"Фантастика 2024-154". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Барчук Павел - Страница 847

Каков мой ошейник? Это работа. Работа во благо человечества, попирая собственные и меняя годы прекрасной жизни на годы дикого существования на грани и смерти. По-другому не хочу и не умею. Почему-то не могу вспомнить того момента, когда именно эти принципы стали основными в жизни. Быть может я дурак и живу неправильно.

Что такое свобода и свободен ли я? В какой-то степени свободен. Могу идти в любую сторону и делать все, что пожелаю. Но только до того момента, когда мои действия не окажутся за рамками общепринятой морали. Когда действия выйдут за рамки – буду вне закона. Все еще свободен или уже нет? Скорее всего нет. Ведь я буду вынужден либо прогнутся под систему и сдаться правосудию или бороться с системой и автоматически попасть в рамки этой борьбы. А рамки – это уже ограничения. Любые рамки – ограничения. Не кури в общественном месте – уже ограничение свободы. Список ограничений настолько огромен, что не хватит жизни перечислить их.

Так что же получается? Существует ли свобода, за которую все так борются? Получают ли свободу те, кто тоталитарный режим на демократию? Мой ответ – НЕТ! Нет, потому что свободы не существует в принципе. Потому что жизнь в обществе – уже не свобода. Любое, даже самое малое ограничение сразу же прекращает твою свободу. Я сейчас говорил о свободе абсолютной. Увы, но ее нет.

Или свобода все-таки есть? Та, чьё имя анархия, или та, чье имя абсолютная. Анархию можно устроить. Нужно всего лишь на всего отменить все виды управления. Отсутствие власти, закона, денег, производства в конце концов. Интересная схема конечно, но как ей управлять? Анархия погубит нас окончательно и бесповоротно. Несколько лет или десятков лет, а затем полный крах… Так что же с абсолютной свободой? О, с этой дамой горазда проще. Нужно только одно условие – отсутствие общества. Одиночество даст абсолютную свободу. Только понравится ли она?

Почему свобода так много значит для нас? Хотя бы та, что у нас есть. До ужаса ограниченная, но все-таки условная свобода. Главное кричать на каждом углу – СВОБОДА! СВОБОДА! СВОБОДА! И плевать на то, что нет штанов, рожа в дерьме от чужих задниц, а в животе несколько дней не было куска хлеба. Чаще всего я наблюдаю именно такую свободу. Начиная с Кавказа и Востока, в который попал с самого начала службы и кончая Европой, в которой увидел тоже самое, но под другими лозунгами спустя год работы в разведке. Да, соглашусь, лозунги красивые; речи, произносимые еще краше, но ради чего? Смена одного режима на другой? Но смысл? Я видел, как живет страна с тоталитарным режимом. Один правитель, безжалостный тиран. Нет свободы слова. Нет права выбора. Нет права действия. Ты закован в жесткие рамки. Шаг в сторону – расстрел. Но зато какой у той страны был уровень жизни? Нет, союзу конечно такое и не снилось. Ну та бог с ним, с союзом. Я сейчас о другой стране. О той у которой народ получал все. И крышу над головой, и мирное небо, и дорогую машину, и черт возьми икру прямо на кусок масла, да таким толстым слоем, что это не слой а гора! Но что же в той стране захотел народ? Он захотел свободы. Свободы слова, свободы выбора, свободу действия. Народ ее получил. И пусть страна легла в руинах. Пусть вместо икры кусок сухого хлеба и глоток грязной водицы. Пусть все плохо, зато лозунг невыносимо красив и можно с гордо поднятой головой кричать заветное слово СВОБОДА…

Зачем менять шило на мыло? Шило оно крепкое и может делать дырки. Шило в хозяйстве пригодится. А что не так с мылом? Оно больше и вкусно пахнет. И ничего, что очень скоро мыло смоется с рук и его не останется. А затем и не останется приятного запаха…

Зачем менять одно устоявшееся на другое? Вот мой вопрос. Зачем? Нет хороших изменений. Все, которые я видел – только в худшую сторону. Есть конечно исключения, но они редкие. Помню где-то на востоке кричали: «Да здравствует демократия! Долой тиранию и диктатуру!». Все прекрасно помню. Так же помню, что с греческого демократия переводится как власть народа. Ох уж и смешные эти переводы. Глупо, очень глупо. И бессмысленно! О другом надо думать. Мир к лучшему вести, а не в пучину хаоса низвергать…

Я закрыл папку и защелкнул механизм. Очень интересная папочка. До ужаса. Первые секунды после ее открытия я скрипел зубами и мечтал убить ее создателя. Но потом поутих. Не стоит нервничать по пустякам. Мой псих все равно ничего не изменит…

Название у этой папки очень интересное: «Смена власти кратчайшими сроками. Как забрать деньги у бедных и отдать их богатым. Примеры, которые работают и непроверенные теории. Революция за три дня.». Автором текста является некий «Захаров А.В.». Прав Артем Кириенко – в очень непростую лабораторию мы забрались. Особенно если очень внимательно посмотреть представленный в папке текст. Одно предложение, а сколько становится явным! То предложение выглядит так: «Данные действия могут быть выполнены в установленный срок только при условии полного карт-бланша со стороны Высших». Кто же такие Высшие? Неужели это наши новые знакомые пернатые ангелочки? Скорее всего, кому как не им решать судьбу всего мира…

– Рожа у тебя такая словно хочешь убить всех присутствующих, а затем застрелиться… – пробормотал Мангуст, присев рядом. Глянув на папку в моих руках, спросил: – Что-то интересное вычитал?

Десять минут Мангуст изучал содержимое папки, показывая бешенную скорость беглого чтения. С каждой страницей он становился злее и качал головой. Хуже всего пошло на том разделе, где представлены примеры. Работающие и на реальных фактах.

– Так это что получается? – спросил он меня, когда закончил. – Все заранее обговаривается, а потом приводится в действие? Нет, я не готов к такому. Это уже торговля. Торговля территорией невзирая на живущий там народ.

Уфимцев и Кириенко вошли в комнату и подошли к нам.

– Ну и рожи у вас, парни! – рассмеялся Артем.

– Там очень интересное помещение нашли, – сказал Уфимцев. – Эксперименты над людьми и животными. Есть несколько чучел почти удавшихся опытов. Есть желание – сходите…

– Ты лучше это прочитай, – сказал Мангуст, протянув командиру папку.

Уфимцев и Кириенко прочитали название и переглянулись.

– Читали? – спросил Руслан.

Я и Мангуст одновременно кивнули.

Артем забрал папку, быстро просмотрел ее и подметил:

– Это новая версия, Седой. Более доработанная, похоже. Походу старик Захаров не успокоился и работал даже здесь. Вот же урод. Нужно было не спасать его, а привалить. Такая операция серьезная была и все из-за одного пенька…

– Нехорошая папка, – сказал Уфимцев. – Не стоило вам ее читать. Я вот не буду. Другим не давайте и сами забудьте. А лучше сожгите! – Уфимцев повернулся. В пяти метрах от него в кресле развалился Никита, который безмятежно смолит сигарету и смотрит в потолок.

– Эй, фитилек, – крикнул Уфимцев, выхватив папку из рук Артема. – Спорим папку на лету фаерболом не собьешь.

Папка отправилась в полет. Никита вяло повернул голову, выбросил руку в сторону летящего бумажного снаряда и огненный шар превратил папку в пепел.

– С кем споришь? – ухмыльнулся Никита. – Я бог огня…

– Бог бухла и никотина, – передразнил Артем.

– Это тоже, – согласился Никита.

– Нет папки, нет проблемы, – сказал Уфимцев, пожав плечами. – Так и будете хмурится или поможете? Осталось обыскать последний уровень убежища, а затем можно заняться поиском выхода на поверхность. Не забыли, что нам нужно избавиться от отряда ненавистных федералов?

– Я тебе избавлюсь! – оскалился Артём.

– Мы разведчики, – подмигнул мне Уфимцев. – Растворимся в темноте и ищи свищи…

Уфимцев и Кириенко ушли. Я лениво поднялся и пошел бродить по коридорам убежища. Наедине с дурацкими мыслями. Этот дурацкий бункер надоел до ужаса. Плохое место. Хочу на поверхность…

Размер убежища большой. У меня ушло семь часов на обход всех трех уровней. За это время не покидала мысль, что вскоре мы выберемся на поверхность.

Главный уровень, он же третий и последний, располагает в себе самые важные комнаты, кабинеты и лаборатории. В одной из них разрабатывался способ увеличения живых организмов. Попытка поиграть в богов потерпела крах. Три выдающихся чучела стоят на постаментах и показывают результат многолетней работы гения. Самый крупный – в середине. Бурый медвежонок пятиметрового роста. Стоит с гордо поднятой головой. Лапы и голова прикреплены к потолку с помощью тонких тросиков. Такая махина весит не менее трех тонн. Естественно при жизни. Выпотрошенный и высушенный полегче. Но без креплений не обойтись. На одном только постаменте чучелу не устоять. Отличительная черта чучела. Мгновенно бросающаяся в глаза – худоба. Медвежонок явно голодал. Организм не справился со стремительным ростом и животное погибло.