"Фантастика 2025-67". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Flow Ascold - Страница 857

Я продемонстрировал пистолет, отобранный у вахтенного офицера.

— Это усугубит ситуацию, — хмыкнул левитатор. — Так даже будет лучше.

— Не надейся, глупец, — я решил блефовать, — мне известны некоторые подробности, которые я собираюсь использовать для своего спасения….

— И что за подробности? — маг заметно напрягся, но руками перестал дергать.

— Дело в том, — я устроился удобнее, но пистолет не опускал, удобно устроив руку на подлокотнике, — что когда я тебя убью, то отрежу твою башку, и положу на ящик с кристаллами. Это даст время моим людям спастись с фрегата. Заметь, только мои люди, не дарсийцы.

— Бред! — нервно хохотнул маг. — Что тебе это даст? Моя смерть — катализатор отключения гравитонов!

— Не угадал! — я торжествовал, и, постучав пальцем по виску, продолжил: — Дело в том, что после смерти человека его мозг продолжает порождать некие волны, влияющие на внешний мир. Я знаю, чем ценна голова левитатора, и для своего спасения пойду на этот грязный шаг. Пока ты будешь пялиться умирающим взором на обшивку корабля, я успею снять всех своих людей с корабля. Поверь, времени мне хватит.

— Чью теорию вы сейчас преподнесли? — дрогнувшим голосом произнес помощник мага. — Господина Киверлеба? Он же в опале по высочайшему указу нашего короля! Его ересь в медицине давно уже подвержена обструкции!

— И зря! — я нагло продолжал блефовать. — Его идеи прижились в Сиверии, и надо сказать, некоторые наши светила науки признали, что в них есть рациональное зерно! Я даже скажу, что проводились опыты….

Фрегат снова ощутимо вздрогнул от слитного залпа пушек, и кресло подо мной завибрировало.

— А кто был подопытным? — дарсийца стало ощутимо потряхивать.

— Один вредный маг, вздумавший перечить высшей аристократии. Вовремя вскрыли его заговор на энвольтацию одного родовитого семейства. Только зачем зря материалу пропадать? Вот и проверили теорию Киверлеба. Башка предателя хорошо помогла истинным патриотам империи.

Я незаметно перевел дух. Сложно было запомнить с первого раза имя дарсийского ученого, чтобы вот так, в разговоре, не забыть и небрежно обронить, наблюдая реакцию мага. Кажется, левитатор спекся.

— Я прекратил обрывать связь с гравитонами, — после некоторого замешательства произнес дарсиец. — Понимаете, что меня сочтут предателем и всяко разно покарают?

— Но ведь жизнь дается всего лишь раз, молодой человек? — я загадочно улыбнулся. — Редко кому удается заново пройти путь из мертвецов в мир солнца. Видите, я тоже не чураюсь символов. Значит, мы нашли общий язык?

— Что со мной будет?

— Ничего, — пожал я плечами. — Берите на себя управление гравитонами, а об остальном я позабочусь.

— Тогда у меня просьба, — голос парня внезапно окреп, налился металлом. — Не посчитаете ее невыполнимой?

— Обычно я с подозрением отношусь к просьбам от незнакомых мне людей….

— Мое имя Эррадор, барон Арвидорский, — тут же отреагировал левитатор.

Я засмеялся находчивости молодого дарсийца, и жестом предложил ему высказать свою просьбу. А после сказанного у меня мурашки по спине пробежали. Барон Арвидорский хотел, чтобы мы казнили всех офицеров фрегата, оставшихся на борту, и остальных членов экипажа. Всех, до единого.

— Почему я должен сотворить столь чудовищное деяние? — без эмоций поинтересовался я. — Война — войной, но бессмысленное избиение претит офицеру.

— Вам нужен левитатор на корабле? Или вы собираетесь все время ползать по воде, рискуя нарваться на наш флот? — передо мной был уже не испуганный маг, а прожженный циник, и свой шанс выжить он пытался использовать на все сто процентов. — «Корина» — замечательный фрегат, и вы вряд ли откажетесь от него вот так, просто уничтожив на рейде.

— Ваше счастье, барон, что корабельные маги очень ценятся в мире, — я встал. — Мне нужно посоветоваться со своими людьми. Я не могу принимать единолично такие решения. Ждите.

Я вышел из каюты, показав топчущемуся на месте бойцу жестом, что надо продолжить охрану ценного кадра, а сам поспешил на верхнюю палубу. Судя по уменьшающейся частоте выстрелов, ночная операция подходила к концу. Берег полыхал огнем. Форт был уничтожен полностью, оттуда доносились крики, гулко стреляли аркебузы; и вся эта какофония медленно откатывалась вглубь острова.

— Ратисбонцы вступили в бой, — разглядел меня в бликах пожара Вальтор. — Что можешь сказать по левитатору?

— Я отговорил его взрывать фрегат, — я ухмыльнулся, — и он проникся желанием служить империи.

— Ну да? — Вальтор был поражен. — А я считал дарсийских магов фанатиками.

— Он не дурак — жить хочет.

— Какие его условия? Не просто же так предают короля?

Я рассказал, после чего Вальтор надолго впал в ступор. Для него тоже стал откровением прагматичный подход левитатора к продаже своих услуг врагам. Командир даже затылок почесал, словно это могло ускорить мыслительный процесс.

— Больше полусотни человек экипажа за одного мага? Не много ли он хочет?

— Парень хочет только одного: чтобы его считали мертвым. Героический экипаж «Корины» был беспощадно вырезан озверевшими штурмовиками. Никто не спасся. Фрегат перешел в руки сиверийцев, — словно читая пропагандистскую листовку, ответил я. — Слава нашим морякам!

Вальтор засмеялся, но как-то невесело, словно думка о предстоящей расправе многотонной махиной упала на его плечи. Он понимал, что приказ о ликвидации экипажа должен исходить от него. Это несмываемое пятно позора; аристократия Сиверии, узнав об этом инциденте, отвернется от семьи Вальтора, от него самого. Всеобщее презрение и обструкция. Какими бы ни были дарсийцы непримиримыми врагами — предстоящее действие шло вразрез всем негласным договоренностям между воюющими сторонами. Да, во время боя допустимы все способы уничтожения врага. На войне как на войне. Только не в этом случае.

— Сука он, твой левитатор, — скрежетнул зубами Вальтор. — Что делать, Фарли?

— Руки не хочется марать, командир? — спокойно спросил я, поглядывая на Вальтора. — Понимаю, от такой грязи отмыться не удастся…. Ты сколько времени в штурмовой бригаде служишь?

— Три года, — глухо ответил Вальтор. — Шесть боевых операций, два ранения.

— А почему нет помилования? Три года — срок большой. Да и выслуга достойная.

— Фарли, я не пойму, куда ты клонишь? — командир был мрачнее ночи, окутавшей нас. Вальтор схватился за леера и пристально вгляделся в догорающий форт. — Я не хочу ради фрегата брать на душу грех бездумного убийства. Это бойня — не война.

Не видел ты бойни, брат, — мелькнула у меня мысль. Далекие, затухающие отблески другой войны жили во мне эмоциями тысяч смертей. За «просто так». И никто не морщился, убивая невинных. А здесь — враг.

— Сделаем так, брат, — сжалился я над Вальтором, — поднимем паруса и пойдем к Гарпуньему. Там все наше командование, пусть оно и решает. Ты прав, фрегат не стоит ненужной крови.

Глава 13. Рандеву

Ратисбонцы потеряли во время боя около сотни человек. Во время бомбардировки форта основная масса дарсийцев бросилась вглубь острова, и командиры решили, что настал лучший момент для удара. Спустившись с холмов, они обрушились на бегущих в панике солдат. Завязался скоротечный бой, в котором дарсийцы, совершенно деморализованные, были оттеснены к «бутылочному горлышку» и попали в магическую ловушку, устроенную их же магами. Фортификационное сооружение, призванное охранять форт с тыла, оказалось атаковано совсем не теми, на кого оно было рассчитано. Мощный магический удар испепелил чуть ли не половину гарнизона.

Нам пришлось дожидаться утра, чтобы все, кто остался на берегу, переправились на борт корабля. Из нескольких шлюпок осталась всего лишь одна, которую и использовали для переброски. Только после этого фрегат поднял паруса и направился в том же направлении, что и «Лонкорд». Мы справедливо полагали, что патрульный корабль не пойдет в пролив между островами, боясь попасться в ловушку. А я тайно надеялся на встречу. Мне нужно было пустить второй фрегат на дно, и только после этого можно было готовить десант на Гринкейп.