко отозвалась Юлька.

— Есть точка выхода, — заерзал Димон. — Стабилизация канала!

— Десять секунд… Канал стабильный. Мелкие флуктуации в пределах нормы.

— Минута. Канал стабильный. Параметры зафиксированы.

— Внимание! Группе приготовиться к выходу! Через десять минут — выключение канала! Товарищ подполковник!

— Мы готовы! — звонко ответила Тата.

— Готовность раз!

— Выдвигаемся!

Ивернева первой шагнула в окно портала. Вокруг шумел лес, вернее, лесок к югу от 7-го микрорайона — улиц в Десногорске не знали. Место было самым подходящим для постоянной базы.

Под Ленинградом… То есть, под «гаммовским» Петербургом, или под Москвой слишком всё на виду, их там могут вычислить.

Транспозитация из «Альфы» в «Гамму», даже без временного сдвига — процесс достаточно энергоёмкий. Из «Беты» попроще, но и там расход энергии немаленький.

Иными словами, если жить в «Альфе», а на работу в «Гамму» ходить — не вариант, слишком дорого, затраты электроэнергии непомерны. Но эту проблему они легко решили, поселившись в «атомном городе» Десногорске, где Смоленская АЭС под боком. Тут электричество очень дешёвое.

За окраиной 7-го микрорайона начиналась частная застройка, здесь заносчивые коттеджи перемежались простецкими избами. Тата без труда приватизировала уродливое бетонное здание в два этажа, с плоской крышей и громадным подвалом — оно стояло на отшибе, примыкая к густым, неопрятным зарослям.

Прописалась «Наталья Павловна Черных», освоилась, приучила к себе аборигенов… Внедрилась.

Ее стали узнавать соседи, начали здороваться, а Тата, выдерживая темп модерато или даже анданте, зарегистрировала ООО «Технолайн», взяла кредит в «Сбере» — и дело пошло.

Вовне шла продажа и ремонт компьютеров, а внутри…

Небольшие партии груза и оперативников СБС пока перемещали через портал системы Ерошина. Альфа-ретранслятор собрали в подвале, настроили, но запитывать его энергией приходилось от суперконденсатора — типа «батарейки», к которой «Атлантис» пристыковывался для транспозитации с орбиты.

Ну, такой здоровенный для нужд резидентуры ни к чему, хватит «зарядки» и поменьше, тонн на пятнадцать, кубометров на десять. Суперконденсатор заказали на месте — в Сколково, в компании «ТЭЭМП». Доставили на грузовике, замаскировав под газгольдер.

Заряжалась «батарейка» от сети, причём долго, несколько дней подряд. Два-три перемещения из «Альфы» в «Гамму» или обратно, и энергия — йок. А пока к их услугам воспетый фантастами портал…

Тата зорко оглянулась. Никого. В следующий раз надо сильнее канючить, чтобы Димка выводил канал хотя бы во двор «ооошки». Сам же говорил, свойства у ПВК дискретные…

— Лея! Юля! За мной! Антон!

— Да иду я, иду…

Негодующе фыркнув на расхлябанного «Антония», Ивернева зашагала по набитой тропе.

— А где здесь что? — вертела головой Лея. — Мне Наталишка строго наказала, чтобы я приличный водоем нашла…

— Десногорское водохранилище устроит? — улыбнулась Тата. — Там даже яхт-клуб есть!

— О-о! Самое то!

Резидент в «Гамме» и его агенты юркнули за стальные двери откапиталенного «Технолайна», будто миновали ворота крепости. Лязгнули створки, загремел засов…

— Мы в домике! — выдохнула Юля.

Пятница, 6 июля. День

Москва, Долгопрудный