Измена. Простить, отпустить, отомстить? (СИ) - Шевцова Каролина - Страница 27

- Подожди, Евгения, я провожу своего друга, а ты пока забери свои папки, я сложила их на подоконник.

- Значит мы уже друзья, - довольно шепчет лысый, пока я пихаю его габаритную фигуру к двери. Мне не нравилось то, что он был здесь. И то, как на него смотрела Женя, тоже не нравилось.

Тимур еле идет, как конь втаптывает копыта в пол, чтобы еще сильнее замедлить шаг.

- Не хочу оставлять тебя с этой…

- Спасибо, что зашли Тимур… Гермагентович.

Я понятия не имею, какое у моего тренера отчество и говорю первую пришедшую в голову чушь. Гермагентович? Или Гематогентович? Боже, я правда не помню, что только что сказала!

Тимур наконец выходит в коридор и тихо произносит, глядя прямо на меня:

- Я подожду, пока она не уйдет, хорошо?

- Плохо. Не мешай мне работать, я тебе вечером позвоню, понял? – И уже громче, так, чтобы слышала вся очередь: - Лебедева, зайдите в кабинет через десять минут, и извините за ожидание еще раз.

Мне стыдно смотреть в глаза пациентки, прием которой уже должен был закончиться, но еще даже не начался.

Я захлопываю за собой дверь, так быстро, что даже не успеваю расслышать, что сказала эта бедняга в ответ. Кажется, она собиралась жаловаться на меня заведующему. Пускай.

Пускай…

Я повернулась и встретилась взглядом с Женей. Сейчас, когда мы остались с ней наедине, она больше не походила на кошку, пережравшую валерианы. Теперь передо мной была все та же собранная девочка, с аккуратным как у балерины пучком на голове. И ноги держала так же, в третьей позиции. И у станка работала исправно, только не у деревянного, труженица моя.

- Ваш родственник, - ненавязчиво спросила Евгения, не называя никого конкретного. Но судя по тону, я сразу поняла, о ком речь.

- Друг. Одноклассник.

На самом деле я могла не оправдываться перед ней, но… нет. Больше всего на свете мне не хотелось сплетен обо мне и Тимуре. Ни в больнице, ни дома, ни в семье. Особенно в семье.

Я знала, как отреагируют все на появление мужчины в моей жизни, тем более такого мужчины и боялась разрушить что-то хрупкое, почти невидимое между мной и Тимом.

Сейчас он моя тайна. Которая слишком быстро стремится заявить о себе.

- Я его где-то видела. Кажется, он приходил в мою клинику утром в субботу, - неуверенно произнесла Женя.

- Ого, у тебя есть своя клиника? Кеша купил?

- Да нет же, - Женя поморщилась. – В «Моей Клинике». Где я работаю после того, как вы заставили Аркадия меня уволить. – Она специально сделала акцент на последних словах.

Моя бывшая ассистентка так и замерла возле окна. Стояла по струнке, прижавши папки с бумагами к впалой груди. И все в ней было хорошо, все ладно, кроме подлости, плещущейся за каемкой красивых, голубых как море глаз.

- Женя, ты взяла что тебе нужно, так что уходи. Я и так задержалась с приемом.

- Из-за одноклассника, - лукаво улыбнулась змея.

Стараясь идти прямо, я дошла до стола и опустилась на свой стул, повернула компьютер и даже принялась что-то читать с монитора. Короче, делала вид, что меня не интересуют Женины слова, и что мы закончили разговор.

- Точно! – Радостно воскликнула Евгения. - Он сдавал какие-то анализы на гонорею и прочее. С виду такой приличный мужчина, а на деле о-о-о-очень плохой мальчик.

Отвернувшись от монитора, я устало потерла переносицу:

- Жень, я могу помочь тебе покинуть мой кабинет, если ты сама не в состоянии это сделать.

- Да ладно вам, я же на самом деле о Вас забочусь! Вы женщина возрастная, а старые они как дети, наивные и всему верят. Этот альфонс сейчас наобещает всякого, а потом кредит на вас повесит и в кусты, а вам платить.

- Ну не тебе же, - пассаж о старой пропустила мимо ушей, поплачу по этому поводу как-нибудь потом, сейчас у меня другие задачи.

Женя, видя мое непробиваемое на эмоции лицо, сникла и обиженно засопела.

- Да я ж правда как лучше хочу! Чтобы Вы не верили всяким там мачо, берегли свои нервы.

- Женя, - я медленно встала и нависла над столом: - ты че пришла?

- За бумагами, - она испуганно прижалась к окну.

- Бумаги у тебя в руках. Так что держись за них, и уёбен зе битте, пожалуйста.

- Вот вы какая, - по-детски обиделась эта дура.

- Жень, - я даже удивилась от того, как легко она делала меня виноватой в своих печалях, - ты часом на солнце не перегрелась? Тебе чего надо? У тебя и так все есть, все, что было моим, теперь твое! Мой муж. Моя дочь. Ты чего хочешь, я, правда, не понимаю?

- Чтобы вы меня не ненавидели.

- И чтобы пони пукали радужным зефиром, - нервно рассмеялась я. – Женя, ку-ку. Трудно ненавидеть того, кто для тебя пустое место. Как человек, как женщина и профессионал.

- А с женщиной то что не так? - Моя соперница задрала нос, выставив вперед подбородок. Она сделала большой, по-настоящему балетный шаг вперед, юбка колыхнулась, и заструилась вдоль стройных ног, демонстрируя безупречную фигуру своей хозяйки.

У меня такой не было даже в семнадцать лет после недели в инфекционке, где я лежала с кишечным гриппом и жрала пропаренный картон, запивая это дело кипяточком.

В общем, никогда не было. И не будет. Ни стройной талии, ни маленькой подростковой груди, ни узких бедер, как у профессиональных жокеев.

Зато есть мозги и харизма. И Тимур. Которого, судя по взгляду, так хочет моя бывшая помощница.

- С женщиной, - я задумчиво накрутила на палец выбившийся из прически локон, - не знаю. Трахаться с моим мужем это еще половина беды. В конце концов, каждому надо как-то зарабатывать на хлеб. Но кричать об этом… таким эксцентричным способом.

- Вы о чем, - непонимающе моргнула Женя.

- О том видео, милая. Это ведь не про любовь, по крайней мере, не про любовь женщины к мужчине. Это полный отчаяния стон: услышь меня! Я здесь! Я важная! Кеша может быть сколько угодно кобелем, но он не идиот, и до последнего бы скрывал свои шашни с тобой.

Я сделала шаг в сторону выхода, чтобы открыть дверь и выпустить отсюда Женю. В тот момент я ощущала себя победительницей. Сильной, как амазонка и прекрасной как Богиня, которая одной только волей способна сражать врагов.

Обернувшись на прощание, я поймала… нет, не напуганный а холодный и расчетливый взгляд Жени.

- Как мило. Вы думаете, это я обнародовала то видео?

- А кто же?

- Вы, правда, не знаете? - Она тонко, противно рассмеялась. – Зачем бы мне это делать? Для чего? Я и так жила в роскошной квартире, без мужей, без детей и без готовки этой вечной! У нас с Кешей все было прекрасно и продолжалось бы это долгие годы, если бы не один влюбленный дурак. И я сейчас не об Аркадии Давидовиче. Все сделал ваш сын, Никита. Мальчик так любит меня, что просто не может видеть, что я счастлива с другим. С его отцом.

- Ты врешь…

Я облизала вмиг пересохшие губы. Пол под ногами дрогнул и опустился вниз, как спущенный матрас. Показалось, что я падаю, проваливаюсь сквозь этажи, но почему-то продолжаю стоять на месте. Просто подломились колени.

- Ты врешь… - снова прошептала я.

Свободной рукой ухватилась за стену, чтобы не потерять сознание. Сердце колотилось в бешеном ритме, стучало о ребра, будто грозилось выпрыгнуть на воздух.

И воздух… Он закончился. Я больше не могла дышать.

Женя участливо цокнула языком и тихо-тихо, так что мне пришлось напрягаться, чтобы расслышать, произнесла:

- Нет ничего проще, спросите у него сами… Анастасия… Борисовна… Спасибо за документы!

И выпорхнула из кабинета вон.

Глава 25

Я не помню этот день.

Просто серое месиво из пациенток, беременных животов, назначений и подписей с закорючками в заглавных буквах. Все мелькало так быстро, что к вечеру меня укачало.

Очнулась, когда часы показывали 17.30. Собрала вещи в сумку, закинула ту на плечо и медленно побрела в сторону выхода, не глядя на медсестер, не попрощавшись с администратором, не придержав для старенькой пациентки дверь.