Путь Ками (СИ) - Кащеев Денис - Страница 46

– Простите, но я – все…

Успевшие, убаюканные монотонностью происходящего, уйти на несколько шагов вперед, мы с Миюки остановились и переглянулись.

– Кажется, придется ее нести, – заметила девушка.

– О чем они только думали, отбирая у нас рис?.. – проворчал я, возвращаясь к обессилевшей Вике и склоняясь над ней.

– Вот об этом самом. О нашей физической слабости. Третье замутнение.

– Тогда должна еще как-то проявиться и интеллектуальная немощь, – хмыкнул я, поднимая сестрицу на руки. Ками не устают, если не затронута их Сущность, а для этого все же требуется нечто покруче семичасовой прогулки.

– Самого факта, что мы здесь, недостаточно? – прошептала Вика, повисая на мне мешком. – Умный в гору не пойдет!

– Тоже так, – усмехнулась Наката. – Ну что, идем дальше в гору?

– У тебя у самой-то как с Бодростью? – уточнил я, делая шаг вперед. Если что, нести вот так двоих я бы не сумел. Почти никто бы не сумел – системное ограничение, преодолеваемое разве что особым навыком.

– Пока порядок. 12-й Уровень – не 9-й.

– Вот только не надо меня попрекать моим Уровнем! – выдохнула мне в плечо девочка.

– И не думала – упаси Небо! – заверила ее Миюки. – Просто про себя сказала.

– А, ну тогда ладно…

– Ты бы там помалкивала, что ли? – бросил я Вике. – Давай, Бодрость копи!

– На слова же самый мизер тратится, если на всю локацию не орать… – заспорила было сестрица, но под моим тяжелым взглядом тут же пошла на попятный: – Ладно, ладно, молчу… Ты только смотри, не урони меня! – не удержавшись, добавила она все же.

** *

Уронил я Вику аккурат в лужу.

Сам плюхнулся туда же, но само по себе это обстоятельство меня не особо озаботило, а вот перед сестрицей было как-то неловко.

Неладное я почувствовал еще шагов за сто пятьдесят до падения: идти вдруг сделалось ощутимо тяжелее. При этом склон не стал круче, а ветер – сильнее, ноша, как и положено, меня ничуть не тяготила, но что-то со мной явно творилось. Что-то совсем нехорошее.

Я поднял глаза к меню: так и есть – просела Сущность. Пока всего на несколько десятков баллов – но с какой стати?! Точно не из-за Вики на моих руках! И не из-за долгой дороги…

Пока я искал ответ, Сущность потеряла добрую сотню очков и следом – еще две сотни, одним махом. Я споткнулся, покачнулся – но в тот момент еще устоял. А вот когда через несколько секунд с характеристики разом срезало 250 баллов – завалился набок. В ту самую лужу.

– Что случилось? – коротко скользнув взглядом по нам с Викой, Миюки присела в низкую стойку и принялась напряженно озираться по сторонам, высматривая там источник угрозы. Но нет, это было бы слишком просто…

– Устал? – заботливо поинтересовалась у меня сестрица, приподнимаясь на четвереньки и выползая на сухое место. – Если что, я могу уже и сама топать… Эй, что с тобой? Что ты там такого нашел? – уже испуганно бросила она, проследив за моим взглядом – тот застыл, уткнувшись в поверхность лужи.

Ответить я не сумел – да и вопрос-то едва расслышал, провалившись сознанием в картину, внезапно развернувшуюся передо мной в воде, словно на экране 3Д-телевизора.

Я видел плотину – ту самую, на поле Кииоши-сама, недавно взятую мной под покровительство. Прорванную – пусть и не до основания разрушенную, как было до нашей сделки со старцем, но заметно поврежденную. Два – нет, три! – водных потока стекали справа с поля сквозь широкие промоины, а на левом, пока еще целом участке дамбы стоял человек в потрепанном белом каратэги с черным поясом и яростно долбил успевший слежаться грунт деревянной рукоятью нагинаты, пробивая путь четвертому.

Человеком этим был Егор.

Но «в кадре» он находился не один. С дальнего конца поля к нему бежала по меже Маша – в черном одеянии синоби, но с непокрытой головой.

– Что ты, гад, творишь?! Прекрати немедленно! – прокричала девушка еще издали.

И в самом деле прервав свое варварское занятие, Черных поднял голову – будто бы в некотором недоумении.

– Антонова? – уточнил он, прочитав имя над Машиной головой – а может, узнав ее по реальному облику. – Эка тебя… Пробудилась, что ли? Хм, с сиськами и задницей ты мне нравилась гораздо больше… – рукоять нагинаты снова ударила в дамбу, выбив из нее веер грязи.

– Прекрати сейчас же! – повторила Маша – кажется, покраснев.

– А то что? – издевательски прищурился Егор.

– Это поле под покровительством ками!

– Я знаю! – ухмыльнулся Черных. – И ками этого самого тоже знаю! Отличная идея, верно? Поквитаться с ним, разрушив его драгоценные владения? – под более не прекращавшимися ударами частично обнажился каркас дамбы из обмотанных лозой бамбуковых кольев.

– Прекрати! – в третий раз прокричала Антонова.

– И не подумаю! Теперь Белову точно конец!

Должно быть, поняв, что уговорами тут ничего не добьешься, Маша запустила руку в Инвентарь – в ее пальцах блеснул сюрикен. Последовал резкий бросок… Однако насаженный на длиннющую рукоять клинок в руках Егора двигался не менее стремительно – обиженно звякнув, сбитая на лету серебристая звездочка беспомощно отскочила в воду.

– Бонус к Ловкости против всего метательного и стреляющего, очень мощный – прям, имба. С определенного расстояния даже поток Ки могу отбить! – хвастливо пояснил Черных, без видимого труда отражая нагинатой второй запущенный девушкой сюрикен. – Жаль только, свою энергию растратил, пока искал это место – не пришлось бы теперь надолго отвлекаться… – с легкой досадой продолжил он. – Ладно, проучим тебя, так сказать, вручную… Эй, Белов, живи пока – но I’ll be back[1]! – бросил Егор куда-то в Небо – при том, что смотрел я сейчас на него сбоку и снизу, с еще сохранившего немалую часть воды поля. – А пока по-быстрому займемся твоей плоской подружкой…

Перехватив поудобнее рукоять нагинаты, Черных грозно двинулся на Машу. Та в третий раз метнула в него сюрикен – почти в упор, но с прежним нулевым результатом – тут же поспешно отскочила, уходя от пробного колющего удара, и выхватила из Инвентаря кинжал-танто.

– Ты бы еще зубочисткой запаслась! – презрительно хохотнул Егор, переступая с дамбы на вал межи.

Выбор Антоновой оружия и в самом деле оказался не самым удачным. Своей более чем двухметровой нагинатой Черных легко удерживал ее на дистанции, достать с которой оппонента коротким клинком кинжала у девушки не было ни шанса. Егор же сполна использовал полученное преимущество, перемежая мельницу ударов – то справа, то слева – резкими выпадами-уколами и попытками подсечь выставленную вперед Машину ногу внезапным движением рукояти. Все, что в такой ситуации могла делать Антонова – уворачиваться и отступать спиной вперед по узкой меже, ни о какой контратаке ей и думать не приходилось.

Так, шаг за шажком, прыжок за скачком, выпад за уклонением, противники мало-помалу добрались до угла делянки, повернули на поперечную межу, снова добрались до угла, повторно свернули, двинулись назад к дамбе и в конце концов почти замкнули квадрат. Достать Машу за это время Черных успел трижды – два раза едва-едва, вскользь, но напоследок, уже перед самой плотиной – более чем чувствительно, на добрых 90 баллов Здоровья. Пропустив этот удар, Антонова неловко попятилась, споткнулась о торчавший стараниями Егора из недр дамбы бамбуковый штырь – ощущение у меня при этом было такое, словно щиколотка девушки прошлась мне прямо по ребрам – и, не удержав равновесия, упала навзничь.

Издав победный клич, Черных коршуном ринулся вперед, эффектно раскручивая над головой нагинатуна манер пропеллера…

Если бы он просто ударил, без этих понтовых красивостей, спасти Машу, вероятно, ничто бы уже не смогло, но за время, затраченное противником на зрелищный, но бессмысленный замах, девушка успела подобраться и, стремительно перекатившись, нырнула с дамбы в воду – клинок нагинаты рассек мокрую глину в том месте, где Антоновой уже не было.