Верховная жрица (ЛП) - Херд Мишель - Страница 12

Когда гольф-кар останавливается возле моего дома, который Доминик спроектировал в азиатском стиле, я чувствую себя измученной, а в висках пульсирует головная боль.

— Спасибо, что подвез. — Я делаю глубокий вдох, прежде чем вылезти из машины, и, когда пересекаю мост, перекинутый через ручей, мои ноги грозят подкоситься.

В прошлые разы, когда я бывала здесь, я всегда чувствовала умиротворение, но сейчас я ощущаю лишь печаль.

И страх. Так много страха.

Я понятия не имею, что делать дальше. Я осознаю тот вопиющий факт, что я должна каким-то образом взять организацию под свой контроль, но я даже не знаю, с чего начать. Кроме того, номера всех сотрудников есть в моем телефоне, который я оставила дома во время нападения.

Мне нужно вернуться в Афины, чтобы я могла связаться с ними и выяснить, кто жив, а кто погиб.

Открыв входную дверь и войдя в дом, утопающий в роскоши, мое тело так сильно дрожит, что я прямиком направляюсь к ближайшему дивану.

Когда я сажусь, то слышу, как закрывается входная дверь. Я поднимаю глаза и, видя, что Найт зашел следом за мной, хмурюсь.

Я не могу выглядеть слабой, и мне требуются практически все силы, чтобы снова встать. Я встречаюсь с ним взглядом и говорю:

— Ты можешь идти.

Он лишь смотрит на меня, но от этого взгляда мои мышцы напрягаются от страха.

У меня пересыхает во рту, и я ненавижу, что мой голос дрожит, когда я спрашиваю:

— Почему ты здесь? Чего ты хочешь?

Он наклоняет голову, его взгляд скользит по всему моему телу.

— Сядь, пока не потеряла сознание.

Я упряма по натуре, и как бы мне ни хотелось остаться на ногах, я не могу. Я опускаюсь на диван, не сводя взгляда с мужчины, который приводит меня в замешательство.

В воздухе повисает напряженная тишина. Когда становится ясно, что он не собирается продолжать разговор, я спрашиваю:

— Почему ты не уходишь?

В его чертах мелькает что-то похожее на боль, и он передергивает плечами, словно пытается стряхнуть что-то с себя. Затем он направляется в спальню, и я еще больше смущаюсь, наблюдая, как он обыскивает комнату.

Нахмурив лоб, я молча смотрю на этого мужчину.

Убедившись, что в доме никто не прячется, он садится на другой диван и встречается со мной взглядом.

— Что ты делаешь? — Спрашиваю я недоверчивым тоном.

— Хотел убедиться, что ты в безопасности, — бормочет он.

Я медленно выдыхаю, а затем шепчу:

— Почему?

На мгновение между его глазами появляется морщинка, и мускул на его челюсти дергается, затем он говорит:

— Мне не хочется, чтобы еще и твоя смерть была на моей совести.

Что?

Я моргаю, как идиотка, глядя на этого мужчину, и проходит несколько секунд, прежде чем я решаюсь ответить.

— Ты за меня не отвечаешь.

Он кивает.

Я пожимаю плечами и вопросительно смотрю на него.

— Ну? Ты можешь идти.

На этот раз он качает головой, и то, что он практически ничего не говорит, начинает действовать мне на нервы.

— Сантьяго или другие сказали тебе приглядывать за мной? — Спрашиваю я, пытаясь понять, почему этот мужчина ходит за мной по пятам.

Он снова качает головой.

Закрыв лицо ладонями, я устало вздыхаю.

— Господи, пожалуйста, используй слова.

Его голос звучит грубо и нетерпеливо, когда он бормочет:

— Я же сказал, что охраняю тебя, потому что не хочу, чтобы и твоя смерть была на моей совести. — Когда я поднимаю голову и смотрю в его пронзительные зеленые глаза, он добавляет: — Я твой телохранитель.

Мои брови приподнимаются.

— Это не тебе решать.

Он пожимает плечами.

— Мне.

Этого мужчину абсолютно ничего не беспокоит, но в то же время от него исходит чертовски опасная атмосфера. Не буду врать. Мне начинает казаться, что он немного сумасшедший, и меня это пугает.

Мне нужно поговорить с Сантьяго. Он сможет приструнить своего снайпера.

Встав с дивана, я иду в спальню и запираю за собой дверь.

Ранее я оставила здесь кое-какую одежду, а в сейфе есть поддельный паспорт на другое имя, немного наличных, одноразовый телефон и пистолет.

Дверь в спальню резко открывается, и Найт с силой распахивает дрожащий кусок дерева настежь.

Я смотрю на этого неуравновешенного мужчину широко раскрытыми глазами.

— Какого черта?

— Никогда не запирай дверь, — бормочет он, прежде чем снова уйти.

Его безумное поведение действительно начинает меня пугать. Я собиралась принять душ, но сейчас точно не стану этого делать.

Несмотря на то, что у меня совсем нет сил, я стараюсь собраться как можно быстрее, надевая свой кремовый брючный костюм и кожаные сапоги в тон.

Я открываю сейф и первым делом достаю пистолет. Проверив магазин и убедившись, что он полностью заряжен, я засовываю оружие за пояс брюк. Паспорт и кредитную карточку я засовываю в карманы.

Включив телефон, я с нетерпением жду, пока он полностью загрузится, прежде чем разблокировать экран отпечатком большого пальца. Я быстро открываю один банковский счет за другим и перевожу все до последнего цента на свои личные банковские счета. Поскольку папа мертв, я не хочу рисковать, чтобы Михаил или Саввас заблокировали мне доступ к счетам. Может, мы и близки, но я не верю, что они не попытаются захватить организацию и вытеснить меня.

Пока я официально не стану главой греческой мафии, деньги останутся у меня.

Закончив, я бросаюсь в ванную и быстро расчесываю волосы. Заплетя их в косу, я наношу немного макияжа. И к тому моменту, когда я заканчиваю, у меня перехватывает дыхание и начинает кружиться голова.

Возьми себя в руки, Кассия. Тебе еще многое предстоит сделать.

Глава 9



Кассия

Когда я подхожу к двери спальни, дурное предчувствие в моем животе скручивается в тугой комок. Я осторожно выглядываю в гостиную и, не увидев Найта, медленно иду вперед.

Неужели он наконец-то ушел?

Я иду на кухню за бутылкой воды и натыкаюсь на стену из мускулов.

Громкий крик вырывается из меня, и я тянусь за пистолетом. Когда я поднимаю руку, чтобы направить оружие на Найта, он движется молниеносно: его ладонь врезается в мое запястье, а другая рука вырывает пистолет из моей ладони.

Блять!

От шока, паники и страха у меня кружится голова, и кажется, что мое дыхание вот-вот остановится. Когда я разворачиваюсь, чтобы попытаться убежать, мои ноги подкашиваются, и я падаю, как мешок с картошкой.

Рука Найта обхватывает меня за спину, и я прижимаюсь к его крепкой груди. В следующую секунду меня подхватывают на руки, и он относит меня к дивану, где опускает на него.

Не говоря ни слова, он направляется обратно на кухню, и только тогда я замечаю магазин и пистолет, лежащие на полу. Мужчина обезоружил меня, вытащил магазин и поймал меня в момент падения. И все это за считанные секунды.

Черт возьми!

Он поднимает оружие и снова заряжает магазин, а затем возвращается ко мне и кладет пистолет на подлокотник.

— Ты что-то хотела на кухне? — Спрашивает он, совершенно не выглядя обеспокоенным этой перепалкой.

Я с трудом сглатываю, в горле у меня пересохло.

— Воды.

Я смотрю, как он достает бутылку из холодильника. Затем снова возвращается и даже откручивает крышку, после чего протягивает бутылку мне.

Мои глаза прикованы к Найту, когда я беру у него бутылку, и пока я делаю несколько глотков, мой разум пытается понять этого человека.

Его нервирующий взгляд встречается с моим, и какое-то мгновение мы просто смотрим друг на друга.

Я удивляюсь, когда он говорит:

— Тебе не нужно меня бояться.

Я быстро хмурюсь и ставлю бутылку на журнальный столик. Когда я встаю, то беру пистолет и вздергиваю подбородок. Я придаю своему голосу властность, говоря:

— Я тебя не боюсь.