Исекайнутый (СИ) - Flow Ascold - Страница 57

Елисея, конечно, потряхивало. Впрочем, неудивительно — после такого импровизированного стриптиза, свидетелем которого он стал всего минуту назад, кто угодно бы растерялся. И уж тем более молодой пацан, у которого никогда не было и уже точно никогда не будет девушки.

— Какая чушь, — фыркнула Аврелия, не отводя подозрительного взгляда от Елисея, который с явным смущением парил в углу комнаты. — С чего они вообще взяли, что мы побежим выполнять чьи-то поручения? У нас своих проблем — завались. Я вообще собиралась вернуться в храм и закончить обряд очищения. Тем более если там и правда готовится какой-то подозрительный ритуал. Ведь, судя по демонической метке, это они собираются провести что-то опасное.

С этими словами она величественно накинула на себя тонкое одеяло, обернувшись в него так, словно изображала античную статую. Выглядело это одновременно торжественно и комично, учитывая, что в старые вещи она облачаться не собиралась, а за новыми нужно было идти в другую комнату.

— Ну, это… они, вроде как, сказали, что не будут решать проблему Эрика, если вы откажетесь, — неуверенно пробормотал Елисей, всё ещё делая вид, что не замечает одеяло в стиле «туника за минуту».

— Ну и ладно, — буркнула Аврелия. — Этот демон мне с самого начала не понравился. К тому же наша конечная цель — это уничтожение демонов, а не их спасение! С чего мы должны рисковать ради этого… кхм… чернокнижника?

Я нахмурился и сказал строго, не повышая голоса:

— Это не смешно, Аврелия. Какой бы ни был Эрик, он — часть нашей команды. Да, без твоего божественного поводка он, скорее всего, мигом втюхал бы нас ближайшим разбойникам за пару блестящих монет. Но тем не менее он стоял с нами плечом к плечу, когда мертвецы рвались из могил. Он не сбежал. И не предал. Мы не имеем права бросать своих. Даже если у них хвост, рога и сомнительная тяга к пожиранию золотых монет.

Я сделал шаг ближе, глядя ей прямо в глаза.

— Но это не значит, что мы должны плясать под дудку Архипа. Ультиматумы — последнее, что я собираюсь терпеть. Особенно от тех, кто по уши замешан в мутных делах. Так что если они хотят нами манипулировать — придётся им разочароваться. Мы сами решим, как поступить.

Аврелия закатила глаза, метнула в нашу сторону взгляд из серии «делайте, что хотите» и, высоко вскинув подбородок, с достоинством удалилась в коридор. Направлялась она, судя по всему, в свою комнату — переодеться, повозмущаться и немного привести себя в порядок.

Мне же предстояло поговорить с Эриком и поручить ему новое задание.

— Итак, любитель подглядывать, — начал я, глядя на него испытующе. — У меня к тебе есть ещё одно дело. Слушай внимательно.

Задача, порученная Елисею, казалась простой: отыскать леди Селену и передать ей короткое, но важное послание — приглашение на встречу с Верховной жрицей и его хозяином, господином… Исекайнутым. Имя, конечно, звучало странно — словно его придумал человек с очень странным чувством юмора. Но кто такой Елисей, чтобы его осуждать? Он был всего лишь прирученным призраком, подростком с неясными перспективами и почти полным отсутствием авторитета.

Да и спорить с некромантом, пусть даже добрым, идея очень сомнительная. Елисею хозяин вообще казался каким-то странным… неправильным. Он не был высокомерен, как присуще магам, не был зловещ, как большинство некромантов, и почему-то по-доброму относился к призракам. Северяне — что с них взять.

В любом случае Елисея сейчас должен был заботить только один вопрос — как выполнить это задание, когда из информации у него только описание внешности леди Селены. Где её сейчас искать? В комнатах на верхних этажах? А если её вообще в замке нет?

Елисей бесшумно скользил по коридорам замка, старательно избегая сквозняков, кошек и особенно вездесущих служанок с вёдрами. Один раз он всё-таки зацепил хвостик фикуса, который тут же рухнул на пол с предательским шуршанием. К счастью, мимо проходивший рыцарь лишь бросил недоверчивый взгляд на растение и пробормотал:

— Проклятые сквозняки… чтоб их черти драли!

Он был слишком напряжён и из-за этого его рука не прошла сквозь цветок. Чем дольше продолжались поиски, тем менее удачными они становились и сложнее ему было сохранять концентрацию. Хорошо ещё, что он был невидимым благодаря заклинанию некроманта. На третьем этаже Елисей в очередной раз неудачно вписался в поворот — и, по зловредной воле судьбы, угодил прямиком в комнату, где в этот самый момент переодевалась служанка.

Разумеется, она его не увидела. Но когда зеркало вдруг само собой соскользнуло со стены, ширма закачалась, а лифчик с верхней полки грациозно спланировал на пол, атмосфера в комнате мгновенно накалилась. Девушка заметила тень, скользнувшую в осколках разбитого стекла, и завизжала так пронзительно, что у Елисея едва не заложило уши.

Он замер на месте, словно призрак, которого застали за чем-то запретным. Что, собственно, было не так далеко от правды.

— Призра-а-а-ак!

«Простите, я не… я не специально!»— чуть не выкрикнул Елисей, но вовремя остановился. Если начнёт разговаривать, точно выдаст своё присутствие.

Поэтому он пулей вылетел в коридор, задев подсвечник. Тот звякнул, но, к счастью, устоял.

Дальше — хуже. Через пару минут Елисей, увлечённый попытками наугад вычислить нужную комнату, опять влетел не туда и застал двух аристократок в момент оживлённой дискуссии над тем, чья корсетная шнуровка вызывает больше страданий.

— Я же говорила, что у тебя всё под подбородок поднимается, как только ты начинаешь говорить! — пыхтела одна.

— А ты вообще молчи, у тебя грудь как две грелки с разным давлением! — отбивалась вторая.

В это время Елисей с ужасом осознал, что снова висит над двумя полураздетыми женщинами.

— Не-е-ет… — простонал он мысленно и улетел, пока снова не задел какое-нибудь зеркало.

— Да что тут творится⁈ Почему все, кого я встречаю, обязательно переодеваются⁈ — беззвучно стенал Елисей, прижимаясь к стене и паря вдоль неё с видом морально измученного призрака.

Он уже начинал подозревать, что попал не в замок, а в какое-то проклятое место для переодевающихся девиц, но внезапно наткнулся на нужную комнату…

Елисей осторожно проскользнул внутрь, стараясь не задеть ни единого предмета. Несмотря на свою призрачную природу, в моменты волнения он каким-то образом всё же умудрялся взаимодействовать с материальным миром — то задевал штору, то опрокидывал подсвечник, а иногда и вызывал приступ паники у невинных служанок. Поэтому теперь он двигался предельно осторожно, будто лавировал между выставленными ловушками.

Комната леди Селены оказалась куда больше и изысканнее, чем Елисей ожидал. Просторная, с высокими окнами, пропускающими мягкий утренний свет, она была наполнена благородным уютом: изящные занавеси, старинная мебель с тонкой резьбой, аромат трав и благовоний. Всё здесь дышало мягкой роскошью — не кричащей, а тёплой и доброжелательной, как сама хозяйка.

Из глубины комнаты доносилось тихое напевное пение. Нежный голос, свободный от забот и тревог, будто раскачивался на волнах — лёгкий, едва слышный, но удивительно красивый. Он словно струился сквозь воздух и заполнял собой всё пространство, превращая обычное помещение в нечто почти волшебное.

Затем раздался плеск воды — ритмичный, умиротворяющий. И именно в этот момент, стараясь остаться как можно более незаметным, Елисей подлетел ближе к арке, разделявшей комнату и ванную зону… и увидел её.

Леди Селена сидела в белой мраморной ванне, окружённой свечами и лепестками цветов. Волосы были распущены, слегка влажные, словно лучи солнца, скользящие по воде. Она пела, не подозревая, что её слушают. Глаза были прикрыты, губы едва двигались в такт мелодии. Казалось, весь мир для неё в этот момент сжался до тихого плеска и ароматов лаванды.

— Вот же… ну почему опять⁈ — прошептал Елисей, инстинктивно закрыв глаза руками. Он попытался развернуться, но в спешке задел какой-то флакончик, который плюхнулся в воду с характерным звуком.