"Фантастика 2025-68". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - Калинин Алексей - Страница 229

— Двойной эспрессо, пожалуйста!

К моему удивлению, принес кофе не бармен, а оставшаяся «ночная фея».

— Не возражаешь, если тут посижу? — спросила она. — А то до метро еще долго, заняться нечем. Да и ты, я вижу, никуда не спешишь. Как раз время и скоротаем.

— Ну и о чем будем говорить? — саркастически спросил я.

— Да о чем хочешь! — беззаботно ответила она. — Хочешь, можешь и со мной в английском попрактиковаться. У меня акцент абсолютно точно не сильнее, чем у этого ozzy,[30] с которым ты болтал.

— Оззи?[31] Разве он из ГДР?

— ГДР, парень, нет уже десяток лет! — весело сказала она. — Где ты их проспал? Ну а в остальном… Австралийцев тоже зовут ozzy, не только восточных немцев. Почему так схоже, честно скажу, сама не знаю. Но по мне, так австралийцы прикольнее.

— Больше платят, что ли?

— А хоть бы и так! Не твой же хлеб отбиваю, верно? Чего ж тогда «быкуешь»?

— Ладно, извини. Как звать-то тебя?

— Ланой зови. Сам-то куда летишь? И как к тебе прикажешь обращаться?

— Юра. А лечу… — тут сердце вдруг сбойнуло, и вышла какая-то торжественная пауза, — лечу в Штаты!

— Чего так торжественно-то? Первый раз, что ли?

Я смутился. Действительно, вышло излишне пафосно. А с чего вдруг? Ведь в этом нет ничего особенного. Рядовое событие. Знакомство не с чудом каким-то, а нормальной жизнью. Именно что — с нормальной! И пафос тут неуместен. Пришлось оправдываться:

— Да нет, сделка просто интересная светит. Да и вообще — новый уровень работы. Международный. Вот и волнуюсь…

— И зря! — Лана снова улыбнулась и продолжила: — Ты, Юра, мне поверь! Все у тебя нормально будет! У меня глаз на людей верный.

Слышать такое было приятно, и я поневоле посмотрел на нее с приязнью. Хм. А ведь и ничего так из себя. Может…

— Слушай, а давай и правда пойдем ко мне. Часика два у меня точно еще найдется… Выпивку брать?

— Если мне — то ром, лед и колу. По раздельности. Сама смешаю.

Я послушно пошел к бару и взял все перечисленное на двоих. В номере Лана скинула обувь и начала колдовать с напитком, видимо, добиваясь неведомых мне нюансов вкуса. Ни дать ни взять — заправский бармен.

— Слушай, а если у тебя так с языком хорошо, что ж ты сама в Штаты не поедешь? Там жизнь-то всяко лучше!

— А это, Юра, смотря кому. Другая бы наврала, что ее мама тут держит больная или дочка там маленькая… Да и я в другой раз наврала бы. Но сейчас мне просто лениво сочинять. Потому просто скажу: там я только тем же самым могла бы заняться. Только классом пониже. Обслуживала бы шоферов у дороги…

— Это почему же? — напрягся я. Все эти рассказы про несчастную жизнь наших эмигрантов меня уже начали доставать. Есть, конечно, есть те, кому и в раю будет плохо. А есть просто те, кто пальцем пошевелить не готов, чтобы жизнь свою улучшить. Но обвиняют они в своих бедах отчего-то не себя, а страну, которая их приютила. И, между прочим, кормит, пока они «ищут свой путь».

— Да потому, Юра, что жизнь человеку не страна определяет, — неожиданно подтвердила она мои мысли, — язык знать мало, еще вкалывать надо. Но если руками вкалывать, то я здесь больше имею. А головой работать — лениво мне.

Я помолчал. Не хотелось спорить. Женщины у меня не было давно, а она своей простотой чем-то напоминала Иришку.

— Иди сюда! — позвал я ее. — Два часа — это не долго!

Хотя, мысленно спошлил я полчаса спустя, вышло как раз долго. И — неожиданно бурно.

Лана умчалась в душ, а потом снова стала готовить свой коктейль. А я снова любовался ею. И — поневоле вернулся мыслями к ее словам про эмигрантскую долю.

— Вот ты говоришь, от человека самого многое зависит! Правильно говоришь, my darling![32] Только это не вся правда! От страны тоже зависит многое. Страна должна обеспечить человеку возможность спокойно ходить по улице, не боясь, что ограбят. Возможность жить и работать, невзирая на расу или национальность. Тем, кем он может! И чтобы бандиты от закона прятались, а не свои законы всем устанавливали — тоже дело страны. И чтобы бизнес свой мог открыть кто угодно, а не только тот, кто с чиновничьей крышей договорился. Видишь, сколько от страны зависит? Вот потому я туда и лечу. Что здесь все это я имею с трудом и вопреки власти. А вот там… Там такие, как я, это получают легко! И даже я могу туда приехать и устроиться! Потому что эту страну создали эмигранты, понятно? И потому что в ней свобода бизнеса — основа основ. Только работай, старайся, и все получится…

Я замялся, не зная, что еще сказать. Но девушка пришла мне на помощь:

— Хороший тост получился! Наливай, выпьем за него! Я тебе уже сказала, у меня глаз верный. Все у тебя получится, все нормально будет! За твою мечту! Чтобы сбылась побыстрее!

— Ну! За сбычу мечт! — присоединился я.

Нью-Йорк, 1 августа 2001 года, среда, день

— Wow! Круто-то как!!!

Это было нереально! Нет, это вовсе не походило на сон. Притом что Нью-Йорк оправдывал все ожидания, реальные события были чуть другими. С привкусом реальной жизни.

К примеру, таксист, который вез меня из аэропорта Кеннеди в отель, оказался типом угрюмым и неразговорчивым. Да и в пробках пришлось немного постоять, что меня сильно нервировало. Обидно было терять на это время. Но зато ритм Манхэттена, ритм современной Америки чувствовался даже из салона такси. Голова от обилия впечатлений шла кругом. К тому же, в отличие от нашей отсталости, здесь можно было расплатиться кредиткой даже за такси. И за отель. И за обед. И за экскурсию к статуе Свободы. Так что наличных баксов я так и не снял.

Хотя выбранный мной отель Holiday Inn Express вполне соответствовал уровню три звезды (приемлемо, но без лишней роскоши), номера в нем стоили на все четыре. Впрочем, знал, на что иду. Зато — Уолл-стрит. И всего километр до фондовой биржи. Пешком можно дойти до пристани, откуда к статуе Свободы катера отправляются.

Что я и решил сделать. Музеи меня подождут. А вот эти два символа Соединенных Штатов — нет. Почему два? Да потому, что я обязательно решил посетить еще и Ellis Island.[33]

Однако оказалось, что похожую программу имел не я один. Хотя я заказал и оплатил билеты на экскурсию заранее, по Интернету, тем не менее, оказалось, что это не избавляет от стояния в очереди. До Battery Park, откуда отправлялись паромы, я добрался за целых пятнадцать минут до отправления последнего парома. И вот там-то и выяснилось, что я — лох. Лох конкретный, волосатый. Не учел, что Америка — не Россия и тут никто людей за убогих не считает. Сами должны думать. А я не подумал. Не учел, что, хотя билет до Ellis Island у меня был, но вот последний паром, который отправлялся в половине четвертого, как выяснилось, на этот остров уже не идет. Так что я — в пролете. Но это еще полбеды. А настоящая беда была в том, что не я один на символы самой свободной и передовой страны мира посмотреть хочу. Так что билет-то у меня был. Но передо мной была очередь такой длины, что надежды попасть на этот последний паром не оставалось.[34]

В очереди я стоять не стал. Смысла не видел. Отошел в сторону и попытался скорректировать планы.

— Хей, бро! — раздался сзади тихий голос. Обернувшись, увидел классический персонаж «толстого негра», растиражированный Голливудом.

— Тихо! — предупредил он, — не дергайся! Что, на экскурсию не успел?

— Да! — уровень моего английского не позволял ответить так цветасто, как хотелось.

— Не переживай, бро! В «Большом яблоке»[35] народ гостеприимный. И деловой. Заплатишь полтинник, чтобы я решил тебе проблему? Попадешь на паром и посмотришь на остров.

Думать пришлось быстро. Отказываться глупо. С другой стороны, глупо и соглашаться, преступность-то здесь есть, и немалая. Причем негры составляют значительную часть криминального сообщества.

— Поехали, но у меня только кредитка. Да и на той всего сотня баксов, — подумав, сформулировал я ответ.