Между добром и злом. 3 том (СИ) - Кири Кирико - Страница 62

Значит, они таки нашли артефакт…

Глава 31

Кондрат бросил взгляд вперёд.

Здесь стоял мерзкий промозглый холод. Тёмный коридор из крупного булыжника уходил на сотню метров, освещённый лишь тусклыми масляными лампами с давно закопчёнными стёклами. С правой стороны располагались комнаты, которые могли служить как складом для ненужных вещей, так и темницей для недругов.

И в одной из них сейчас был граф Сайвелджен. На что он рассчитывал, убегая сюда? Что сможет их убить и вся правда о том, что он делал не вскроется? Или это была отчаянная попытка сопротивления, когда ты понимаешь, что конец и просто пытаешься унести с собой как можно больше людей? В прочем, теперь без разницы…

Ведьма шагнула в коридор первой. Непонятный взмах рукой и словно собранный из холода, пронизывающего стены, около неё появился маленький зверёк, очень напоминающие ласку. Словно уже зная, что хочет от него хозяйка, зверёк бросился вперёд, поочерёдно заглядывая в комнаты.

Медленно двигаясь за ним, они проходили одну комнату за другой, пока снежный зверёк не остановился около предпоследней двери, встав на задние лапки.

— Это здесь, — тихо произнесла ведьма и столь же невозмутимо просто вошла внутрь.

Помещение представляло из себя большой каменный зал, где единственным источником света были всё те же неизменные тусклые лампы, задыхающиеся от холода. Кондрат ожидал увидеть здесь всё что угодно, и не сказать, что увиденное его сильно поразило, пусть и было очень неприятным зрелищем.

Это место было моргом. Десятки тел были сложены вдоль стен в линию. Мужчины, женщины — лишь пробежавшись по их одежде взглядом, можно было сразу сказать, кто был слугами, а кто охранниками. Но куда больше внимания привлекали кристаллические наросты на их телах, характерный признак использованного артефакта. Где-то едва заметные, покрывающие кожу, словно изморозь, где-то уже конкретно кристаллы.

Ответ на вопрос, куда делись все жители поместья, был получен в полной мере. Вопрос лишь в том, зачем? К чему было это делать?

— Его здесь нет, — тихо заметил Феликс.

— Магический фон идёт отсюда, — ответила ведьма невозмутимо. — Возможно это и не артефакт.

— Ты же сказала, что чувствуешь его.

— Я сказала, что чувствую магические возмущения, но не могу сказать, артефакт это или иные силы, —­ возразила она с лёгким раздражением в голосе.

Кондрат не обращал на их спор никакого внимания. Пока они бросали в адрес друг друга нелицеприятные намёки, он подошёл к двум телам, которые выбивались из общей массы тем, что лежали не на полу, а на деревянных столах. Уже немолодая женщина и удивительно похожая на неё маленькая девочка, словно её миниатюрная копия. Они были одеты не как слуги, дорогие платья и куда более ухоженный вид выдавали в них аристократов местного разлива.

— Феликс, у графа были жена с детьми? — спросил Кондрат.

Феликс отвлёкся от тихого спора с ведьмой, взглянув на Кондрата. Они явно стоили друг друга.

— Жена и маленькая дочь, а что? — а потом его взгляд скользнул на тела перед Кондратом, и он нахмурился. — Вот же…

Дети среди жертв — это всегда тяжело, однако Кондрат смотрел на ситуацию под несколько другим углом и видел другую картину.

В отличие от остальных тел на них он практически не наблюдал никаких кристаллических наростов. Не наблюдал вообще никаких признаков воздействия артефакта. И лежали они отдельно от остальных, словно огороженные от неудачных попыток экземпляры, которые требовали куда более тщательной и осторожной работы. Это наталкивало на определённые мысли…

Но, прежде чем Кондрат успел что-либо спросить, ведьма подняла голову и посмотрела наверх после чего негромко произнесла:

— Он наверху.

— Ты сказала, что магические возмущения идут из подвала, — нахмурился Феликс.

— А теперь сверху, — спокойно ответила Пату и направилась к выходу. Её ручной зверёк убежал вперёд на разведку.

Феликс посмотрел на Кондрата, тот пожал плечами, после чего они направились следом за ведьмой. В конце концов, им требовалось держаться вместе, чтобы страховать друг друга. Ну или чтобы ведьма защищала их, если быть уж откровенно честным.

Наверху всё заметно изменилось. Весь дом буквально сковал холод, которого не выдержали даже масляные лампы, потухнув. Стены тонким слоем покрывала белоснежная изморозь, воздух искрился в ночном свету, который пробивался из матовых от мороза окон. Холод был таким сильным, что обжигал лёгкие при каждом вдохе. В одночасье весь дом превратился в морозильник.

— Он с нами играет… — пробормотал Феликс. — Бегает верх-вниз. Пату, ты сейчас чувствуешь, где он?

— Чувствую магические возмущения, — всё так же повторила она.

— Откуда?

— Сверху.

— В прошлый раз ты говорила, что снизу, — недовольно заметил он.

— Потому что они шли снизу, — ответила ведьма.

— Он мог подняться по другой лестнице. Вряд ли это единственный проход, ведущий в подвал, — прервал их спор Кондрат.

Казалось, эти двое, а если точнее, Феликс, был готов спорить с ней по любому поводу и без. И тем не менее, если быть честным — ему до ведьмы было очень и очень далеко. И там, где она могла прогуливаться, им бы пришлось пробиваться.

Под их ногами хрустел иней. Каждый выдох сопровождался облачком пара, который, казалось, замерзал прямо в воздухе. По пути им встречались тела тех, кого ведьма успела обезвредить во время своего вторжения. Но сейчас они были мертвы. Кондрат специально присел около одного из тел пощупать пульс, но едва коснувшись, тут же дёрнул руку. Кожа у трупа была холодной настолько, что обожгла кончики пальцев, заставив его поморщиться.

А на втором этаже они встретили первое сопротивление. Второго телохранителя, который перегородил им проход вперёд. В отличие от остальных он был живее всех живых, и Кондрат даже подозревал, почему.

— Ещё его нам не хватало… — пробормотал Феликс, выпустив из рук языки пламени, но Пату остановила его, подняв руку и шагнув вперёд.

Это и сражением было нельзя назвать. Едва ведьма сделала несколько шагов ему на встречу, как телохранитель, не издав ни звука, бросился им навстречу.

Всё произошло за какие-то мгновения.

Он не успел преодолеть даже половину расстояния между ними, когда она сделала непонятный жест рукой, вырисовывая символ в воздухе, и тот замер, словно остановился во времени. А затем его тело внезапно начало рассыпаться, как будто сделанное из песка, пока от телохранителя не осталась лишь одежда и куча чёрного пепла.

— Он был уже мёртв, — без интереса заметила Пату. — Тёмная магия. Некромантия.

— Ты можешь сказать, когда он умер? — спросил Феликс, разглядывая кучу пепла.

— Нет. Но выглядит свежим. Может пара лет, но не больше пяти.

Теперь оставался только граф, который находился где-то в этом здании ожидая их. Вопрос лишь в том справятся ли они втроём с артефактом, который был у него на руках, или нет.

Второй этаж был проверен, и они поднялись на третий. Здесь мороз был ещё сильнее, и Кондрат пожалел, что не взял свою одежду из гардеробной. Заметив это, Пату щёлкнула пальцами, и неожиданно холод исчез. Кондрат словно оказался окружён невидимым барьером, который защищал его от пагубного воздействия артефакта.

— Спасибо, — тихо произнёс он.

— Да, — просто кивнула ведьма и зашагала вперёд.

Пату уверенно вела их вперёд и остановилась лишь перед дверью, которая, по предположению Кондрата, вела в кабинет или личную комнату графа. По крайней мере, это были единственные двустворчатые двери на всём этаже и самые большие, что не тонко намекало.

— Держитесь рядом, — посоветовала Пату, после чего бросила взгляд на Феликса. — Хотя можете поступать как знаете.

Тот проигнорировал её взгляд, отвернувшись, что вызвало у неё едва заметную улыбку, после чего она толкнула дверь.

Что Кондрат ожидал увидеть за дверьми? Кабинет? Какой-нибудь зал? Или склад артефактов, которые Сайвелджен успел собрать за время своего правления, а может и за несколько поколений семьи? В любом случае, это имело мало общего с тем, что предстало перед ними.