"Фантастика 2024-154". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Барчук Павел - Страница 449

   - Спасибо что не стали похищать без предупреждения, - улыбнулась она загрустившему мужчине. - А то это могло бы закончиться довольно плачевно.

   - Тебе не победить меня, - усмехнулся он. - Ни тебе, ни полководцу.

   - Кастор, я скорее умру, чем ещё раз позволю мужчине завладеть собой против моей воли, - сказала Лина, и улыбка вмиг пропала с лица фракийца.

   - Прости...

   - Давайте не будем обсуждать это?

   - Конечно, - серьёзно ответил он. - И обещаю тебе, что я больше не вернусь к этой теме, и не буду думать об этом.

   - Спасибо. Сражаться мы больше не будем, я так понимаю?

   - Лучше не стоит, - согласился он. - Я всё-таки мужчина и после того как я увидел тебя в купальне, мне тяжело сражаться с тобой просто как с противником.

   Лина негодующе покачала головой. Обидно...

   - Но я бы хотел видеть тебя своим другом, - добавил Кастор, и она широко улыбнулась ему.

   - Конечно.

   Уже ночью, когда солнце давно зашло за горизонт, и вечерняя прохлада опустилась на город, Максимилиан лежал на боку и изучал тонкую полоску шрама на скуле жены. Её глаза были закрыты, а нежные коралловые губки, припухшие от поцелуев, изогнулись в полуулыбке. Она наслаждалась руками мужа и даже не скрывала этого.

   - Максим? - вдруг спросила она.

   - Что милая?

   - Завтра у вас военный совет... и если после него Валерий тебе не очень нужен, отпусти его к Алкмене. Пожалуйста.

   Максимилиан нахмурился. Что за странная просьба?

   - Он всю прошлую беременность своей жены провёл на войне, и сейчас... а Алкмена может умереть, - произнесла Лина и голос её дрогнул. - Пускай он побудет с ней.

   - Хорошо, - согласился он.

   - Только попроси его не увозить Алкмену из Афин. Скажи, что у нас самые лучшие врачи и рожать ей нужно у нас. Убеди его в этом... пожалуйста.

   - Хорошо. Завтра я поговорю с ним. Давай спать.

   - Спать? - возмутилась Лина. - Нет, я хочу ещё.

   - Ты моя ненасытная, - засмеялся Максимилиан, крепче прижимая к себе жену, которая легла на него и начала страстно покрывать его тело поцелуями.

   - Ты ошиблась, - хмуро произнёс Арес, смотря на свой недостроенный храм в Риме. Он обещал быть очень красивым, если бы не вмешательство вредной богини мудрости.

   Афина сделала вид, что не услышала слов давнего врага и направилась к своему алтарю, у которого столпились жрецы. Они возносили ей похвалу и благодарили за новую жизнь. Ей это нравилось.

   - Ты слышишь?! - крикнул Арес. - Афина, ты ошиблась! Твоя любимица просто так не уймётся, а Мойры...

   Но договорить богу войны не дал звук решающегося здания.

   - Ах ты стерва! - возмущённо закричал он, смотря на обломки своего храма. Конечно, ему уже начали возводить новый рядом с дворцом, но неприятно же!

   - Это твоя вина! Ты ошиблась!

   - Да Арес, - тихо ответила Афина, признавая свою вину и понимая, что бог вероломной войны действительно помогает ей. - Лина полюбила этот мир... и я недооценила эту любовь, ради которой смертные готовы совершать глупые поступки. Но мы не должны подпускать её к Алкмене. Она умрёт.

Лик Анастасия Владимировна

Нити Судеб

Пролог

— Она становится проблемой, — задумчиво произнёс Арес.

— Проблемой? — в голосе Афины слышалось неподдельное удивление.

— Ты знаешь о чём я. Нрав этой женщины слишком горяч и упрям, её желания очевидны.

— Очевидны…

Афина прошлась по балкону и бросила взгляд на цветущие сады и деревья, что раскинули свои кроны перед её храмом.

— Мойры высказали свою волю, но любовь Лины к сестре полководца слишком велика, она отказывается отступиться.

— Значит мы её заставим, — резко сказал Арес.

— Заставим? Ты плохо знаешь эту женщину…

Глава 1

Тёплая ночь окутала своим мягким пушистым одеялом спящий мир. Воздух был удивительно свежим и прозрачным, и, подняв глаза к небу, можно было увидеть глубокое чёрное небо, на котором как маленькие огоньки были рассыпаны миллиарды серебристых звёзд потрясающей красоты. Их и огромную луну, освещающую песчаный берег завоёванной римской земли.

Весна — прекрасная пора. Днём жители наслаждались тёплым солнцем, уже не таким жарким, как длинными, летними днями, но всё ещё ласковым и нежным. И только ночью, едва сумерки накроют древний город, опускалась приятная прохлада.

Дожди были явлением редким и непродолжительным, а ветер, дующий с моря, уже тёплый и весь народ с благодарностью принимали этот дар богов.

Их было двое. Двое связанные судьбой и идущих по одному пути. Греческий царь и простая женщина, изменившая всю его жизнь, и жизнь целой страны. И не было в мире более счастливых людей, резвящихся в воде как маленькие дети.

Звонкий смех разносился по пустому берегу, и он наверняка привлёк бы внимание путника, если бы он случайно оказался рядом, но его не было. А только две одинокие фигуры в бескрайнем море, на спокойной глади которого отражались миллиарды серебристых огоньков.

— Максимилиан! Так не честно! — смеялась девушка, когда мужчина вновь догнал её и поднял на руки, закружив в воде. Брызги от их игр, как маленькие жемчужины разлетались во все стороны, а мокрые золотистые волосы девушки жидким золотом спускались на её обнажённое тело.

— Милая, неужели ты думала, что сможешь скрыться от меня? — притворно удивился он, смотря в счастливые глаза жены, и убрал с её губ мокрую прядь волос. Конечно, Максимилиан всю свою жизнь провёл на берегу моря и плавал в разы лучше девушки из другого мира. Но Лина всё равно без устали убегала от своего мужа и каждый раз радовалась как дитя, очередному поражению.

Максимилиан смотрел на жену в своих руках и не мог поверить, насколько всё изменилось в его жизни. Совсем недавно мир был другим. Царь Греции и военный полководец, строгий, властный и холодный, который был известен миру, как решительный и жестокий правитель. Для него уже была выбрана жена, достойная стать матерью его детей, и вся его жизнь подчинена строгим правилам, признанным в обществе и статусу. Но Лина ворвалась в его жизнь как ураган и изменила всё, до чего смогла дотянуться, — царя и его страну.

Никому неизвестная, безродная девушка, появившаяся из ниоткуда, смогла завоевать не только холодное сердце Максимилиана, но всего греческого народа и не было в стране человека, не признавшего её. Немыслимо.

— Нет, так не честно. Ты сильный и грозный полководец, а я слабая женщина, — улыбнулась Лина, крепко обнимая мужа, и прижимаясь к его горячему телу. Она наслаждалась этим идеальным мужчиной, его сильными руками крепкими, как сталь мышцами, и тонула в его любви.

— Ты не устала? Завтра рано вставать…

— Как и всегда, — грустно улыбнулась она и посмотрела в тёмные глаза полководца. — Пошли…

Максимилиан аккуратно опустил в воду девушку, последний раз поцеловав её мягкие губы, и взял за руку, предлагая выходить на берег. Да, действительно пора уже заканчивать эти игры, на завтра было запланировано много дел.

Они молча вышли из воды и ночная прохлада нахлынула на разгорячённые и мокрые тела, напоминая о том, что лето ещё не пришло, а ночи прохладные. Максимилиан тут же накинул на плечи жены большой кусок льняной ткани, взятой с собой, и прижал к себе.

— Мне не холодно, — поспешила сказать она.

— Да? И поэтому ты дрожишь? — усмехнулся он, на что Лина только улыбнулась.

Она нежно отстранилась от мужа и потянулась за одеждой. Длинный традиционный хитон, красивого нежно-голубого цвета, мягкие сапожки на мокрые ножки, и накинула на плечи белый плащ, который очень хорошо согревал.

Лина улыбнулась своим мыслям. Белый плащ, символизирующий царскую власть, да и красный плащ генерала, так любимый Максимилианом, были невероятно удобными вещами. Ткань хоть и лёгкая, но прочная. В жару они защищали от солнца, но при этом хорошо пропускали воздух, а зимой — согревали. Плащ был достаточно большим, чтобы можно было закутаться в него целиком, или при необходимости сложить и повесить на одно плечо. Удивительно практичная и продуманная вещь.