Запретный плод (ЛП) - Ричардсон Аманда - Страница 32

— Я забочусь о тебе и не могу удержаться от чрезмерной опеки, — добавляет он.

Его глаза пронзают меня, когда он смотрит вниз, и меня обдает белым жаром, когда его большой палец, держащийся за край стола, к которому я прислонилась, касается моего бедра.

— Лиам.

— Ты моя, чтобы защищать. Позволь мне сделать это для тебя, Зои.

— Мне надоело быть обузой, — шепчу я, и алкоголь сжигает все колебания и догадки, пока не остается только суровая правда.

Он слегка отодвигается, и его теплая большая рука оказывается на моем голом бедре. А затем... он пробирается вверх на пару дюймов.

Внутри меня вспыхивает пламя, и с губ срывается вздох.

— Присматривать за тобой - не бремя. Это привилегия, — медленно говорит он, убирая руку.

Моя рука вырывается и захватывает его, и, пока его глаза вспыхивают, я пытаюсь передать, что хочу, чтобы он продолжал, чтобы продолжал прикасаться ко мне.

Я хочу, чтобы он пошел дальше, за пределы моего мокрого белья.

Я хочу, чтобы он почувствовал, насколько я промокла от его прикосновений.

Однако вместо того, чтобы отодвинуться, его губы слегка подергиваются, и он качает головой.

— Если бы я хотел продолжать, я бы продолжил.

Я хнычу от его доминирования, и он продолжает.

— Ты можешь думать, что контролируешь ситуацию, но позволь мне прояснить одну вещь, — говорит он, и моя хватка на его руке усиливается. — Не тебе решать, когда мы пересечем эту черту. Это делаю я.

Его манера говорить только разжигает мое желание. Неужели в нем проявляется сторона Доминанта? Вот как это будет с ним? Я чуть не промочила белье при одной мысли об этом.

Мне нужно это - мне нужен он.

Он отходит, и его дерзкое выражение лица сменяется торжественным.

— Сегодняшний день тяжел для нас обоих, и я не хочу совершить какую-нибудь глупость.

Его глаза на секунду встречаются с моими, прежде чем он качает головой. — Мы не сможем избежать горя таким образом, Зои.

— Почему нет? — спрашиваю я, мой голос срывается. Внутри меня что-то трещит, выплескивая горе, пережитое ранее. Я знаю, что слезы придут раньше, чем я смогу их почувствовать, и его отказ не помогает. — Разве ты не можешь сказать, как сильно я хочу тебя...

— Прекрати, — рычит он, сузив глаза. — Ты пьяна. Я не хочу, чтобы ты пожалела об этом завтра, хорошо?

Как в прошлый раз?

Вот только... я ни о чем не жалела.

— Не буду, — протестую я, давая волю рыданиям.

Лиам вздыхает и выглядит искренне обеспокоенным.

— Я вижу боль, написанную на твоем лице. Я не хочу отвлекать тебя. И как бы я ни хотел… — Он проводит рукой по губам. — Это не то, что тебе нужно.

Мне хочется кричать и кричать, как капризный ребенок, что это то, что мне нужно, то, чего я хочу, и идеальный способ отвлечь меня от свидания, но я знаю, что он прав. Если бы я сказала ему об этом, я бы только подтвердила его правоту.

Я потираю щеки, делая пару успокаивающих вдохов.

— Ты так много даешь, но иногда и так много берешь. Говоришь такие вещи, показываешь большой палец... а потом отрываешь его. — Я отталкиваюсь от стола и скрещиваю руки. — Или оставь меня в покое, или сделай что-нибудь с тем, что между нами. Я в порядке. Я могу о себе позаботиться. Мне становится слишком тяжело находиться рядом с тобой, когда... — Я заикаюсь, когда по моему лицу стекает одна слезинка.

Когда я влюбляюсь в тебя.

Когда я так сильно хочу тебя.

Когда я не совсем понимаю, что ты чувствуешь.

— Ты не сможешь меня обмануть, Зои, — мягко говорит Лиам. — Я знаю этот взгляд в твоих глазах. Тот, который говорит о том, что ты пытаешься быть сильной, хотя внутри разваливаешься на части.

Черт.

Его слова пронзают меня насквозь, расстегивая молнию на той части моей души, которую знает только он.

Я начинаю опускаться на землю, но руки Лиама успевают подхватить меня до того, как я падаю, и обнимают меня, пока я плачу.

— Я не могу оставить тебя одну, — говорит он мне в волосы, и страдание в его голосе заставляет меня плакать еще сильнее. Его рука тянется к моим волосам, и он проводит пальцами по прядям. — Я не могу стоять в стороне и смотреть, как ты страдаешь в одиночестве,— заканчивает он, его слова звучат решительно.

Мои слезы стихают, пока он держит меня, и когда я вытираю лицо, то понимаю, что после слез мне становится намного легче. Мне все еще больно - боль от потери родителей словно зияющая рана. Но сейчас, после ночи выпивки и слез, после того как я все выложила на стол... я чувствую себя... почти в порядке.

— Пойдем домой, — говорит Лиам, отстраняясь.

Его рука касается моей щеки, и когда его глаза находят мои, его озадаченное выражение повторяет мое собственное.

ДЕСЯТАЯ ГЛАВА

СОВЕТ

Лиам

Три недели спустя

— За кризис среднего возраста у Лиама, — говорит Чейз, на его губах появляется ехидная улыбка.

Я хмурюсь и смешиваю свое пиво с его виски и содовой водой Ориона, сожалея о том, что решил пойти в новый клуб Ориона с двумя моими младшими братьями. Но я почти не вижу Чейза с тех пор, как он и его жена Джульетта переехали в Северную Калифорнию.

— Отвали, — ворчу я. — И что, собственно, это за кризис среднего возраста, о котором ты говоришь?

— Ну да, об этом… — бормочет Орион, глядя на Чейза, а затем снова поворачивается ко мне с извиняющейся ухмылкой. Его рука небрежно перекинута через спинку VIP-кабинки, одна нога скрещена с другой, демонстрируя дыры на джинсах и кроссовках. Полагаю, если вы купили за наличные целую франшизу, включающую этот бар, вы можете носить все, что хотите. — Он все знает.

Я напрягаюсь, поджав губы. — Ты должен быть более конкретным.

Не может быть, чтобы они знали о Каталине, верно?

— Я знаю о викторине, — говорит Чейз низким голосом.

А.

Он наклоняется вперед на своем месте через стол от меня. В отличие от Ориона, он одет в темно-синий костюм-тройку, который, я уверена, обошелся ему дороже, чем большинство людей зарабатывают за месяц.

Я бросаю взгляд на Ориона, делая большой глоток пива. — Вот тебе и договор.

— Он спросил, как дела, и я ответил, что ты тоскуешь по своей подопечной и борешься со своей доминирующей стороной...

— Ладно, хватит, — рявкнул я, используя свой старший братский голос.

— Вот почему я пригласил его, — уверенно говорит Чейз, жестом указывая на Ориона. — Подумал, что ты можешь спросить нас о чем угодно. Ну, знаешь, как два других Доминанта в семье.

Замечательно.

Обычная семейная встреча, на которой мы обсуждаем БДСМ и секс.

— А я-то думал, что мои два младших брата хотят меня видеть, — улыбаясь, поддразниваю я. Но ничего не могу поделать с тем, что мой интерес разгорелся. Несмотря на мои собственные исследования, многое в этом стиле жизни все еще сбивает меня с толку.

Может быть, они в чем-то правы.

Может быть, они смогут прояснить некоторые из моих вопросов.

— Итак, Зои - сабмиссив, — констатирует Орион. — И как ты себя при этом чувствуешь?

Я хмыкаю. — Всевозможные вещи, которые я не должен чувствовать.

Чейз хихикает. — Звучит примерно так.

Я смотрю на своего второго младшего брата, делая очередной глоток пива. — Как ты... и Джульетта...

Должен ли я спрашивать его?

Но он не колеблется. Он прочищает горло и опускает пустой бокал.

— Мы были как бы противоположностью тебя и Зои. Я знал, что я Дом, а она открыла свою покорную сторону через меня.

Я впитываю его слова, уже зная суть того, как они оказались вместе. Затем я перевожу взгляд на Ориона.

— А ты? Есть ли кто-то...?

Мой вопрос должен быть открытым.

Орион смотрит на свой почти полный стакан содовой воды. Его палец проводит по ободку хрустального бокала, и все его поведение, кажется, меняется.

— Нет, — говорит он, и на его губах появляется небольшая улыбка. — Это только для меня.

— Когда-нибудь, — предлагает Чейз.