"Фантастика 2025-68". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - Калинин Алексей - Страница 426

— Если же кто-то из присутствующих продолжает сомневаться, то не вижу проблемы. Приглашаю таковых поприсутствовать в мае сего года на открытие цеха, синтезирующего аммиак. Его расчётная производительность более десяти пудов аммиака в минуту. Так что много времени проверка не отнимет!

Но это было ещё не всё. После меня слова попросил профессор Менделеев.

— Уважаемый оппонент господина Воронцова отметил, что работа вполне достойна присвоения не магистерской, а докторской степени. Тщательно обдумав его слова, вынужден присоединиться! Дать за такую работу меньше — значит подвергнуть наш славный факультет позору перед мировой научной общественностью!

Из мемуаров Воронцова-Американца

'…Да уж, Дмитрий Иванович тогда, как говорится, отжёг не по-детски! Его предложение о присвоении докторской степени не то, чтобы так уж нарушало традиции или положения. Количество публичных лекций у меня превышало и магистерские и докторские нормы. Да и на экзаменах меня пытали со всем усердием, похуже, чем иных соискателей докторской степени[54]. Но всё же — мы с ним по самому краешку прошлись. На один бы голос меньше, и все, не видать мне ни докторской, ни магистерской степени.

Впрочем, всё обошлось. Зато чуть позже мои коммерческие шпионы донесли, что в начале февраля председатель наблюдательного совета концерна «Бадише анилин унд зода фабрик» Генрих фон Брунк приглашал к себе Карла Боша и Фрица Габера, и поручил им как можно быстрее повторить синтез Воронцова.

У меня не было никаких сомнений, что у них это получится. Даже несмотря на то, что значительную часть ключевой информации я в патентной формуле не раскрывал. В конце концов, эта парочка справилась с задачей и безо всякого примера работающей установки Воронцова перед глазами. Вот только для этого им понадобится мою установку усовершенствовать. Я ведь не обманывал комиссию, эксперименты мною велись уже четвёртый год, хотя схема аммиачного синтеза — это то, что на нашей кафедре химической технологии изучали наиболее тщательно. Так что саму установку я изваял быстро. Но мне очень долгое время не удавалось решить проблему отравления катализатора[55]. Вот и пришлось строить процессы так, чтобы получать водород максимальной очистки.

Так что этим двоим придётся повозиться! Они-то будут получать водород взаимодействием угля с водяным паром, другого сырья там просто нет в достаточных количествах. А уголь выдаёт такую кучу примесей в водород, что я могу быть уверен, лет пять у меня ещё есть. А может, и все семь…'

Глава 15

Санкт-Петербург, 12 января (25 января) 1903 года, воскресенье

По воскресеньям я старался отдыхать сам, а в последние годы сурово обрушивался на тех, кто попробовал бы побеспокоить мою жену. Хоть беременность протекала у Натали относительно легко, но лишний риск нам ведь не нужен, правда?

Однако для нынешних посетителей пришлось сделать исключение. И не потому, что они были важны сами по себе, однако стоявшее за ними семейство Нобилей могло доставить нам неприятности даже сейчас. А уж тем более — Ротшильды, маячившие в данном случае из-за плеча Нобилей. Вот и пришлось переться в столичный офис нашего Холдинга самому и тащить туда не только Натали, но и Семецкого, Карена Данеляна с зятем, Николая Ивановича, не только откуда-то прознавшего о визите представителей Нобилей, но и настойчиво пожелавшего присутствовать на переговорах, и столичного управляющего Воронцовых-Дашковых. А до кучи ещё и охрану. Времена тут были простые, почти как у нас в «лихих девяностых», легко убивали и министров, и губернаторов, и банкиров с заводчиками, а натравить на конкурента террористов не было чем-то, выходящим за пределы представимого.

Их было двое, юнец, не имеющий никаких прав в клане, наверное, чтобы я не возомнил о себе много, и адвокат, про которого Артузов выразился коротко: «Не так знаменит, как господин Плевако, но конкурентов в судах жрёт, не морщась. Матёрая акула! Хотя в последнее время в суды он выходит редко, а всё больше принимает участие в переговорах, оформлении соглашений и прочего!»

Впрочем, сама по себе беседа оказалась довольно короткой. Юнец не стал нас приветствовать, а порылся в кармане и выложив на стол склянку с каким-то настоем, толчком отправил её в мою сторону.

— И что это? — светски осведомился я, не прикасаясь, впрочем, к пузырьку.

— Модное лекарство для укрепления памяти! А то прошлый ответ вы забыли, не прошло и трёх лет. Так вот, мы вам повторяем, и очень надеемся, что в последний раз! — юнец старался говорить угрожающе, но мне было только смешно — К бакинской нефти мы вас не пустим! И не надейтесь! И милость Наместника тут ничего не изменит!

— Ну и, слава Богу! — широко улыбнувшись, воскликнул я. И демонстративно перекрестился. — Благодарю вас, добрые люди!

— Что? — переспросил юрист.

— Вы говорите, что не пустите меня к бакинской нефти? Повторяю — слава Богу! Вы заявили это в присутствии управляющего господина Наместника Кавказа, так что теперь мне на надо будет доказывать, что это не я ему отказал. А самому мне в эти хлопотные дела лезть вовсе и не хотелось, память у меня хорошая! — с этими словами я привстал, дотянулся до пузырька с лекарством и толчком отправил его назад к юнцу.

Из мемуаров Воронцова-Американца

«…Как оказалось, этим своим 'Слава Богу!» я встревожил не только управляющего Воронцовых-Дашковых, но и других людей. Прежде всего — Карена с зятем. Карен недавно выдал дочку за тифлисского армянина[56], мелкого фабриканта, промышлявшего нефтепереработкой. Когда я начал на всякий случай подбирать кандидатуру управляющего нашей нефтехимией в Батуме, его кандидатура обошла остальных. Разумеется, такие перспективы его сильно воодушевили. И тут — такой облом!

Расстроился и Николай Иванович. Ему турецких армян натаскивать надо, а охрана нефтяных терминалов и нефтехимического завода в Батуме позволила бы ему делать это не только бесплатно, но и с большими удобствами. Он потому и поучаствовал во встрече — Семецкий его предупредил, что от успеха переговоров зависят эти планы.

Но и юрист насторожился. Они-то действовали из предположения, что это я опять тяну руки к сладкой бакинской нефти, а Наместник всего лишь не стал мне отказывать. Но оказалось, что в этом деле коренной интерес есть у самого Наместника! А я, напротив, всячески отбивался. Сами понимаете, разница огромная — отказать большому чиновнику в хлопотах за своего человечка или отказать ему же в чем-то, в чем он заинтересован настолько, что и меня прессовал, лишь бы я участвовал.

Это он и постарался донести чуть позже до своего патрона. А на упрёк: «Зачем же мы тебя туда посылали? Хватку теряешь⁈» он якобы ответил: «Вы посылали меня присмотреть, чтобы ваш молодой да горячий родственник глупостей не наделал! С этим я справился!»

Так что переговоры с Нобилями продолжались…'

Беломорск, 2 февраля (15 февраля) 1903 года, воскресенье

— Так значит, покидаете нас Пётр Аркадьевич? Неожиданно, право слово! У вас как раз средства появились, с вашей энергией как раз бы взяться за строительство города и порта на Кольском заливе. Дело-то нужное!

Да, средства у кемского губернатора появились! Вернее, скоро должны были появиться. Подумав, я всё же решил согласиться на условия Витте. Дорогу до Мончегорска я и так в этом году планировал дотянуть. А англичане выразили готовность построить её от Мончегорска до самого Кольского залива. Под зачёт будущих поставок меди и никеля. А деньги… Уже в этом году должна была дать ток первая турбина Ондской ГЭС, а Маткожненская — выйти на полную мощность. Так что мы уже переваливали за двадцать миллионов дохода. В обрез, но хватит! А в будущем году доходы уже за тридцать миллионов перевалят.

А ГЭС мне и самому очень нужны! Планов на электричество у меня много, да и капитализировать эти электростанции получается лихо! Кризис заканчивался, вследствие чего спрос на медь и никель скоро снова начнёт бурно расти. А людей в тех краях по-прежнему не хватает! Так что только электрификация поможет нам быстро нарастить добычу! Поэтому Нивские ГЭС особенно нужны! Тем более, что и строителей для них мне подыскали! Буквально под носом! Профессор Тимонов подсказал! Оказывается, в Великом Княжестве Финляндском ГЭС уже вовсю строились! Пусть и не такие крупные, как запланированы у нас, но… Зато буквально в шаговой доступности! Ветку на Оулу должны были запустить уже в следующем месяце, так что добираться им будет всего несколько часов. Удобно, черт возьми!