Первое знамя (СИ) - Александров Алексей "Vizivul" - Страница 51

Похоже, погоню придется отложить. Не знаю, правильно ли я делаю, отпуская нашу неуловимую шпионку. Понятное дело, что пожар — попытка замести следы, отвлечь. Но где-то там в огне находится Элле — оруженосец моего отряда. Живая или мертвая, неважно.

Мы в ответе за тех, кого приручили. К людям фраза подходит не очень, но лучше и не скажешь. Я не бросаю своих людей, если есть хотя бы малая возможность их спасти.

— Галнос, позаботься об Онилии, — принял я решение. — Положи в одну из свободных комнат и отправь кого-нибудь за врачом или целителем. Бахал, твоя мечта сбылась, прогревай «Молнию»! И молнией к пожару. Встретимся там.

Опять бег! Ненавижу бегать! Хоть конюшню с лошадьми заводи. Но не с хладами, а рысаками. И чтобы всегда наготове под седлом стояли! Правда, всадник из меня еще тот.

Одного не понимаю, почему так и почему именно сейчас? Что же так вспугнуло Бринну? Подтолкнуло к столь поспешным и каким-то непродуманным действиям?

Сидман?

Тогда непонятен способ. Она же могла просто тихо исчезнуть. Уйти на прогулку и не вернуться. Пока спохватимся, пока начнем искать — из города можно спокойно улизнуть.

Хорошо, что амулет-связи еще при ней. Про его новые возможности она не знает. А почему с собой прихватила тоже понятно — полезная вещица и пока что довольно редкая. Если Бринна действительно на островитян работает (хотя уверенности в этом у меня нет), то разведка Великогартии за такую находку только благодарна будет.

Только бы она от него не избавилась! Не передала каким-то подручным, чтобы не вызывать подозрений. Если не в Степном Страже, то в империи это явно стоит проделать. Таможенные службы проверяют покидающих империю людей, в том числе требуют показать им любые магические артефакты. А то обидно будет — внешность изменишь до неузнаваемости, а на такой мелочи проколешься. Не так много амулетов-связи ходит по империи, могут возникнуть вопросы, зачем и куда уважаемая дама их везет. Вон в армии принца их и то не оказалось. А ведь лучших из лучших северяне отправили. Как людей так и машины.

Не знаю, вписался ли я в строгие нормативы физической подготовки мастера-наставника Илет Гойр или нет, но добежал быстро.

Предчувствия не обманули. Второй этаж небольшого особняка был полностью объят пламенем, словно кто-то долго и старательно поливал его керосином или использовал что-то из обширного арсенала огненных заклятий. Вызванное магией пламя в целом имеет мерзкое свойство очень быстро распространяться, и тушить его довольно сложно.

— Элле! — крикнул я, не особо надеясь на успех. Вспомнил про амулет-связи, сжал его в руке. — Элле!

Что-то такое промелькнуло на границе сознания, похожее на слабый отклик. Но могло и показаться.

Но она совсем близко. Проблема в том, что и огонь недалеко. Особняк пылает, словно праздничный костер.

— Лестница… — наконец-то донесся слабый ответ. — Помоги.

Значит, она еще жива — не зря бежал.

Больше не думал, бросился внутрь. Серое марево дыма уже заполнило дом. Сверху басовито гудел огонь, жадно расползаясь по любой горючей поверхности. Трещало дерево, лопались стекла.

Едкий дым проник в горло, заставив мечтать о глотке чистого воздуха. Прижав ко рту носовой платок, я отыскал лестницу и на четвереньках пополз вверх, стараясь вырвать у дыма крупицы драгоценного кислорода.

Огонь во время пожара убивает редко. Чаще всего это делает дым.

Свою цель я нашел сразу за лестничной площадкой, разделившей ведущую на второй этаж лестницу на две неравные части. Свесив голову вниз, Элле лежала на ступеньках. Она как-то сумела ползком преодолеть половину спуска, но затем силы ее окончательно оставили.

Подхватив легкое тело на руки, бегу вниз, пытаясь на ходу оценить ее состояние.

Ран на голове Элле невидно. Да и на теле. Разве что левая рука пострадала от огня, вон как китель обгорел. Но выглядит мой оруженосец — в гроб краше кладут. Лицо пугает неестественной бледностью, а с уголков губ к подбородку протянулась кровавая дорожка. Так в бульварных романах только что испившего крови вампира любят описывать. Но они, в отличие от девушки, более живучие. Хотя огня тоже боятся.

Вывалившись из особняка с Элле на руках, я едва не бросил свою ценную ношу, чтобы схватиться за револьвер. Больно внезапно в меня вцепились чьи-то руки в толстых варежках из грубой парусины, пропитанных каким-то вонючим составом.

Только проморгавшись понимаю — прибыла пожарная команда. Даже не знал, что в Степном Страже таковая имеется. Хотя нет, вру. Мелькали эти ребята на заднем плане, когда у биржи дом с варгарами жгли.

Десяток сверкающих начищенными медными касками борцов с огнем деловито готовился с этим самым огнем бороться. Один пожарный в несколько простых действий выпряг четверку лошадей из большой повозки, львиную долю которой составляла огромная бочка с водой. Два пожарных быстро раскатали гибкий кожаный рукав, подсоединив его к бочке. Четверо принялись качать ручную помпу. Остальные, вооружившись топорами и баграми, готовились крушить и растаскивать горящее здание.

— Есть кто-то еще в доме? — деловито уточнил один из «шлемов», видимо старший команды.

Ответить не успеваю. В доме что-то затрещало, пламя яростно загудело, с крыши посыпалась черепица, а лопнувшие окна начали яростно плеваться углями.

— Назад! — дернул меня за плечо пожарный, хотя для меня правильней бы звучала команда «Вперед!», ведь позади дым и пламя.

Отбежав к повозке, останавливаюсь.

Треск повторился. Удержавшие крышу балки не выдержали и стали ломаться. Разбрасывая горячую черепицу, крыша ухнула внутрь дома. Пламя слегка затаилось, а затем взметнулось ввысь так высоко и ярко, что стало совершенно понятно — дом не спасти. К вечеру останутся только кирпичные стены. Да и то только если кирпич качественный и не потрескается от огня.

Пламя бушевало так яростно, что струя воды из шланга пожарных испарялась раньше, чем достигала огня. И все потуги пожарного расчета выглядели не более чем насмешкой над буйством огненной стихии. Нет, огонь явно имеет магическую природу.

— Не знаю, — отозвался я, все еще прижимая к себе Элле. — Возможно, хозяйка?

Встречал эту тихую старушку, когда по делам в змеиное гнездо приходил. Надеюсь, с ней все в порядке и в доме ее не было.

Моя ценная ноша захрипела и закашляла, демонстрируя признаки жизни.

— Элле, ты как? — с беспокойством уточнил я, укладывая девушку на принесенные пожарными носилки.

Ответ девушки в приличном обществе употреблять не следовало. Да и в не приличном тоже, ибо чревато. Но выглядела она именно на то, что сказала. И дело явно не в пожаре.

— Опять какая-то отрава, — подтвердила она мои подозрения. — Но мы же только вино пили! Причем мое!

— Мы? — уточнил я, быстро отыскав ответ. — Бринна с тобой была?

— Пили вместе, — подтвердила Элле. — Потом… ничего не помню. Все как в тумане. Мне стало плохо, отключилась. Пришла в себя, все в огне. — Она болезненно дернула левой рукой. От рукава кителя практически ничего не осталось, а на слегка загорелой коже отчетливо виднелись следы сильных ожогов. — Ползла к выходу… Кажется, меня кто-то звал… Не помню.

Извернувшись, она захрипела, зашлась кашлем, а затем ее начало тошнить.

Еще одна внезапная потеря памяти. Хотя, что тут помнить? Онилия с проломленной головой в снятом «Фениксами» доме валяется. Элле буквально у меня на руках легкие выплюнуть пытается. А Бринна, которая вполне могла устроить и первое и второе, куда-то поспешно сбежала. Какие еще доказательства нужны?

Поборов очередной приступ тошноты, Элле крепко вцепилась правой рукой в безымянный палец на левой. На нем откуда-то взялся массивный и явно мужской перстень. Судя по магическому камню, явно артефакт. Не альвский, конечно, а вполне себе человеческий. Но все равно штучка довольно редкая… для простолюдина, будь он хоть трижды сквайр.

У фольхоф-то различные артефакты водятся. В принципе, запрета на их продажу простакам нет. Но стоят даже простейшие артефакты — мое почтение. А для их использования нужно обладать хотя бы крупицей дара. Почтенный Загим, вон, несмотря на все богатства, артефактных перстней не носит. Хотя мог бы их не то что купить, а и под заказ сделать.