"Фантастика 2025-41". Компиляция. Книги 1-43 (СИ) - Парсиев Дмитрий - Страница 1189

— Сегодня у нас вводный урок, — объявил профессор Флитвик. — Я вам покажу чары, которые мы будем изучать в этом году. Целители, сядьте, пожалуйста, поближе к выходу, чтобы не отвлекать других.

— Спасибо, профессор, — улыбнулся Гарри, не ожидая сюрпризов от урока, поэтому слушал он краем уха, заполняя недозаполненную карту на первую пациентку в Хогвартсе.

— Ты чего это? — спросила Гермиона. — У нас нет обязанности вести документацию, ее здесь и нет почти.

— Социализм — это учет, — ответил мальчик старым лозунгом. — Это скорее для нас, чем для прокурора. Прокурором здесь, насколько я понял, работает магия, она к запятой не долюбится, а вот человеку свойственно забывать.

— Понятно, — кивнула девочка. — Надо с тетей девочки поговорить, объяснить, что ребенку надо знать, что ее любят. Посттравматика — не шутка, само не рассосется.

— А она нас не пошлет? — хмыкнул Гарри, дописывая предложение эпикриза.

— Не должна… — задумчиво протянула Гермиона. — Вот что, — решила она, — попросим мадам Помфри помочь.

Часть 15

Разговор решили не откладывать, и к мадам Помфри пришли сразу же после урока. Женщина скучала в пустом Больничном крыле, поэтому юным целителям обрадовалась. Пока Гарри объяснял, что такое посттравматика и во что она может вылиться, Гермиона напряженно думала, чтобы потом поинтересоваться:

— Мадам Помфри, а как у вас ведется медицинская документация?

— А это что такое? — с интересом поинтересовалась медиведьма.

— Это, например, карточки учеников и профессоров, частота обращения, анамнез, — начала перечислять девочка, но остановилась, видя полнейшее непонимание на лице мадам Помфри. — Поня-ятно, давайте тогда делать.

— Давайте, — улыбнулась женщина. — С чего начнем?

— Нам нужны карты на каждого ученика и профессора, мы их оформляем вот в такую папку, — почти не раздумывая, Гермиона трансфигурировала папку. — Сверху пишем «Хогвартс», дату поступления, имя, фамилию, факультет. Потом будем вкладывать листочки. Ну вот, например, Боунс, наша первая здесь пациентка.

Гермиона говорила часа полтора, объясняя принципы ведения документации, насколько важно проводить осмотры учеников, да и профессоров, как это может сохранить нервную систему док… целителя, да и ускорить оказание помощи. Мадам Помфри слушала сначала без интереса, а потом ее глаза загорелись, она поняла. Коварно улыбнувшись, она отошла к камину и с кем-то там переговорила, через несколько минут к ним присоединился высокий мужчина, украшенный бакенбардами и лимонного цвета мантией.

— Поппи, ты меня не разыгрываешь? — спросил мужчина. — Целители? — Дети показали кольца, на что мужчина вздохнул и представился: — Гиппократ Сметвик, Мунго.

— Здравствуйте, коллега, — улыбнулась Гермиона, Гарри же просто кивнул.

— Поппи мне рассказала, что у вас какие-то новые методы? — поинтересовался Гиппократ.

— Мы говорили о медицинской документации, — ответила Гермиона и повторила свою лекцию, в течение которой глаза целителя из Мунго становились все больше.

— Это прекрасная идея! — воскликнул он. — Просто великолепная! Для осмотра профессоров мы вам пошлем людей, а детей вы сами?

— Да, — кивнула целитель Грейнджер. — Только вопрос, как обеспечить сотрудничество детей и родителей, нам-то на вид одиннадцать.

— Все очень просто, — улыбнулся целитель. — Вам на осмотры дадим старящее зелье и форменные мантии. Будете выглядеть лет на двадцать пять и целителями Мунго. Проблем не возникнет.

— Какая хорошая мысль, — проговорил Гарри. — Эдак мы и брак закрепим…

— Все мальчики думают только об одном, — сообщила смеющимся взрослым Гермиона. — Гарри, гони мысли вверх.

— Ладно, — кивнул мальчик. — Мы пойдем? А то уже кишка с кишкою говорит, а гастрит — это не та радость, которую хочется заиметь.

— Доброго дня, коллеги, — пожелал им чем-то чрезвычайно довольный целитель Сметвик. — Да, Поппи, повезло, пожалуй… Так, я в Министерство.

Юные целители, зацепившись руками, отправились в свои покои, ибо требовалось поесть. Обед их ждал, поэтому, привычно уже проверив еду, Гермиона и Гарри принялись трапезничать, как мальчик назвал этот процесс.

— А почему «трапезничать»? — поинтересовалась Гермиона.

— Потому что кушаем медленно и печально, а не «слопай шаурму за полторы минуты», — ответил Гарри, тщательно пережевывая сегодняшний обед. — Кстати, правильно я понимаю, что с посттравматикой нам встречаться регулярно?

— В общем-то да, просто по времени, — девочка вздохнула, нехорошо подумав о волшебных коллегах. — Кстати, у зелененьких есть любимое оскорбление: «грязнокровка». Так вот, сравнивать цвет крови не надо, провокации, кстати, возможны. Ибо Слизерин при всей своей хитрости мозги включает не всегда, а у Гриффиндора они отключены принудительно. Плюс мы дедушке расклад сломали…

— Считаешь, у дедушки раскладец был? — спросил мирно жующий целитель.

— Просто по его реакции — как два туза на мизере прикупил[25], — Гермиона тепло улыбнулась мальчику. — Так что стоит ждать пакостей.

***

Юные целители изволили отдыхать после трапезы, позволив организмам переваривать обед, когда с хлопком появился причитающий эльф. Подхватив экстренную укладку, подлетевший Гарри протянул руку существу, чувствуя, как рядом пристраивается Гермиона. Что-либо понять из причитаний эльфа было невозможно, но, едва появившись в гостиной, Гарри увидел лежащего на полу первокурсника. Мальчик бился в судорогах, он явно только что избавился от пищи, лицо было отечным.

— Квинке, — констатировал Гарри, бросаясь к ребенку, раскрывая аптечку.

— Точно, — Гермиона кивнула, получив ответ от чар. — Антигистамин?

— Зелье может и не пройти, кстати, — целитель Поттер спокойно колол в вену. — Поэтому воткнем так и посмотрим на эффект.

— Могли и травануть, кстати, — заметила девочка и, заметив, что Гарри закончил: — Тинки! В Больничное крыло!

Инъекция оказала свое чудодейственное действие, поэтому, когда отек спал, юный целитель, как он выразился, «заполировал зельем». После чего начал заполнять карту мальчика, вписывая туда не только факт отравления, но и вещества, которыми был отравлен ребенок.

— Гермиона, я ошибаюсь, или вот эта штука запрещена? — потыкал пальцем юный целитель.

— Не ошибаешься, — улыбнулась девочка, читая эпикриз в перевернутом состоянии. — Ну что, идем на обострение с директором?

— А он тут при чем? — Гарри очень удивился.

— А отравители под его протекторатом, — хихикнула девочка. — Так что…

— Так вариантов нет, — заметил мальчик, глядя на свою Гермиону. — Или мы вызываем аврорат и занимаемся профилактикой, или у нас будет болеть попа. А ты от этого уже один раз закончилась[26], между прочим.

— Уговорил, — девочка, улыбаясь, обняла своего Гарри и сотворила целительские чары вызова авроров. Улыбка мадам Помфри стала шире, она предвкушала.

Через минуту в Больничном крыле оказались десяток авроров, директор Дамблдор и крючконосый профессор. Гарри начал с предъявления кольца, а потом молча протянул аврорам листы заключения. Медиведьма счастливо улыбалась, а Дамблдор зло смотрел на мальчика, которому на такие взгляды давно было наплевать.

— Вы уверены, целитель? — поинтересовался один из авроров, прочтя то, что там было написано.

— Вам поклясться? — немного ехидно поинтересовался Гарри.

— Пожалуй, не надо, — кивнул аврор, передавая листы коллегам. — Мы о вас слышали.

— Это недоразумение, — начал что-то говорить Альбус Дамблдор. Гермиона принюхалась.

— Держи его, — скомандовала она, на что Гарри, не рассуждая, просто обездвижил директора. Гермиона подошла и еще раз понюхала, выразительно шевеля носом. Авроры наблюдали за ней с нескрываемым удивлением. — Запах ацетона, — пояснила девочка.

— Будем лечить, — кивнул Гарри. — Сахар крови чарами?

— Ого, — удивилась девочка, прочитав ответ чар. — Как только в кому не влетел, везунчик.