"Фантастика 2025-41". Компиляция. Книги 1-43 (СИ) - Парсиев Дмитрий - Страница 1316

Змей долго приглядывался к девочкам, но наконец не выдержал, на пробу тихо высказавшись матом на тему того, что некоторые хорошо прячутся. Заметив улыбки девочек, товарищ старший лейтенант понял, что не ошибся, и стал выжидательно наблюдать, ожидая хода дам. Катя явно задумалась, оценивающе поглядывая на мальчика, впрочем уже все было ясно. Русский мат даже с английским акцентом послужил отличной визитной карточкой.

— Змей? — поинтересовалась Катя, внимательно наблюдая за реакциями обоих мальчиков.

— В канале, — ответил товарищ старший лейтенант. — Товарищ капитан?

— Она самая, кто с тобой? — поинтересовалась девочка, расслабившись.

— Лис, а с тобой Лира? — ответил Змей.

— Как ты только догадался? — кивнула Вика, очень по-доброму улыбнувшись. — Хорошо, что вы здесь, мальчики. Я вам сейчас все расскажу.

— Конечно, хорошо, что мы здесь, — ухмыльнулся Лис. — А вот кому-то будет плохо. И больно.

— Не поубивай там никого, — попросил Саша боевого товарища. — А то морока с трупами будет.

— Мухтар постарается, — кивнул товарищ лейтенант из племени летучих мышей. — Рассказывайте, Виктория Викторовна.

— Запомнил, надо же, — поразилась Вика. — Ну, слушайте. Мы с вами оказались в детской книжке, написанной англичанкой в состоянии депрессии, а не под ЛСД, как можно подумать, читая эту историю. Ты, Змей, тут Избранный, отсюда все твои проблемы. Нас всех будут стараться закончить достаточно много и часто, поэтому надо разработать план, причем такой, чтобы мы в конце концов никого из родителей не пристукнули. Предложения будут?

— На деле жизнь не книжка, — заметила Катя. — И первые расхождения есть, например, я в книжке училась у воронов, а здесь — у львов. Причем только по той причине, что хотела рыжиков поближе посмотреть.

— У Луны была тяжелая посттравматика, — пояснила Вика, приобняв подругу. — Поэтому крыша улетела еще в девять лет.

— И никто не помог? — поразился Змей. — Родители там, родственники, врачи, наконец!

— Им пофигу, по-моему, — вздохнула Катя. — Потому девочка ушла, а вот Гермиону почему-то хотели именно убрать.

— Разберемся, — кивнул Змей. — Когда-то давно в двенадцать лет ничего не умеющие пацаны и девчонки немцам прикурить давали, а нас-то долго и очень специально учили. Хотя силы в теле нет, но сила не главное.

— Далее, ребята, через неделю, много — две, надо встретиться, — проговорила Катя. — Можно у меня. Как раз дометелите родных и близких.

— Договорились, — Лис согласно покивал, у него планов было много. Особенно на родных и близких, впрочем, этого еще не знавших.

Поезд двигался в сторону Лондона, а в нем сидело четверо офицеров, ставших детьми внешне, но остававшихся все такими же хорошо обученными людьми внутри. Кого-то ждали неприятные сюрпризы… А пока поезд шел, они делились мнениями и строили планы.

— Правильно ли я понял, товарищи офицеры, — поинтересовался Змей, выходя из вагона и подавая руку девочкам. — Что ближайшие часы у всех нас будут динамичными? Лира, тебя подстраховать?

— Ну ты что? — картинно удивилась Вика. — Разве ж я не смогу сама вырвать яйца любимому папочке?

— Логично, — кивнул Лис. — Змей, через неделю, или, если закончишь раньше, то раньше…

— Да понял я, понял, — хмыкнул старший лейтенант Сидоров. — Ну что, пошли наносить справедливость?

— Давно пора, — прошептала медленно звереющая Виктория Викторовна. — Щ-щ-щас-с-с нанес-с-су.

— Шипит-то как, заслушаешься, — прокомментировал Змей. — Ладно, всем удачи и до связи.

Девочки и мальчики обнялись на прощание, потом Змей и Вика улыбнулись друг другу и сделали шаг через барьер. Своего хряка, носящего кличку «опекун», товарищ старший лейтенант увидел сразу, и так по-доброму улыбнулся, что пивший пиво неподалеку молодой человек подавился и залил себе одежду, да и хряка проняло. В маленьких поросячьих глазках появился какой-то намек на страх. Впрочем, этот намек быстро исчез, сундук мальчика оказался в багажнике, а сам Змей в автомобиле. Дядя всю дорогу рассказывал, что он сделает с «проклятым мальчишкой» летом, а вот вышеуказанный только улыбался. Желание завалить дядю росло обратно пропорционально расстоянию до конечной точки путешествия, так что, когда хряк припарковался, Змей уже был в тонусе. Поэтому ни сделать, ни сказать что-либо хряк не успел: племянник взял дядюшку двумя пальчиками за руку и повел повизгивавшего Вернона в дом. Все-таки бить того на улице было неправильно.

Через полчаса необычно молчаливый Вернон Дурсль отправился в больницу. У него были сломаны обе руки и ноги в суставах, что доставляло мужчине сильную боль, вот только говорить, да и кричать он почему-то не мог, что вызвало серьезную панику у Вернона. Он и не подозревал, что его вечно забитый племянник способен на такое. Не подозревала и Петунья, впервые увидевшая действительное буйство магии, а не стихийный выброс недокормленного мальчишки. И вот когда скорая отъехала от дома, Гарри Поттер повернулся к тетушке и улыбнулся так, что та упала в обморок.

— Итак, Дурсли — крестик, — спокойно произнес Змей, но потом увидел Дадли, и его улыбка стала шире. Дадли не зря был малолетним хулиганом, поэтому опасность почувствовал сразу, забаррикадировавшись в своей комнате.

На следующий день Петунья узнала, что у нее хрупкие кости. Она только хотела ударить племянника палкой, и в этот момент рука возьми, да и сломайся. А вот Змей крутил в руке бейсбольную биту, которую тетушка нежно назвала «палка». Поэтому тетушка уехала в больницу, лечиться, и товарищ старший лейтенант, все еще желающий кого-нибудь убить, остался один. Дадли считать не стоило — он из комнаты выходил только ночью, когда Змей спал. Правда сам Александр не мог объяснить причину своей агрессии, как-то не принято впадать в такую ярость у летучих мышей. А ровно через неделю Змей отправился в гости, прихватив биту и забыв палочку, не воспринимаемую им как оружие.

Ксено в этот раз дочь даже не встретил, погружаясь все глубже в свое горе и потихоньку сходя с ума. Он сидел на диване в гостиной, неотрывно глядя на фотографию жены, когда Катя вошла в дом. Увидев эту сцену, девочка достала палочку, скомандовав Агуаменти, и облила мистера Лавгуда водой с головы до ног, выведя из состояния апатии.

— В чем дело! — вскричал Ксено от неожиданности и только после этого увидел дочь, смотревшую на него с каким-то странным выражением лица, напоминающем брезгливость.

— Взрослый мужчина ведет себя как девочка, — скривившись, сообщила товарищ капитан. — Еще и дочь винит в смерти жены. Истинно мужское поведение.

— Но, луковка, я никогда… — попытался что-то сказать мистер Лавгуд, но дочь будто не слышала его.

— Интересно, что тебе скажет мамочка, когда ты решишь к ней уйти? — задумчиво произнесла девочка. — Наверное, это будет «молодец»? Она тебе будет благодарна за то, что оставил дочь совсем одну?

— Луна… Почему ты так говоришь? — пораженно спросил Ксено, вглядываясь в дочь.

— Ты меня убил, папочка, — улыбнулась Катя. — Я начала думать, что ты меня винишь в смерти мамы и ушла, но меня вернули, чтобы дать! Тебе! Шанс! — закричала она.

— Прости меня, луковка, — мистер Лавгуд внезапно опустился на колени. Он знал, он чувствовал, что все сказанное доченькой правда. Луна сделала несколько шагов к отцу, была схвачена им в охапку и… Ксено целовал свою дочь, обещая, что больше никогда-никогда, потому что он ее очень любит и просит не уходить…

Неожиданно для себя мистер Лавгуд понял, что чуть не натворил. Ему стало стыдно и страшно, поэтому этим летом он старательно убеждал дочь в том, что у нее есть папа, который любит ее.

Часть 4

Невилл не мог поверить своим ушам. Его бабушка, человек, которого он почти боготворил, которому верил, как себе, она… просто отмахнулась. Как она могла не видеть этой боли в глазах внука, этой тоски и даже едва заметной седины? Как? Что произошло? Неужели то, что бабушка всегда была рядом, он себе придумал?