Моров. Том 9 (СИ) - Кощеев Владимир - Страница 41

Что ж, значит, мафия до сих пор была не в курсе планов своих правителей. Это, конечно, показывает, что не так уж и высоко она смогла пробраться, раз благородные доны не знали о планах ковена. С другой стороны, когда твоя страна готовится наносить превентивные ядерные удары, ты вряд ли станешь об этом трепаться не только с посторонними, но и с собственными близкими.

— Буду откровенен, ваше сиятельство, ваше условие нас полностью устраивает, — заявил дон Кастеллани. — Война с Российской Империей — это самоубийство. И точно не пойдет на пользу Италии. От лица всех наших соратников прошу принять нашу искреннюю благодарность. А сейчас прошу меня извинить, мне нужно срочно предпринять некоторые шаги. Что же касается его преподобия, смотрите новости.

Он поклонился и спешно покинул мой номер. А я включил телевизор и сразу же попал на местные новости.

Корреспондент канала, сидящий в вертолете, рассказывал о том, что в особняке кардинала Джованни случился страшный пожар. Когда помощь подоспела, оказалось, что спасать уже некого. Немногочисленные выжившие охранники, надышавшись дыма, находились без сознания, и узнать подробности было невозможно.

Одно было предельно ясно — его преподобие Джованни сгорел вместе со своим домом.

Выходит, мафия решила справиться безо всяких переговоров, а со мной Лучио Кастеллани просто проводил время, чтобы я никуда раньше времени не сорвался. Что ж, не буду плакать о таком их решении, главное, что никакие улики не приведут ни ко мне, ни к Российской Империи.

Подняв трубку, я дождался, когда администратор отеля ответит.

— Мне нужна машина, чтобы посетить посольство Российской Империи.

— Будет готова через десять минут, ваше сиятельство.

Срочно покидать Италию не имело смысла. Полагаю, здешний высший свет уже в курсе, что у меня были переговоры с его преподобием, и торопливый отъезд насторожит их. А я помню, что кто-то в правительстве Италии заинтересован в атаке на мое княжество. К чему дразнить гусей.

В посольстве же наверняка мне предложат выступить с речью о том, как мне жаль моего хорошего знакомого, и какая это потеря для всех, кто знал его преподобие Джованни.

Усмехнувшись, я стал собираться в посольство.

Переговоры в посольстве затянулись до самого вечера. Пришлось записать видеообращение, которое позднее дипломаты передадут итальянским коллегам. Неслыханная беда всколыхнула католиков по всему миру — не так уж часто кардиналы погибают, пусть и во время несчастного случая, а не от рук убийц. Люди привыкли, что любой монсеньор — фигура, которая уходит из Ватикана только от старости, в окружении сторонников и при этом торжественно, как полагается.

Следствие еще велось, но кое-кто подергал за ниточки, и уже перед самым моим отъездом нам предоставили копию заключения. Исключительно по той причине, разумеется, что князь Царьградский был знаком с кардиналом и вел с ним переговоры.

— Уснул и задохнулся, — прочел я заключение. — Это в каком же нужно быть состоянии, чтобы вот так помереть чародею с семью узлами?

Посол, принесший мне бумаги, равнодушно пожал плечами.

— Это же официальная версия, Иван Владимирович, — ответил он. — В подобных вопросах правды в таких случаях искать не приходится. Кстати, как прошла ваша встреча с доном Кастеллани?

Я усмехнулся, прежде чем ответить. Бросив бумаги с докладом о расследовании на стол, я опустился в кресло. Посол и так сидел, так что спокойно ждал моего ответа.

— Похоже, мафия была не в курсе, что их страна, оказывается, готовится к ядерной войне с Российской Империей, — ответил я. — Но Лучио что-то сопоставил, сказал, у него паззл сложился. Так что они начнут копать в этом направлении, однако я не уверен, что фракция ястребов даст себя уговорить легко и просто. А если мафия всерьез за них возьмется, это может выйти Италии боком. Как бы не дошло до гражданской войны.

— Его величество не допустит, — покачал головой мой собеседник. — Одно дело, когда на него давят политически, совсем другое — если они возьмутся за оружие. Король, конечно, первый среди равных, но это не значит, что у него не найдется средств, чтобы принудить бунтовщиков к миру. Италия похожа на паровой котел — если вовремя не стравить, обязательно взорвется. Здесь же каждая провинция мнит себя истинной наследницей того самого Рима, и при первой же возможности любой герцог готов объявить о независимости. И не думайте, Иван Владимирович, что у него не найдется сторонников. Даже у нашей страны есть определенные договоренности на этот счет.

— Вот как? — вскинул брови я.

Он с серьезным видом кивнул.

— В случае если герцогства начнут отваливаться от Рима, Москва будет их признавать, как и любых других аристократов в Европе, заявивших о своей независимости, — пояснил посол. — Указ еще лет сто двадцать назад был издан, и до сих пор его никто не отменил.

Интересно как получается. Впрочем, правильная политика — чем раздробленнее Европа, тем безопаснее для Российской Империи. А потому я уверен, Виктор Константинович в жизни не подпишет отмену такого указа. Зато с радостью поддержит любого аристократа, который будет вносить неразбериху в Европе.

Политика.

И мне бы тоже стоило всем этим озаботиться, все-таки я теперь князь Царьградский, практически самостоятельный политический игрок. Под прикрытием и с оглядкой на столицу Российской Империи, разумеется, но кое-что могу и сам, даже не спрашивая разрешения его императорского величества.

— Спасибо, учту, — кивнул я. — На этом у нас все?

— На сегодня уж точно, ваше сиятельство, — подтвердил тот. — Я бы порекомендовал вам посетить несколько приемов, которые будут проходить на этой неделе. Ваше присутствие на благотворительном вечере многие местные оценили. И теперь кусают локти, что сами не пришли, зато их обскакали бизнесмены, которые и благородными-то не являются.

Мне оставалось лишь улыбнуться в ответ на это заявление.

— Кто первым встал — того и тапки, — озвучил свою мысль я. — Хорошо, договаривайтесь о моем присутствии. Но только на этой неделе. Можете всем заинтересованным так и говорить — князь снизошел задержаться.

Расстались мы вполне довольные друг другом.

А уже на следующее утро меня разбудил новый звонок.

— Моров слушает, — поднеся телефон к уху, объявил я.

— Ваше сиятельство, вам назначена аудиенция у его величества, — сообщил прохладный мужской голос. — Машина будет подана сегодня в десять часов утра.

— А с каких пор ваш король меня вызывает к себе, как своего подданного? — уточнил я. — Или, может быть, я запамятовал, и Рим теперь — часть Российской Империи? В таком случае рекомендую еще раз ознакомиться с тем, как правильно организовывать встречи подобного уровня. До свидания.

Не став ничего ждать в ответ, я сбросил звонок. Ишь ты, горячие какие итальянцы. Аудиенции мне устраивают за моей спиной. Не знаю, кто был инициатором этого хода, однако он только что крайне постарался вбить клин в русско-итальянские отношения. Потому что князь чужой страны не просто может обидеться в ответ на подобное отношение, я теперь обязан это сделать.

Немного посидев с телефоном в руках, я подумал о том, что наверняка при дворе итальянского монарха есть люди, которым сближение с Российской Империей поперек горла. Были ведь какие-то приближенные к короне, которые активно подталкивали его величество к союзу с Испанией под эгидой ковена магов крови. Джованни уже нет, и он, вероятно, мог просто не успеть перестроить внешнюю политику. То есть его сторонники у трона продолжают толкать наши страны к обмену ядерными ударами.

Набрав номер посла, я откинулся на подушку, дожидаясь ответа. Из динамика трижды донеслись гудки, прежде чем трубку, наконец, взяли.

— Слушаю вас, ваше сиятельство, — бодрым голосом, как будто и не ложился, отозвался посол.

— Мне только что звонили из королевского дворца, якобы его величество назначил мне аудиенцию на десять утра, — сообщил я. — Я, конечно, выразил свое негодование подобными шагами, но хотелось бы проконсультироваться со знающим человеком.