"Фантастика 2025-41". Компиляция. Книги 1-43 (СИ) - Парсиев Дмитрий - Страница 1342

— Что ты такое говоришь, Альбус? — удивленно спросила женщина. Очнулась она только в Мунго.

— А-а-а-а-а! Секо-секо-секо! Ступефай! — и еще с десяток различных чар полетели в нее. От некоторых женщина едва успела закрыться, а от некоторых — нет, вызвав аврорат. Для Минервы был совершенно очевиден факт того, что место Альбуса занял Пожиратель под оборотным, поэтому, пока не явились доблестные авроры, в директорской башенке кипел бой. В результате оба бойца оказались в Мунго. Вопрос, «с чего вдруг директор и его заместитель вцепились друг в друга», бравые авроры оставили целителям.

Происходящее в школе уже вышло на какой-то совсем непонятный уровень, в связи с чем в школе было принято решение выставить постоянный пост, чтобы правоохранители не бегали туда-сюда. Подсуетился и Мунго, усилив Больничное Крыло целителем, на всякий случай, а мадам Вектор, поставленная на место заместителя директора, пыталась хоть чем-то занять первые два курса, лишившиеся большей части профессоров. Так в расписании первого курса отважных появились Предсказания. О том, что зря она так, мадам Вектор узнала после первого же занятия, что вызвало истерику женщины с последующей госпитализацией.

Переговорив с мадам Спраут, Филиус Флитвик решил, что детям надо отдохнуть, а школе где-то найти профессоров, ибо в противном случае стоит поискать другое рабочее место. Мадам Спраут очень любила своих барсуков, при этом отказываясь любить весь Хогвартс. Поэтому с первого октября были объявлены каникулы до января. Каникулы очень порадовали всех, кроме Гермионы, расставаться с друзьями не желавшей. Как позже оказалось, это событие очень не порадовало Попечительсткий совет, из-за чего уже объявленные каникулы были отменены тридцатого сентября, что радости и любви у школьников, уже запланировавших много чего гораздо более интересного, чем школа, не добавило.

Вера Митрофановна и Сашка, воспользовавшись тем, что их воинство уже крепко спало, сидели в гостиной. На повестке дня наличествовал один очень серьезный вопрос, который надо было решить. Это был финансовый вопрос, потому что несмотря ни на что, семья была бедной, а жить на ворованные девочка брезговала.

— Давай подумаем, — задумчиво произнесла Вера Митрофановна. — Зарабатывать мы еще не можем по причине возраста, так? — и сама же себе ответила: — Так… Значит, надо «продать что-нибудь ненужное». Товарищ прапорщик, тебе вопрос, как эксперту: где можно найти ненужное, которому можно приделать ноги, желательно, наши?

— Как прапорщик, так сразу эксперт по приделыванию ног! — деланно обиделся Сашка.

— А если серьезно? — поинтересовалась девочка. — У нас большая семья, денег нет, сам знаешь, живем мы откровенно бедно, что там дома можно сделать, я еще подумаю, но и нам уже шевелиться надо.

— Если серьезно… — задумчиво проговорил товарищ прапорщик. — Варианта мне видится три: во-первых, антиквариат из комнаты потерянных или забытых вещей, его, по идее, можно толкнуть, вот только… Хм… Воровством попахивает, — признался Сашка. — Во-вторых, это сброшенные элементы того, кто в этом году продолжает мирно спать. А в-третьих — сбор всяких ингредиентов в лесу. И, на мой взгляд, это все.

— Воровством, говоришь… — задумчиво произнесла Вера Митрофановна. — Если вещи забыты на десять лет, то считаем бесхозными, — решила она. — Бесхозные можно найти и продать, вопрос, кому?

— Маме написать надо, — ответил Вронский. — Насчет других вариантов, кстати, тоже. Учитывая, что по безопасности они так себе.

— Значит, так и решим, — кивнула девочка. — Теперь насущные проблемы — нужно с нашими проводить уроки санпросвета и в принципе: по традициям, законам и тому подобное, поэтому надо организовать тех, кто в этом разбирается, и обустроить классы.

— Ну, санпросвет на тебе, — констатировал мальчик, что-то записывая на лист пергамента. — На традиции я организую своих, а вот по законам у нас знатока нет, а это значит что?

— Надо изучать самим, — вздохнула Вера Митрофановна. Внезапно в ее голове появилась мысль, решавшая несколько проблем сразу. — Сашка, а давай Гермионе и Гарри поручим?

— Это их сплотит… — задумчиво проговорил товарищ прапорщик. — И еще строевой подготовкой надо заняться. Типа «кто шагает дружно в ряд? Гриффиндорский наш отряд…»

— Хорошая мысль, — согласилась девочка, после чего было решено закруглиться. Спать хотелось уже неимоверно.

Утром, после привычных уже процедур, товарищи командиры объявили о расписании на сегодня. После уроков планировались занятия. Девочки первого курса и весь второй курс привычно-внимательно слушали, что им говорят. Ходить строем, вместе заниматься, не думать и ни за что не отвечать так понравилось детям, что они довольно быстро втянулись. Зарядка, иногда и пробежка (у мальчиков), бег по ступенькам (у всех) меняли тела, повышая выносливость и прививая привычку. Очень полезную, с точки зрения военных.

От урока Прорицаний Вера Митрофановна не ждала особых сюрпризов, считая эту науку шарлатанством, но вот увиденное ею моментально привело девочку в состояние агрессии. Веревочная лестница на второй этаж проблемой не была, если бы не воспоминание о «традициях», озвученное когда-то мамой Молли. Это воспоминание подтверждалось тем, как одевалась Луна до встречи с ними, поэтому Вера Митрофановна представила вид снизу у девочек, следующих «традициям». Да и в белье так себе была картина, конечно. Посчитав, что в одиннадцать лет такой санпросвет — это лишнее, девочка приказала своему отряду возвращаться в гостиную, а сама, пользуясь тем, что носила камуфляж, наплевав на все требования юбки, скинула мантию и полезла наверх.

— Значит, вам нравится унижать девочек? — сходу поинтересовалась она у профессора, рядом с которой можно было вешать табличку «огнеопасно». — Может быть, вы — скрытый Пожиратель? — логика этой фразы была бы непонятна любому, кто не общался с особистами. Первый курс мальчиков факультета смелых и отважных моментально посыпался вниз, произведя сложный тактический прием — отступление. Слизерина на занятии не было, что было очень неплохо, по мнению девочки, ибо свой интеллект зеленый факультет уже продемонстрировал.

— Мой третий глаз! Я все вижу! — закричала пытавшаяся открыть второй мадам Трелони, выдав при этом мощный выхлоп. Проследив глазами за моментально заспиртованной прямо в полете мухой, Вера Митрофановна тяжело вздохнула, доставая нож. Профессор завизжала и бросилась к окну, через которое и вышла. Видимо, ей привиделось что-то специфическое, потому что женщина летела вниз, пытаясь махать руками. Мантия на ней стала неким подобием параплана, поэтому летела профессор не строго вниз, а смещалась куда-то в сторону озера. Мысленно пожелав ей удачи, Вера Митрофановна решила вернуться в гостиную, не зная, что мальчики ее курса уже устроили панику на временном посту аврората. Веселье в школе продолжалось.

Что-либо скрывать от Гарри и Луны, ставших уже членами семьи, Вера Митрофановна не считала нужным. А где Гарри, там и Гермиона. Поэтому пока девочки и мальчики факультета занимались по озвученному плану, Сашка принялся объяснять, зачем они тут собрались. Гермиона привыкала к тому, что вокруг друзья и… Гарри, а также к тому, что право на свое мнение не нужно пытаться навязать или выгрызть.

— Семья Уизли — бедная семья, и от этого никуда не денешься, — сообщил Сашка. — Вопрос о половой грамотности Артура Уизли, в частности, знаниях о средствах контрацепции оставим, как не имеющий отношения к делу, — на словах о контрацептивах, Гермиона густо покраснела. — Но нам нужно подумать, как обеспечить семью, раз у взрослых это не получается.

— Но я же… У меня же… — Гарри не понимал, в чем проблема, у него был целый сейф золота, мальчик сам это видел.

— Нет, Гарри, — мягко вступила Вера Митрофановна. — Деньги в твоем сейфе оставили тебе твои родители для того, чтобы ты выучился и мог создать свою семью, понимаешь? Их трогать нельзя, кроме случая, когда будет совсем плохо.