Скрытые шрамы (ЛП) - Ричардсон Аманда - Страница 48

Я сильнее сжимаю глаза, и из них вытекает слеза. Он никогда не узнает, что я нашла кольцо и что я так горько ревную, что мне кажется, будто могу слечь у его ног.

Когда я открываю глаза, его плечи вздымаются, когда он дышит, а его глаза встречаются с моими. И там, в его потемневших зрачках, в том, как его веки опускаются чуть ниже, когда он обводит взглядом мое лицо, я вижу это.

За его напряженным выражением лица что-то мелькнуло.

Не задумываясь, я встаю на цыпочки, тянусь к его шее и притягиваю его к себе для поцелуя.

Он спотыкается, застигнутый врасплох. Одна его рука ложится на мою талию, а другая тянется к моему лицу, чтобы притянуть меня ближе. И как раз в тот момент, когда я ожидаю, что он оттолкнет меня, рука на моей талии грубо - почти неистово - притягивает меня к его телу, и он целует меня в ответ.

В тот же миг мой рот открывается, руки дрожат, колени трясутся, и его язык проникает в мой рот. Он резко вдыхает, я стону. Шок от его поцелуя и от того, насколько правильным он кажется, просто опьяняет.

Боль внутри меня превращается в жгучую боль, и мне становится дурно.

Он выбрал кольцо для другой - он собирается попросить кого-то другого выйти за него замуж. И самое ужасное, что я снова и снова отталкивала его, так почему же я удивлена?

Почему такой человек, как он, очаровательный, красивый, харизматичный, веселый, властный и добрый, остается холостяком?

Возможно, у меня есть к нему чувства - чувства, которые я не хочу признавать, - но я не имею на него никаких прав.

А может, и никогда не имела.

— Лейла, — шепчет он, его дыхание обжигает мое ухо.

— Не останавливайся, — хнычу я, притягивая его лицо к своему и снова целуя его. Он не останавливает меня, вместо этого позволяя своим губам снова захватить мои - на этот раз более требовательно. Наказание. Почти до синяков.

Он ведет меня обратно к кровати, и я кладу руку ему на грудь, чувствуя, как его сердце быстро бьется о ребра. Прикасаясь ко мне с требовательным мастерством, он проводит кончиками мозолистых пальцев по моей чувствительной коже, спускаясь по рукам, а затем возвращаясь к талии. Я задыхаюсь и отстраняюсь, когда его вторая рука оказывается на одной из моих грудей и сжимает ее, издавая низкий, собственнический рык. Мое тело превращается в желе, когда одна из его рук проникает под мой топ, а когда он прижимает свои бедра к моему тазу, я в шоке чувствую, как его твердая длина упирается мне в живот.

Это нормально, совершенно нормально. Я целуюсь со своим сводным братом...

Тяжелая, виноватая мысль проникает в мое сознание, когда Орион снова застонал, положив обе руки на мою талию и сжав ее.

Я ожидаю полной моногамии, пока мы занимаемся этим. Я буду придерживаться тех же правил.

Как только я это подумала, Орион отстраняется и делает шаг назад. Дрожь восторга - или, возможно, адреналина - заставляет меня вздрогнуть и прикоснуться пальцами к губам. Мои глаза находят глаза Ориона. Он тяжело дышит, а его глаза почти черные от возбуждения. Кровь стучит в моем мозгу, пока я пытаюсь перевести дыхание, и, если судить по его дикому выражению лица, он делает то же самое.

— Мне очень жаль. Я не... мы не должны...

— И почему же? — спросил он почти с болью.

Я наклоняю голову в замешательстве.

— Потому что ты встречаешься с другим, и я тоже.

Его глаза слегка сужаются.

— Тогда почему ты меня поцеловала?

Я скрещиваю руки, так как глаза начинают щипать от слез. — Я не знаю. Почему ты поцеловал меня на репетиции свадьбы Зои и Лиама?

На его лице появляется обиженное выражение, и он проводит рукой по волосам. Он смеется, но это не добрый смех. Вместо этого кажется, что он злится.

Как будто я каким-то образом должна знать ответ.

— Оставайся, сколько хочешь, — говорит он. — Но я не могу сейчас находиться с тобой в одной комнате.

Он быстро разворачивается и выходит из моей комнаты.

В прошлый раз он тоже ушел.

Я стою в ошеломленном молчании несколько минут, выходя из ступора только тогда, когда Воробей начинает мяукать и петлять между моих ног.

Что, черт возьми, со мной происходит?

Я нахожу обручальное кольцо и выхожу из себя, а потом решаю решить проблему, поцеловав Ориона?

Я хватаю сумочку и ключи, выхожу в коридор и наступаю в босоножки. Как раз когда я нажимаю на кнопку лифта, Орион выходит из-за угла и останавливается, увидев меня.

— Мне нужен свежий воздух, — говорю я ему, сильнее нажимая на кнопку.

— В такую погоду? — спрашивает он, скрещивая руки и хмурясь.

Я игнорирую его вопрос. — Я скоро вернусь.

— Отлично. Увидимся позже, — говорит он, глядя на меня. Его голос холодный. Недружелюбный. Но в его глазах что-то есть, какая-то обида, предательство или...

Я с ужасом узнаю выражение его лица.

Страх.

В его глазах сверкает яркий страх.

Лифт останавливается , и двери раздвигаются.

— Да. Увидимся позже, — бормочу я, сохраняя зрительный контакт, пока двери не захлопываются.

ГЛАВА 18

Осознание

Орион

Шесть месяцев назад

Все хлопают, когда я заканчиваю свою речь шафера. Лиам похлопывает меня по спине, поднимает свое шампанское за мою воду, и мы пьем за его предстоящую свадьбу с восхитительной Зои, которая смотрит на меня туманными глазами.

— Спасибо, — говорит она, улыбаясь и поднимая свой бокал с места, где она сидит рядом с Лиамом. Свадьба состоится завтра, и пока я оглядываю своих братьев и их супругов - за исключением Кая, который, вероятно, навсегда будет принадлежать Богу, - во мне проскальзывает что-то пустое и не приносящее удовлетворения. Не то чтобы я хотел жениться завтра, но мне хотелось бы когда-нибудь исполнить эту песню и танец с кем-нибудь. Я бы хотел устроить репетиционный ужин, на котором все будут смеяться, и мы сможем шутить и быть семьей.

Я сажусь рядом с Лиамом и заставляю себя не смотреть через стол, но это неважно. Когда речь идет о моей сводной сестре, не имеет значения, как сильно я стараюсь держаться подальше.

Это никогда не срабатывает.

Я смотрю на нее и позволяю глазам впитать все. Она разговаривает с Джульеттой, сидящей рядом с Чейзом, ее мужем и моим братом. Стелла, жена Майлза, сидит по другую сторону от нее, и они втроем болтают так, будто все они лучшие друзья. Лейла откидывает голову назад и смеется, и только через секунду я понимаю, что все трое держат в руках рюмки с текилой. Улыбка играет на моих губах, когда я смотрю, как Лейла слизывает соль со своей руки. Она подносит маленький стаканчик с янтарной жидкостью ко рту и опрокидывает его обратно, не подавая виду, даже когда сосет лайм.

— Лейла - чертова суперзвезда, — говорит Стелла с британским акцентом.

Лейла ухмыляется. —Я умею держать себя в руках... в отличие от тебя, похоже.

Стелла хлопает ее по плечу, после чего все трое дружно смеются.

— Еще, — говорит Джульетта, поднимая рюмку.

— Хорошо, что ты живешь так далеко. Ты оказываешь дурное влияние, — говорит Стелла, и они втроем выпивают еще по рюмке.

— Что-нибудь интересное попалось на глаза? — спрашивает Чейз, схватив стул и переместившись между мной и Лиамом за последние двадцать секунд.

— Отвали, — бормочу я, потягивая свою воду.

— Приятно видеть их всех вместе, понимаешь?

Мы смотрим, как Зои подходит к Лейле, Стелле и Джульетте. Они вчетвером делают еще один кадр, и я представляю себе будущее, в котором все четверо будут невестками.

Вот только этого никогда не случится.

Неважно, как сильно я этого хочу и как часто мечтаю о том дне, когда Лейла посмотрит на меня не с презрением.

Я никогда не буду ей нужен таким.

Я не сплю по ночам, зная, что она понятия не имеет, почему - по настоящей причине - я прервал ее прослушивание в Парижской школе балета. Если она возненавидит меня навсегда, то пусть так и будет. По крайней мере, ей никогда не придется узнать, что говорили о ней эти мерзкие судьи. Она может направить всю свою ярость на меня, и это предпочтительнее, чем видеть, как она сомневается в своем таланте или ценности.